Hi-Tech

В защиту дизайн-мышления: стоит ли не-дизайнерам думать как дизайнеры

Оно может быть поверхностным, обманчивым и может стать причиной плохого дизайна. У дизайн-мышления есть как преимущества, так и недостатки. Спор вокруг дизайн-мышления — полезный урок о том, как дизайнеры воспринимают демократизацию своей профессии.

Эти темы помогают обсуждать тот дизайн, над которым работают не-дизайнеры. Нельзя говорить о дизайне, не затронув темы технологий, кодирования и программирования.

Даже если человек никогда не изучал программирование в университете, при желании он всё равно найдёт множество источников, с помощью которых сможет научиться кодировать: например, серия «Для чайников», где в отдельных книгах освещаются разные языки программирования.

Apple также предлагает продукт Swift Playgrounds, благодаря которому даже дети могут научиться программировать. Или, например, можно бесплатно использовать Khan Academy. На официальном сайте есть раздел "Everyone Can Code" («Каждый может программировать»).

Однако это никак не угрожает программированию как науке и профессии, считает Винь. "Everyone Can Code" — интересная идея: в мире будет много как хороших, так и плохих кодов, потому что программировать научатся все. Можно сказать, что преобладание плохих кодов стало благом для программирования.

Отчасти благодаря тому, что программирование теперь повсюду, включая даже язык. Несмотря на количество плохих кодов, дисциплина процветает. Теперь все говорят на профессиональном жаргоне: «гигабайты», «мегагерцы», «оперативная память» — эти термины используются для описания технологий.

Однако термины теперь также используются и для описания реального мира: «перезагрузить», «пропускная способность», «офлайн», «бета-версия», — что скрепляет отношения между технологиями и повседневной жизнью.

Программирование демократизировали — это хорошо для разработчиков, так как повышает спрос. Плохое программирование (как и хорошее) помогло технологиям стать мощной силой, двигающей изменения в 21 веке.

На протяжении нескольких лет велись разговоры об аккредитации дизайнеров. Однако дизайну и дизайнерам угрожает демократизация. Обсуждалось, что дизайнеры должны сдавать экзамен, чтобы получить разрешение работать.

Дизайнеры опасаются, что такие сайты могут плохо влиять на экономику отрасли. Принято оплакивать такие сервисы, как 99 Designs — сайт, на котором профессионалы могли предлагать собственную цену за работу над маленькими проектами.

У этой платформы также есть очевидные недостатки. Дизайнеры боролись за spec work — платформу, на которой они выполняли работу бесплатно в надежде выиграть контракт. Этим можно объяснить и негативное отношение к дизайн-мышлению. Однако иногда кажется, что дизайнеры рьяно оправдывают эти недостатки только из вредности. Специалисты пытаются отстоять свою территорию.

Наташа Джен, партнёр компании Pentagram, дала следующее определение дизайн-мышлению.

Дизайн-мышление утверждает, что оно может быть использовано кем бы то ни было для решения любой проблемы. Дизайн-мышление делает возможным использование метода работы дизайнера для не-дизайнера, кратко описывая эти методы как прескриптивный, пошаговый подход к креативному решению проблем.

Только дизайнеры могут заниматься дизайном. Это определение выделяется своей «территориальностью».

Чтобы пояснить «территориальность» этой цитаты, нужно чуть глубже рассмотреть аналогию с технологиями.

Это фундаментальный текст, в котором высказывается идея открытых исходных кодов, что считается формой демократизации в современных технологиях. Некоторым знакома книга Эрика Реймонда «Собор и базар». Реймонд считал, что существует два противоположных подхода к разработке программного обеспечения.

В 1960–1970-х годах компьютерные центры представляли из себя подобие соборов, куда разработчики ездили, чтобы программировать. Согласно соборной модели программное обеспечение и технология принадлежат исключительно разработчику.

В базарной модели технологии повсюду. Согласно базарной модели, напротив, программное обеспечение доступно любому, кто желает принять участие в разработке. Этот подход также отчасти объясняет, почему у современных людей везде суперкомпьютеры — в карманах, на запястьях и так далее.

«...Что оно может быть использовано кем бы то ни было для решения любой проблемы», — эта часть цитаты, по мнению Кхоя Виня, звучит как отголосок того самого напряжения между двумя моделями.

Также подразумевается, что хороший дизайн может быть сделан только «настоящими» дизайнерами в контролируемых условиях и при решении только значимых проблем. Предполагается, что дизайн, которым занимаются не-дизайнеры, создаёт проблемы, является поверхностным, обманчивым и приводит к плохому дизайну.

На протяжении долгого времени у дизайнеров (особенно в студиях и агентствах) был экономический стимул хранить дизайн под семью замками, делать непонятными тонкости работы. Прежде чем выслушивать аргументы в пользу соборной модели, важно помнить, как традиционно работал дизайнерский бизнес.

Они хотят, чтобы методы оставались загадочными. Дизайнеры хотят, чтобы их отрасль была привилегированной территорией. То есть чем сложнее сделать дизайн, тем выгоднее это для дизайнеров.

Кхой Винь считает, что то же самое можно сказать и о дизайне. Но, как видно из противопоставления двух моделей, любая идея (например, технология) становится сильнее при её демократизации: когда она уходит в руки миллионов людей.

Демократизация дизайна означает, что его язык, словарь станет достоянием всего мира. Дизайн в руках не-дизайнеров — это хорошо, и в этом случае можно вспомнить о дизайн-мышлении. Это важно, потому что только относительно маленькая часть дизайна вышла за пределы профессиональных кругов: те, кто не знает терминов дизайна, не могут говорить о нём.

Однако если посмотреть на это с другой стороны, то получается, что дизайнеры целенаправленно отрекаются от обязанности объяснить дизайн миру. Дизайнерам нелегко ответить на вопрос, чем они занимаются. Не только от обязанности, но и от возможности.

С собой. Тогда с кем дизайнеры говорят о дизайне? Дизайнерам удобнее обсуждать свою тему в кругу посвящённых коллег, у которых уже есть словарный запас необходимых терминов. И всё. Практически всё, что публикуется о дизайне, публикуется в большей степени для специалистов этой области.

Дизайнеры готовы обмениваться опытом и знаниями друг с другом, обсуждать методы работы и продвигать профессию. В некоторой степени это хорошо. В этом есть недостаток. Дизайнеры, по мнению Виня, — открытый и дружелюбный народ, но только по отношению к коллегам. Дела обстоят хуже: под угрозой находится профессиональный дискурс. Речь не об изолированности и языке.

А если не знают, то вскоре познакомятся. Все знают друг друга. Такая близость может негативно влиять на то, что хочется сказать. Все дружат друг с другом. Она мешает говорить дизайнерам открыто и честно, чем препятствует общению.

Он чуть было не получил Пулитцеровскую премию за свою критику, которая делает архитектуру более важной и значимой для огромного количества людей. Например, Майкл Киммелман, архитектурный критик в The New York Times. Если бы он был практикующим архитектором, работающим над крупным проектом в Манхеттене, отношение к его статьям было бы другое.

Тем самым они помогли многим людям стать более сознательными и страстными любителями кино. Джин Сискел и Рождер Эберт — знаменитые кинокритики 1970-х годов — рассказывали не только о том, что шло на тогда в кинотеатрах, но также и объясняли идеи, которые лежали в основе фильмов. Если бы Сискел или Эберт были также и продюсерами или сценаристами, они не имели бы такого влияния.

Джин Сискел и Рождер Эберт

К сожалению, есть не так много независимых критиков дизайна. Гипотетические ситуации, описанные выше, — те, в которых находятся современные дизайнеры, препятствующие дискурсу: дискуссиям о дизайне не позволяют быть по-настоящему честными и открытыми.

Дизайнерам важно изменить своё отношение к этой ситуации уже сейчас.

Если вбить в строку поиска термин "tech backlash" (негативная реакция людей на последние события в области технологий), Google выдаст множество результатов, которые отражают переломный момент в отношениях между людьми и цифровым миром: переоценка пользователями Facebook, Google и Twitter; переживания по поводу доступа к личной информации и так далее.

Дизайнеры могут (и должны) помочь. Это не только проблемы мира технологий, но и мира дизайна. Это иллюстрация того, как мало мир знает о дизайне и как мало его ценит. Однако если вбить в строку поиска "design backlash", результаты будут совершенно другие.

Важно, поможет ли оно расширить язык дизайна, границы общества дизайнеров, построить мир, который ценит и понимает дизайн лучше, чем сейчас. Неважно, приведёт ли дизайн-мышление к увеличению количества плохого дизайна, считает Винь.

Если дизайн-мышление делает эту область более важной для всего мира, позволяя не-дизайнерам думать как дизайнеры — это положительный эффект.

#дизайн

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть