Hi-Tech

Пять лет на удаче: история двух энтузиастов из Петербурга, которые открыли типографию без опыта в сфере

Основатели Funky Press заказали оборудование без документов, вложили в ремонт помещения 600 тысяч рублей и пережили кассовый разрыв.

В закладки

 Александр Суворов и Максим Симанович

Смысл этой технологии в том, что краска наносится на выпуклые элементы печатной формы, а потом отпечатывается, продавливая бумагу. В 2014 году архитектор Максим Симанович и дизайнер Александр Суворов открыли в Санкт-Петербурге типографию высокой печати Funky Press. В итоге изображение получается рельефным.

Компания создаёт визитки, бумажные пакеты и приглашения, а кроме высокой печати в типографии работает с тиснением фольгой, вырубкой и другими техниками с бумагой разной плотности.

Они не разделили доли компании между собой юридически и ранее отправили 500 тысяч рублей за станок в Германию, не подписывая документов и не зная продавца лично. У предпринимателей не было опыта в производственном бизнесе.

Тем не менее типография существует уже пять лет, а среди её клиентов, например, «ВКонтакте» и российский художник Покрас Лампас.

Пригласительные на фестиваль русского балета во Франции

Желание стать типографом

Когда в школе зашла речь о выпускных фотоальбомах, он не смог смириться с классическим вариантом из красного кожзаменителя с золотой тесьмой. В 2007 году Максим Симанович учился в 11 классе.

Симанович поискал в интернете информацию, как делать фотоальбомы, и договорился с родительским комитетом, что принесёт свой вариант книги.

В итоге старшеклассник нашёл переплётную мастерскую, вместе с которой разработал прототип, утвердил вариант в школе и смог заработать на заказе 25 тысяч рублей.

И хотя ему поступали звонки с предложениями сотрудничать, он не смог совмещать заказы с учёбой — к тому времени он уже учился в университете на инженера-строителя. Большую часть денег Симанович потратил на сбор нового велосипеда, а на 5000 рублей купил в одном из журналов рекламу услуги создания фотоальбомов.

Но дизайнером он быть не хотел — его интересовало создание продукта, а не графика. По словам Симановича, его всегда тянуло к дизайну, архитектуре и красиво оформленным книгам. Тогда студент начал изучать рынок и работу типографий в Санкт-Петербурге.

В 2008 году он обратил внимание на проблему: типографии не проверяли макеты, печатали на дешёвой бумаге и не желали пробовать новые технологии, чтобы сделать качественный продукт.

Он находил клиентов и помогал им получать качественный результат: для этого ездил в мастерские, углублялся в технические аспекты переноса изображения на бумагу и помогал подготовить макеты к печати так, чтобы результат максимально повторял задумку дизайнера. В итоге студент решил стать посредником между заказчиком и типографиями.

В то время он жил с родителями, но такой источник дохода позволял ему обеспечивать себя. С каждого заказа он получал до 15% (точную сумму заработка Симанович назвать не смог).

Однако клиенты в основном всё равно оставались довольны и возвращались к студенту с повторными заказами. По словам Симановича, работа с типографиями каждый раз разочаровывала его: результат оказывался не таким хорошим, как ему бы хотелось, но найти исполнителей ещё лучше он не мог.

В 2011 году Симанович познакомился с основателем дизайн-студии Royal Rocks Славой (фамилию предприниматель не раскрывает).

Вместе с новым знакомым предприниматель договорился арендовать помещение и иногда сотрудничать — когда студия получала заказ на разработку дизайна полиграфической продукции, Симанович мог подхватить его и организовать печать макета.

Создатель студии предлагал предпринимателю объединиться, но Симанович отказывался, потому что для него было важным быть на равных и при этом работать автономно.

Он стремился выпускать качественные продукты, а основатель Royal Rocks — получать максимальную прибыль, иногда продавая клиентам дизайн-услуги, которые были им не нужны. По словам предпринимателя, проблема была в разных взглядах.

Однако работая в одном помещении со студией, предприниматель познакомился со своим будущим партнёром — дизайнером Александром Суворовым.

До прихода в Royal Rocks в 2011 году он успел поработать в рекламном агентстве CNG и собрать свою базу клиентов на фрилансе. Суворов занимался дизайном с 2006 года и начинал с макетов визиток за 300 рублей в копицентре. В дизайн-студии он рисовал иллюстрации для сайтов и помогал делать визитки.

Суворов тоже ушёл из Royal Rocks: он увлёкся digital-дизайном и устроился в агентство Eyetronic делать сайты. В 2012 году после долгих споров с владельцем дизайн-студии Симанович съехал из общего офиса.

После сотрудничества с дизайн-студией Симанович понял, что реклама в классическом понимании ему неинтересна, а единственный способ делать качественный продукт — самостоятельно разобраться в технологии и открыть свою типографию.

Первый печатный станок

Особенно сильно его увлекла техника высокой печати. В итоге Максим Симанович стал изучать форумы, смотреть видео и читать профильную литературу по полиграфии.

А параллельно — продолжал выступать посредником между типографиями и заказчиками. В июне 2013 года предприниматель начал искать подходящее для старта типографское оборудование.

Одним из важных критериев поиска стал максимальный вес станка — не более 25 кг (более массивное оборудование было бы невозможно отправить по почте).

Как рассказывает предприниматель, американские станки подобного типа делались из чугуна. Однажды Симанович увидел на eBay английский станок 1950-х годов Adana. А английский был современнее и состоял из сплава алюминия с чугуном, поэтому весил около 20 кг.

Печатный станок Adana​

Но чтобы купить его, предпринимателю сперва требовалось выиграть аукцион.

Но я подумал, что мой вариант — поддаться судьбе, а не полагаться на алгоритмы», — вспоминает типограф. «Оказалось, что аукционы на этом сайте — раскачанная индустрия, есть множество агрегаторов, которые следят за ставками.

Однако когда продавец пошёл отправлять станок, то оказалось, что он весит более 30 кг. Симановичу повезло: его ставка выиграла, и он заплатил за станок примерно 50 тысяч рублей. За доставку Симановичу пришлось доплатить около 25 тысяч рублей. Ему пришлось отправлять заказ в двух посылках.

Когда мне пришла первая часть Adana в зелёном пластиковом кейсе, это вызвало у меня, наверное, самые сильные эмоции в жизни.

Максим Симанович

Предпринимателю пришлось разобраться, как печатать, делать формы, какую краску использовать и где взять резиновые накатные валы, которые подойдут по своим свойствам для высокой печати. Однако для запуска дела одного станка было мало, вспоминает Симанович.

Каждая задача — опыт, эксперимент и адаптация существующих материалов», — комментирует он. «Готовых решений для высокой печати нет.

Он же и стал первым заказчиком Симановича. Печатать на станке предприниматель начал у себя на кухне, а результатами делился в интернете со знакомым из Royal Rocks Александром Суворовым, который в то время уехал жить в Москву.

Однако зарабатывать у него не получалось: из-за недостатка опыта даже самые простые изделия получались с браком — приходилось их переделывать за свой счёт. Чуть позже Симанович потратил 30 тысяч рублей и купил на Avito ручной резак, чтобы делать визитки.

Кроме того, уровень оборудования также не соответствовал объёмам заказов, а приобрести промышленные станки предприниматель пока себе позволить не мог.

Приходит понимание, что для этого нужен резак за 500 тысяч рублей — иначе, как бы ты ни старался, ровной формы не выйдет. Печатаешь 1000 визиток, а потом клиент говорит, что они получились не прямоугольные.

Максим Симанович

Симанович починил и усилил оборудование, но после ремонта станок не мог выдавать такой же стабильный и ожидаемый результат, что и раньше, и работать на нём стало невозможно. В итоге у Симановича сломался единственный станок для печати — Adana не выдержала высокой нагрузки.

Покупка нового оборудования

Друзья начали искать помещение под совместный бизнес. Наблюдая за работой друга, Александр Суворов захотел присоединиться к Симановичу и вернулся в Санкт-Петербург весной 2014 года.

У партнёров не было стартового капитала, но Суворов продолжал работать дизайнером на фрилансе, а Симанович всё ещё помогал студиям сотрудничать с другими типографиями.

И первым делом сделали стильный ремонт. Предприниматели арендовали за 15 тысяч рублей помещение площадью 34 м². «Мы сделали пол, как на палубе яхты, чёрный потолок, покрасили стены и поставили огромный стол», — рассказывает Максим Симанович.

Первый офис Funky Press до ремонта

Всего на него ушло около 100 тысяч рублей. Ремонт предприниматели делали своими руками, и продлился он с конца июня по сентябрь.

Тут пришли мы и стали вваливать деньги в ремонт нашего помещения. Под нами был завод, а на нашем этаже — другие мастерские. «Это же 40 тысяч рублей, вы чего?» — говорили нам. Все приходили и спрашивали: «Зачем вам деревянный пол, ребята?» А мы отвечали, что по-другому не можем начать работу.

Александр Суворов

Параллельно с ремонтом Симанович искал новое оборудование и наткнулся в интернете на немецкий печатный станок на формат B2 Korrex Berlin 1966 года весом 1,2 тонны.

Korrex Berlin

Тогда предприниматели связались с продавцом, чтобы зарезервировать его. Симанович нашёл человека, который продавал станок на немецком форуме. Станок стоил около 325 тысяч рублей.

Тот пообещал привезти станок, когда наберётся достаточное количество заказов на доставку. Также Симановичу удалось найти инженера, у которого был опыт перевозки полиграфического оборудования из Германии в Россию. Его услуги стоили около 125 тысяч рублей.

При этом у предпринимателей не хватало денег на покупку, а банки отказывали им в кредите без пояснения причин.

«Мой хороший друг Леван (фамилию предприниматели назвать отказались — vc.ru) — человек с широкой грузинской душой. Однако партнёрам удалось найти выход. Ранее он помогал нам с ремонтом, а тогда — предложил оформить кредит на него», — вспоминает Симанович.

Предприниматель отговаривал друга от этого поступка, но Леван поддержал начинание товарища и, ничего не сказав, взял кредит на 400 тысяч рублей.

Он был вынужден рисковать, потому что найти такое же оборудование в России было невозможно. В итоге Симанович отправил деньги продавцу станка и доставщику в Германию, с которыми у него были только устные договорённости, никаких документов подписано не было.

На оставшиеся деньги Симанович вместе с Леваном отправились отдыхать на неделю в Турцию, решив, что устали после ремонта и истории с оплатой станка.

Резкое падение курса рубля снизило спрос на зарубежное типографское оборудование — и доставщику потребовалось время, чтобы собрать достаточно заказов для загрузки фуры. Доставка оборудования затянулась на два месяца.

Однако предприниматели столкнулись с новой проблемой: он не проходил в дверной проём. Получить станок удалось лишь в конце ноября 2014 года. В итоге станок простоял у мастерской ещё два месяца, пока партнёры не разобрали его на две части и не занесли в помещение.

Также у предпринимателей не было материалов для начала печати. Запуск аппарата вновь пришлось отложить — выяснилось, что для питания станка требуется проложить в помещение дополнительные два провода.

При этом предприниматели выплачивали кредит друга Симановича по 20 тысяч рублей в месяц и платили аренду, всё ещё продолжая работать по своим направлениям. На электропроводку, бумагу и краску потребовалось ещё около 50 тысяч рублей.

В итоге к печати на новом станке предприниматели приступили лишь в апреле 2015 года.

Максим Симанович за работой на Korrex Berlin

Переезд в новый офис

У каждого была своя база наработанных до этого клиентов, поэтому проблем с поиском первых заказов не было. Первоначально предприниматели совмещали две экспертизы: Суворов занимался дизайном, а Симанович воплощал макеты в жизнь.

Для предпринимателей это означало, что человек, взяв в руки продукт, испытает приятные эмоции от визуальной и тактильной его составляющих. Студию назвали First Sense (первое чувство).

При этом типографию друзья выделили в отдельный экспериментальный проект под названием Funky Press.

За них компании заплатили около 30 тысяч рублей, но заработать всё равно не удалось — продукция всё ещё зачастую выходила бракованной, исправлять это приходилось за свой счёт. Первым заказом на печать стали 600 визиток для завода «Двигатель».

​Визитка для завода «Двигатель»

Он поднял цены на дизайн-услуги в три раза. В середине 2014 года предприниматели наняли дизайнера, а спустя полгода Суворов начал позиционировать себя для клиентов уже не как фрилансера, а как студию.

«Клиенты меня не поняли, поэтому дизайн быстро закончился, и мы с Максимом сосредоточились на печати», — комментирует Суворов.

Компания планировала арендовать всё здание. В тот момент заводом «Измерон», на котором Funky Press арендовала помещение, заинтересовался «Газпром проектирование». Типографии дали месяц, чтобы съехать.

Кроме того, как вспоминает Суворов, команда не верила, что так просто может переехать, потому что лишь недавно закончила финальное обустройство пространства. И хотя предприниматели искали новое помещение, попадавшиеся варианты их не устраивали.

Мы досидели до того, что были единственные на этаже, а вокруг нас рушились стены, всё было в пыли, мы запирались у себя в отдалённом закутке и работали.

Я не понимаю, как на нас смотрели арендодатели, а мы продолжали говорить, что скоро съедем. Доходило до того, что мы пробирались в наше помещение через развалины.

Александр Суворов

При этом предприниматели продолжали ходить в администрацию завода и добились того, что им разрешили занять помещение на этаже ниже, где часть здания «Газпром» оставил заводу, а часть осталась пустовать.

Проблема была в том, что в нём не хватало одной стены — предпринимателям приходилось работать на глазах у сотрудников завода. В январе 2017 года типография переехала в новое помещение.

Мы просто сидели и курили самокрутки, не зная, что с этим делать. У нас лежали летние колёса от моей и Максима машин, а на них столешница. Дул сильный ветер, потому что у нас в стене был прорублен люк, из которого сыпался почему-то к нам на стол песок.

Я забыл закрыть на ключ дверь и заснул прямо на коробках. Как-то раз я приехал на работу в районе шести утра. Проснулся от шорохов, вскочил, как бомж, из коробок, а там женщина с завода перебирает наши элитные блокноты.

Александр Суворов

Спустя полгода предприниматели обратились к знакомым, чтобы те сделали в помещении ремонт, а сами продолжали выполнять заказы.

В целом на аренду помещения у них уходит около 60 тысяч рублей в месяц.

Расфокусировка

Это позволяло брать разнообразные заказы на изготовление полиграфической продукции. К середине 2018 года у предпринимателей уже был советский пресс для горячего тиснения фольгой за 150 тысяч рублей, гидравлический резак примерно за 350 тысяч рублей и другое более мелкое оборудование.

Тем не менее у бизнеса случился кассовый разрыв из-за череды проблем.

Во-первых, предприниматели вложили слишком много денег в новый ремонт — около 600 тысяч рублей.

Типография Funky Press

Во-вторых, Симанович и Суворов стали брать всё более сложные проекты, которые из-за брака часто приходилось переделывать — из-за этого бизнес уходил в минус.

Новые сотрудники заказчика спустя время стали отдавать печать проектов своим знакомым. В-третьих, у одного из постоянных клиентов (его название предприниматели не уточняют) постоянно менялись менеджеры.

Однако Симанович комментирует: «Мы не очень рискованные предприниматели, мы не опускаемся на самое дно по финансам». Точную сумму задолженности основатели типографии не раскрывают.

В итоге компании договорились делить производственные мощности между собой. Вместе с этим в здание завода переехало ещё две типографии (их названия компания не уточняет), с которыми Funky Press была знакома ранее.

Аппарат продали за ту же цену, что и приобретали, а деньги вложили обратно в оборотные средства, чтобы избавиться от кассового разрыва. Тогда типографии больше не нужен был собственный резак — предприниматели могли резать бумагу у друзей.

Риски типографского дела

По словам Максима Симановича, сейчас типографии удаётся жить за счёт того, что она работает не по восемь, а по 10–12 часов в день. Первые два года, как говорят предприниматели, бизнес уходил в минус.

Суворов дополняет, что заработка не хватает, чтобы купить себе, например, квартиру или новую иномарку.

Предприниматель считает, что это позволило компании выжить ещё на первом этапе. При этом Funky Press работает через несколько ИП основателей, которые позволяют вести бизнес по упрощённой форме.

Предприниматели не боятся ссоры и считают, что если сложится неблагоприятная ситуация, то решение всегда найдётся.

— Как сказал Юлий Цезарь: “Лучше один раз умереть, чем всю жизнь ожидать смерти“». «Если бы мы сразу разделили всё по долям и выписывали бы себе зарплату, то мы не продержались бы и года, — комментирует Симанович.

Ежемесячный оборот типографии основатели назвать отказались. По словам предпринимателей, в среднем компания сейчас получает 80 заказов в месяц, при этом доходность бизнеса до 30%.

Цена, например, за визитки варьируется от 3000 до 20 000 рублей за 100 штук.

Сейчас в компании работают три наёмных сотрудника: два печатника и один менеджер по проектам.

Команда Funky Press

Кроме того, с 2018 года Суворов ведёт свой Telegram-канал, где делится опытом и буднями Funky Press. При этом предприниматели не находят времени на систематический маркетинг, хотя с самого начала бизнеса развивают группу типографии во «ВКонтакте» и страницу в Instagram.

По словам предпринимателей, они постоянно покупают оборудование, потому что под каждую мелкую операцию в полиграфии нужен отдельный инструмент.

Для склейки двух листов нужна техника за 250 тысяч рублей. Например, нужно купить аппарат, чтобы просверлить в бумаге дырку, а для складывания листа пополам нужен биговщик, который стоит от 35 тысяч рублей.

Техника, которая заточена под большие тиражи, обладает высокой степенью автоматизации и высоким качеством, стоит в 10–15 раз дороже, чем то, что у нас. «До сих пор мы существуем в рамках недорогого оборудования. Хороший степлер стоит 20 тысяч рублей, а промышленный — 1,5 млн рублей», — рассказывает Симанович.

​Пригласительные на иммерсивное шоу

По словам предпринимателя, типография — классический бизнес, где для увеличения производственного объёма в десять раз нужно нанять десять человек, увеличить площадь, докупить оборудование.

По его словам, иногда заказы идут гладко, а бывает, что специалист спотыкается на одном, потом на втором, затем на третьем этапе. Ещё одной трудностью Александр Суворов называет каскад ошибок. При этом конкретного решения для этой проблемы нет, и предпринимателям остаётся лишь фиксировать опыт.

Бывает, что даёшь где-то слабину в переговорах, обещаешь попробовать сделать вариант, хотя до этого уже убедился, что технически он невозможен.

Понятно дело, что я не только этим заказом занимался, но висящая задача в мозге очень выматывает. В последний раз, когда я так сказал, то делал заказ месяц, что в четыре раза дольше обычного.

Александр Суворов

По словам Суворова, типография отказывается работать с клиентами, которые позволяют себе выплёскивать в адрес студии сильный негатив уже на первом этапе.

«С большой вероятностью заказ посыпется и будет идти туго, поэтому лучше сразу отказаться от него, чем начинать», — комментирует предприниматель.

Суворов вспоминает, что у типографии был в клиентах чиновник из администрации Санкт-Петербурга, но опыт получился отрицательным.

Предприниматели повели клиента по стандартной схеме. Заказчик позвонил и сказал, что очень хочет сделать премиальные визитки именно у Funky Press, потому что ему нравятся работы мастерской.

Предприниматели показали варианты, но клиент вначале долгое время не давал комментарии, а потом прокомментировал с яркой негативной эмоциональной окраской, при этом не давая конкретику. Когда заказчика попросили показать, какие именно работы типографии ему нравятся, то он ответил: «Предложите мне». В итоге Funky Press отказались от заказа и вернули деньги клиенту.

Однако предприниматели об этом не переживают — по их мнению, если клиент не может подождать ответа день, то ему не нужны, например, визитки, которые придётся ждать полторы недели. Когда в типографию поступает новый заказ, клиент не получает ответа сразу, а попадает в лист ожидания.

​Блокноты для «ВКонтакте»

У Funky Press есть постоянные клиенты, которым предприниматели идут навстречу и готовы выполнить срочные заказы в ущерб своему свободному времени.

Когда заказчики начинают давить на сроки, заказ вновь «сыпется». Изначально, если заказ сложный и требует сочетания разных техник, клиента предупреждают о том, что сроки могут сдвинуться. Как рассказывает Суворов, иногда после пяти видов печати в финале от нервов из-за давящего клиента может произойти ошибка.

Каждый заказ может увести компанию в минус. Типографий ручной печати мало на российском рынке, потому что есть большие риски.

Он пришёл и сказал, что мы занимаемся творчеством. К нам приходил парень из региональной типографии, у которого отлажен бизнес.

Мне кажется, что можно найти впоследствии инструменты, которые станут более бизнесовые, но мы пока их ищем.

Александр Суворов

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть