Hi-Tech

«Про Витте много тёмного рассказывают, хотя все единодушно признают, что он умён»

Отрывок из книги «Министры финансов».

В закладки

От российской империи до наших дней». Издательство «Альпина Паблишер» выпустило книгу «Министры финансов. Авторы — доктор экономических наук и председатель правления «Юникредит Банка» Михаил Алексеев и кандидат исторических наук Александр Пачкалов — рассказывают о министрах финансов страны, работавших с начала 19 века до современности.

Редакция vc.ru публикует главу из книги, посвящённую Сергею Юльевичу Витте.

Детство

Его предками были выходцы из Голландии, переселившиеся в Прибалтику в 18 веке и получившие потомственное российское дворянство. Сергей Юльевич Витте родился в Тифлисе (сейчас Тбилиси). Мать — дочь саратовского губернатора и княжны Е.П. Отец работал начальником канцелярии у кавказского наместника, заведующим Департаментом земледелия и сельского хозяйства на Кавказе. Долгорукой.

Историки Б.В. По материнской линии Сергей Юльевич был отдалённым потомком святого князя Михаила Черниговского, убитого в Орде. Ганелин отмечают, что «Витте-мемуарист хотел убедить потомков, что он происходил не из малоизвестных обрусевших немцев, а родился в семье дворянина». Ананьич и Р.Ш.

Витте прошли в Тифлисе, в доме его дяди генерала Р.А. Детство и юность С.Ю. Согласно воспоминаниям Витте, в доме дяди царил «ультрарусский дух». Фадеева, где он безвыездно прожил первые 16 лет. По его словам, с детства он видел «некоторые примеры, которые едва ли могли служить образцом хорошего воспитания».

Например, Витте вспоминает, что «муж моей няньки-крепостной был также крепостным; он служил у нас официантом и был также горчайшим пьяницей; при мне постоянно разыгрывались сцены между моей нянькой и её пьяницей-мужем… Мои дядьки (солдаты) вели себя также не особенно образцово: они оба любили выпить и один из них, несмотря на то, что ему было за 60 лет, на наших детских глазах развратничал».

Образование и учёба

В то время учёба мало интересовала молодого человека. Витте учился в Тифлисской гимназии. Витте сам признавался, что занимался в детстве очень плохо: «Большею частью на уроки не ходил; приходя утром в гимназию, я обыкновенно через час-полтора выпрыгивал через окно на улицу и уходил домой». Аттестат он получил с плохими отметками и единицей по поведению.

Витте писал в мемуарах, что «держал экзамены чрезвычайно плохо», «еле-еле, с грехом пополам, я получал только самые умеренные отметки, которые мне были необходимы для того, чтобы получить аттестат. С.Ю. Я нисколько не огорчался тем, что обыкновенно ни на одном экзамене не мог дать удовлетворительного ответа».

В качестве одного из примеров он приводит воспоминание о том, что, получив тройки по французскому, «мы пошли за ними (учителями) по улицам и всё время сыпали относительно их ругательства и бросали в них грязью». По воспоминаниям Сергея Юльевича, он и его брат «были большими шалунами». Это объясняет единицу по поведению в аттестате.

По словам Витте, уже после окончания гимназии он задумался о своём будущем:

Когда мы (с братом) остались одни, у нас, в сущности, у меня, явилось сознание того, что я никогда ничему не учился, а только баловался и что, таким образом, мы с братом пропадём.

Тогда у меня явилось в первый раз сознание и соответственно с этим проявился и собственный характер, который руководил мною всю мою жизнь, так что вплоть до настоящего времени я уже никогда не руководился чьими-либо советами или указаниями, а всегда полагался на собственное суждение и в особенности на собственный характер.

Говорю «до известной степени», потому что мой брат, будучи любимцем моего отца и матери, был ими чрезвычайно избалован, а вследствие этого был гораздо распущеннее меня. Вследствие этого я, до известной степени, забрал в руки моего брата, который был на год старше меня. Кроме того, по природе своей он не имел того характера, который был у меня.

Витте не поступил. В Новороссийский университет в Одессе С.Ю. Просиживая над учебниками по 12 часов в день, они наверстали упущенное. После провала он уговорил брата уехать в Кишинёв и там начать готовиться к поступлению. После сдачи экстерном выпускных экзаменов в Кишинёвской гимназии уже с новым аттестатом Витте поступил на физико-математический факультет Новороссийского университета.

Витте оказался замешан в финансовом скандале — в студенческом комитете он отвечал за кассу взаимопомощи, в которой была выявлена большая недостача. В университете С.Ю. Однако выплатив штраф, Сергей Юльевич смог избежать тюрьмы. Витте грозила уголовная ответственность.

Есть сведения, что он хотел заниматься научной и преподавательской работой. Учился в Новороссийском университете Витте неплохо. Знакомый, знавший Витте ещё в университетские годы, указывал, что научной деятельности Витте не стал заниматься именно из-за фиаско с диссертацией. Он написал диссертацию, посвящённую теме бесконечно малых величин, но преподаватели признали её неудачной. Современники также отмечали, что Витте не хватало усидчивости для систематического занятия наукой.

Витте оставлял желать лучшего. Уровень образования С.Ю. Плохо Витте говорил и на французском языке. Со специфическим южным акцентом Витте говорил: «есть идэя!», «учёбный», «плацформа», и так далее, очень часто выражался грамматически неправильно, порой позволял себе сквернословить.

Витте «очень слабо владел французским языком, совсем не знал немецкого и с европейским умственным миром был знаком только посредством нескольких переводных отрывков, а литература, кроме наук по его специальности, литература всего образованного мира и знание истории, всё было для него чуждое и очень малоизвестное». Один из современников писал, что С.Ю.

Хотя в своих воспоминаниях Сергей Юльевич пишет о том, что в детстве, несмотря на «ультрарусский дух» и «культ самодержавного монархизма», поддерживаемые его родителями, в доме все «болтали большей частью по-французски».

Колышко, «Витте и на бумаге был столь же косноязычен, как на словах». По оценке писателя И.И. В тоже время, возможно, все это сыграло свою роль в карьерном продвижении Витте — Александру III нравилась простота в поведении и общении («внешнее проявление прямоты и искренности»). Южный акцент, ужасный французский вызывали насмешки в среде аристократии.

Урусов, который в целом относился к Витте положительно, писал о недостаточном уровне образованности Витте: Общественный и политический деятель С.Д.

В его характере, в складе ума, в общем его духовном облике недоставало тех свойств и черт, которые привлекают к человеку людские сердца, вызывают неизменное и глубокое уважение, основанное на непоколебимой вере в искренность, чистоту и возвышенность его чувств и поступков.

Я сомневаюсь в том, был ли он знаком с произведениями всех наших классиков-прозаиков, а тем более поэтов. Он был односторонне образован и вне своей специальности мало начитан. Произведения иностранных писателей, даже мирового значения, он вряд ли читал и даже имена некоторых из них были ему, по-видимому, незнакомы.

Так, он, как мне показалось, считал получение графского титула многозначительным фактом, сильно повысившим его удельный вес, старался приобрести «графские» манеры и усвоить какие-то «графские» словечки и обороты речи. Некоторая мелочность, буржуазное миросозерцание понижали иногда впечатление, получаемое от него. Мне как-то неприятно было услышать из его уст слова: «Повидайте мою графинюшку, она вас очень любит».

Государственный секретарь А.А. О нехватке образования писали почти все, кто знал Витте лично. Половцов считал, что Витте — «человек очень умный, но лишённый и первоначальных, и всяких государственных сведений».

Лопухин писал: «Мне …пришлось видеть много людей самых разнообразных калибров, но я никогда не встречал человека, в котором степень образования, даже сумма практических сведений так не соответствовала его положению, как в Витте. Бывший начальник департамента полиции А.А. Он окончил курс в университете на математическом факультете, но трудно думать, чтобы после этого он когда-либо что-либо читал».

В тексте изобиловали орфографические, пунктуационные, стилистические и фактические ошибки. Не очень высокий уровень образования прослеживается и в текстах, написанных Витте, например в его «Воспоминаниях».

Публикаторы «Воспоминаний» исправляли «без оговорок явные грамматические ошибки, описки, диалектизмы, очень уж неловкие словесные конструкции, неточности в передаче собственных имён»; и в таком «удобоваримом» виде они попали к читателям.

Карьера

Витте неудачно вложили деньги в угольные копи, в результате семья оказалась почти нищей. В своё время отец и дед С.Ю. Витте вынужден был поступить на государственную службу в дирекцию Одесской железной дороги станционным смотрителем. Из-за этого С.Ю.

Как написал один из биографов Сергея Юльевича, Витте «вполне успешно проявил себя на избранном поприще, что объяснялось и собственными незаурядными способностями». Будущий министр финансов продавал билеты, давал гудки, когда поезда отходили от станции.

Витте занимал различные должности, связанные с железнодорожной сферой. С.Ю. В управлении казённой Одесской железной дороги был и конторщиком грузовой службы, и помощником машиниста, и контролёром движения, и помощником начальника эксплуатации дороги.

С.Ю. Успешная карьера Витте могла оборваться в декабре 1875 года в связи с крушением поезда недалеко от Одессы — Тилигульская катастрофа, в которой пострадали более двухсот человек. Однако по не совсем ясным причинам дело было замято, а тюремный срок был заменён двухнедельной гауптвахтой, куда Витте приходил только ночевать. Витте судили и приговорили к тюремному заключению.

Проппера, Витте «пережил большой личный кризис, из которого вытащил его И.А. По словам С.М. После приговора суда по делу о Тилигульской катастрофе Сергея Юльевича уволили с поста помощника начальника службы эксплуатации на Одесской железной дороге. Вышнеградский. Тогда Вышнеградский взял его в правление своей компании». Когда Витте обратился с просьбой о месте к председателю правления Главного общества российских железных дорог, тот не допустил его к себе и дал знать через секретаря, что не имеет вакансии для „бывшего каторжника”.

Эта деятельность Витте показала его верноподданнические чувства и, возможно, также способствовала его карьере. В 1881 году, после убийства Александра II, Сергей Юльевич некоторое время возглавлял киевское отделение монархической организации «Священная дружина».

Мещерский в 1896 году в своём письме выражал разочарованность его действиями: «Второй год Ваши искренние друзья с грустью сознают, что Вас узнать даже нельзя; святой огонь как будто тухнет». После того, как «налёт славянофильства» сошёл с Витте, его покровитель князь В.П.

В это время он поддержал фактического председателя правления Общества Юго-Западных железных дорог И.А. В 1887 году Витте становится управляющим Юго-Западными железными дорогами. Бунге за министерское кресло. Вышнеградского в интригах и закулисной борьбе против министра финансов Н.Х.

После этого назначения «Лига защиты добрых нравов», действующая в Санкт-Петербурге, направила Александру III письмо, в котором приводились факты о взяточничестве Витте. В 1889 году Витте назначен директором Департамента железнодорожных дел и председателем тарифного комитета.

Есть версия, что на решение императора могла повлиять их личная встреча в 1888 году, когда С.Ю. Почему выбор Александра III пал именно на Витте, сегодня остаётся только предполагать. Витте как начальник Юго-Западных железных дорог потребовал снижения скорости движения царского поезда.

Витте в качестве эксперта был привлечён к расследованию. Александр III подчинился этому требованию и позже у него был весомый повод в полной мере оценить правильность своего решения: на пути из Ялты в Москву царский состав сошел с рельс.

Витте директором департамента император лично доплачивал ему значительную сумму, так как официальный оклад директора на государственной службе был намного меньше, чем зарплата управляющего в частной компании. После назначения С.Ю.

Степанов об этом факте пишет так: «Сергея Юльевича смутила разница между его жалованьем управляющего (более 50 тысяч рублей) и окладом директора департамента (8 тысяч рублей). В.Л. Но проблему удалось частично урегулировать — император согласился доплачивать ему ещё 8 тысяч рублей из своих личных средств».

Феоктистова, что именно министр финансов И.А. Сохранились сведения Е.М. Как отмечает Степанов, Витте как «директор нового департамента сразу же стал ближайшим сотрудником министра финансов». Вышнеградский убедил Александра III проявить щедрость и повысить жалованье Витте.

В этой должности он активно поддерживает и развивает идеи И.А. В 1892 году Витте становится управляющим Министерством путей сообщения. Вышнеградского по выкупу государством частных железных дорог и о строительстве казённых.

Витте в «верхах», Вышнеградский, обычно скупой на похвалы, щедро расточал комплименты в адрес своего подопечного. Чтобы укрепить положение С.Ю. Мещерскому Иван Алексеевич так характеризовал Витте: «Да, это хорошая голова». Князю В.П. Тернера, И.А. По воспоминаниям товарища министра финансов Ф.Г. Вышнеградский «был особенно высокого мнения о талантах Сергея Юльевича, указывал государю на Витте как на естественного себе преемника».

Изнара, «влияние С.Ю. По оценке чиновника Н.Н. Витте, как. Витте на своего министра с каждым днем возрастало, и ни одно из важных мероприятий Министерства финансов в то время без него не обходилось, причём мнение С.Ю. уверяли ближайшие сотрудники, имело решающее значение». по крайней мере.

Степанов, «Сергей Юльевич нередко „зарывался” и превышал свои полномочия. Как отмечает В.Л. Однако вскоре выяснилось, что с министром эту публикацию, подготовленную в Департаменте железнодорожных дел, никто не согласовывал. В „Правительственном вестнике” появилась официальная статья от имени финансового ведомства о ссудных операциях под хлеб на железных дорогах. По этому поводу Вышнеградский имел с Витте „неприятный” разговор».

О получении поста министра финансов

Степанов, «Вышнеградский и Витте широко использовали в своей бюрократической практике методы ведения дел в мире бизнеса. Как отмечает В.Л. Министр финансов и его помощник полагали, что ради соблюдения интересов казны годятся любые средства». Они действовали напористо, стремились всеми возможными способами потеснить конкурирующие ведомства, зачастую не считаясь с устоявшимися нормами поведения в чиновной среде.

Изнар подтверждал точку зрения Степнова: «Они (Витте и Вышнеградский) в государственных делах часто действовали, как вольные казаки, ни перед чем не останавливаясь, лишь бы достигнуть намеченной цели. Н.Н. Для того чтобы расположить к себе влиятельные органы печати, на службу в качестве чиновников особых поручений приглашались сотрудники, писавшие статьи, вдохновляемые министром или его ближайшими сотрудниками». Когда было нужно, пускалось всё в ход — сплетни, интрига и печать.

Степанова, «появившись в Петербурге, Витте стал в частных разговорах пренебрежительно отзываться о министре финансов. По характеристике В.Л. Он сумел добиться расположения князя В.П. Сразу же стал искать в столице других покровителей. Пытался выставить себя инициатором успешных мероприятий финансового ведомства». Мещерского, который в своих воспоминаниях дал ему лестную характеристику.

Богданович отмечала в дневнике: «Когда говорили о Вышнеградском, он (Витте) странно как-то о нём говорил — отрицал в нём ораторский талант; сказал, что он слишком распространяется; подаваемые ему записки по разным делам он не приказывает печатать, как другие министры, но их прочитывает и запирает в стол, говоря при этом, что недаром же он десять лет был учителем». А.В.

Богданович, обратил внимание, «что уже два года он замечал, что Вышнеградский ненормален, а что уже полгода, как он совсем сумасшедший». В другой ситуации Витте, по словам А.В. Половцову о министре финансов: «К сожалению, это человек, на слова коего полагаться нельзя». Когда Вышнеградский уехал в Крым, Витте сказал А.А.

В мемуарах И.И. После таких разговоров Александр III сказал о своём намерении назначить Витте «на место не могущего продолжать занятия Вышнеградского». Этого до сих пор не понимали. Колышко приводит услышанные им слова Витте о том, что его прочат в министры финансов: «В России тот пан, у кого в руках финансы. Но я их научу». Даже Вышнеградский.

Перед его возвращением Витте говорил государственному контролёру, что Вышнеградский, «вероятно, будет заниматься, а это грозит его здоровью, ибо головные боли всё ещё не проходят и в Стокгольме даже очень его беспокоили». В то время как Вышнеградский поправлял своё здоровье за границей, Витте продолжал убеждать всех в «неспособности своего начальника к дальнейшей работе». Также Витте отмечал, что «и не заниматься-то нельзя, ибо в министерстве делается Бог знает что».

Проппер описывал ситуацию с отставкой И.А. Редактор «Биржевых ведомостей» С.М. Вышнеградского так:

На Витте было возложено представление всеподданнейших докладов по Министерству финансов. Заболел министр финансов и ушёл в длительный отпуск. Они лишены звонких фраз, просты и хорошо понятны императору и в некоторых случаях сопровождаются простейшими разъяснениями Витте. Его доклады нравятся императору.

В «Московских ведомостях» появляется сенсационная корреспонденция из Санкт-Петербурга: по мнению лиц, которые видели Вышнеградского в последнее время, тот был неизлечимо болен и страдает явно выраженным параличом головного мозга. Доверие императора к нему заметно растёт, и перед ним замаячил, хотя ещё в неопределённом отдалении, портфель министра финансов.

Вышнеградский получает отставку милостивым императорским рескриптом и живёт ещё четыре года в полном здравии и ясном уме. В связи с этим дальнейшее пребывание Вышнеградского во главе Министерства финансов невозможно. Витте назначается управляющим Министерством финансов с пожалованием чина тайного советника.

Витте возглавил Министерство финансов вместо И.А. В 1892 году С.Ю. Вышнеградского, а через год был утверждён в должности министра финансов и занимал эту должность до 1903 года.

Витте. Назначение было ожидаемым и вместе с тем достаточно неожиданным и для самого С.Ю. С.М. В этом Витте признался в своих мемуарах. Проппер вспоминал:

Факт назначения министром для Витте также был неожиданностью. Я находился у Витте несколько минут, и мы собирались приступить к работе, когда в комнату ворвался дежурный служащий, высоко держа голубой конверт. Это превосходило его самые смелые ожидания, которые не шли дальше назначения товарищем министра.

Дрожащей рукой он взял письмо и долго не открывал конверт. Я видел, как Витте побледнел, он хотел подняться со своего места, его члены отказывались служить, и он должен был, глубоко вздохнув, опуститься на стул. Движением руки — говорить он ещё не мог — он попросил меня подождать Я хотел поздравить.

Мещерский. По многим данным, стремительной карьере Витте способствовал влиятельный князь В.П. Витте мне сразу стал симпатичен своей естественностью, безыскусностью в проявлении им своей личности». Сохранилось воспоминание Мещерского о первой встрече с Сергеем Юльевичем: «Я увидел перед собой высокого роста, хорошо сложенного, с умным, живым и приветливым лицом человека/ В чёрном сюртуке, развязный и свободный в своей речи и в каждом своём действии, он мне напомнил наружностью английского государственного человека. Колышко, покровительство Витте также оказывал адмирал Н.М. По данным И.И. Чихачёв.

Богданович отмечает, что многие современники были недовольны назначением Витте на пост министра финансов. А.В. О Витте говорили, что он «тёмная личность», «аферист», «взяточник», «пользуется тёмной репутацией», «все его ненавидят и все боятся» и так далее.

Колышко, «дни восхода звезды Витте во всём отличны от дней её заката. По характеристике, данной И.И. В бюрократической тине тех дней Витте сверкал, как брошенный в кучу пепла самоцветный камень». Стройный, сильный, почти красивый в своей некрасивости, почти обаятельный в своём „цинизме”, витязь пробужденных русских сил, как загадочная русская красавица, кружил головы обещаниями и, как опытная кокетка, обрывал слишком сильные натиски.

Витте демонстрировал «полное отсутствие всякого чиновничьего типа». По словам современников, С.Ю. Ковалевского: По воспоминаниям товарища министра финансов В.И.

Резали утончённое петербургское ухо. На первых порах поражала, прежде всего, внешность Витте: высокая фигура, грузная поступь, развалистая посадка, неуклюжесть, сипловатый голос; неправильное произношение с южно-русскими особенностями.

Однако мало-помалу эти экстравагантные черты частью стирались, частью к ним попривыкли. Не нравилась фамильярность или резкость в обращении. И вот всё более и более вырисовывались в лице Витте государственная сила, оригинальность творчества и боеспособность на защиту того, что он считал необходимым и полезным для России.

Ум и воля Витте импонировали, резкость и иногда даже грубость его выступлений обезоруживали противников, редко идейных, но большей частью сводивших личные с ним счёты. На глазах у всех со сказочной быстротой проявлялась могучая натура, которая постепенно всем овладевала и всех вольно или невольно подчиняла себе.

Менделеев, указывая, что Витте производил во многом невыгодное впечатление: «Огромного роста, нескладно скроенный, некрасивый мужчина, со странно приплюснутой переносицей, с хитрым, даже плутоватым выражением глаз. Несколько другую оценку внешности Витте дает один из чиновников того времени П.П. Красотой, плавностью его речь не отличалась. Какой-то совсем особый говор с неожиданными, совершенно простонародными интонациями. Нередко попадались у него грубоватые, не совсем культурные выражения». Говорил без всяких ораторских приёмов, просто, большей частью спокойно, несколько даже скрипуче, подыскивая слова.

По словам А.С. К тому же современников указывали на то, что Витте был нечистоплотен, причём не только в делах. Суворина, Витте мог себе позволить проходить две недели в грязных носках.

Он во многом ориентировался на идеи своих предшественников Н.Х. Можно предположить, что первоначально у Витте как министра финансов не было определенной программы. Вышнеградского. Бунге и И.А. Большое влияние на деятельность Сергея Юльевича оказывали идеи немецкого экономиста первой половины XIX века Ф.Листа.

С.Ю. Главными мероприятиями, которые осуществил министр финансов Витте, были: денежная реформа 1897 года по введению золотого стандарта рубля, привлечение иностранных инвестиций, введение «винной монополии». Столыпин. Витте предпринимал меры по ускоренному развитию промышленности, способствуя «первой российской индустриализации» 1890-х годов, а также разработал программу реформ, которую позже реализовывал П.А.

Витте выступил идеологом строительства Китайско-Восточной железной дороги (КВЖД), укрепления положения Русско-Китайского банка, дальнейшего проникновения российских капиталов в Китай. Сергей Юльевич активно выступал и за ограничение привилегий дворянства: «Я потомственный дворянин и воспитан в дворянских традициях, но всегда считаю несправедливым и безнравственным всевозможные денежные привилегии дворянству за счёт плательщиков податей, то есть преимущественно крестьянства».

Он активно менял кадровый состав министерства, принимая на работу новых людей. Сергей Юльевич на посту министра большое внимание уделял кадровой политике. Плеске, И.П. Благодаря Витте в министерство финансов были приняты на работу Э.Д. Барк, позже ставшие министрами финансов. Шипов, П.Л.

В то же время современные историки отмечают, что роль Витте в ряде знаковых назначений в министерстве финансов преувеличена. О том, как были обязаны Витте многие деятели, тот подробно, но не совсем правдиво писал в конце жизни в «Воспоминаниях».

Пыжиков пишет: «Оказывается, ему обязан назначением товарищем министра финансов даже Бунге, которого Витте, будучи скромным начальником эксплуатации Юго-Западной железной дороги, якобы рекомендовал самому Лорис-Меликову. А.В. Конечно, это имеет мало общего с действительностью: костяк кадрового состава Минфина комплектовался в основном Бунге и Вышнеградским». Из текста следует, что и Бунге, и все остальные (вплоть до Александра III) с нетерпением ожидали советов мудрого железнодорожника.

Так, по словам А.В. Формирование в Министерстве финансов большого круга людей, обязанных Витте карьерой, способствовало тому, что и после его отставки он сохранял очень большое влияние. Плеске говорили, что он «готов исполнять все приказания Витте, что он будет совсем в руках у Витте, что умишко у него маленький». Богданович, о назначении министром финансов Э.Д. Сам Сергей Юльевич отмечал, что он «почитал Плеске как человека в высокой степени порядочного, прекрасного, имевшего значительную практику и сведения в некоторых отраслях финансового управления».

Пыжиков отмечает, что среди назначений Витте было крайне мало удачных: «Этот почитатель православия продвигал главным образом поляков, знакомых ему по службе в Киеве, некоторые из них оказались не очень хорошо знакомы с русской грамотой. А.В. В то время по ведомству ходил анекдот: кто-то из протеже министра адресовал прошение в «Министерство финанцев».

Некоторые сотрудники были участниками громких скандалов. При Витте в министерстве процветала коррупция. Ковалевский, один из наиболее близких к Витте людей в министерстве, оскандалился с подложными векселями. Например, товарищ министра финансов В.И. После разоблачения его уволили из министерства.

Колышко вспоминал, что при С.Ю. Н.И. Витте администрация частных банков во многом состояла из чиновников Министерства финансов: «А так как биржу составляли именно они, то ясно, что биржа с её взмахами вверх и вниз, с её аппаратом обогащения и разорения была финансами Министерства финансов».

Другой современник Витте отмечал, что в то время «получить заказ для несуществующего ещё завода мог далеко не всякий, а только тот, кто знал пути в темных коридорах Министерства финансов и был угоден лицам, стоявшим во главе этого учреждения».

Катасонова, «в Париже мост франко-российского коррупционного союза выстраивал финансовый агент Витте А. По словам современного исследователя В.Ю. Современный исследователь П. Рафалович, который занимался вербовкой французских министров, предлагая им лакомые куски в российских предприятиях». Жаворонков отмечает: «Подобные схемы, ставшие нормой в отношениях Витте и парижской биржи, привели к появлению в России „особых” французских предприятий, которые процветали и выплачивали огромные дивиденды благодаря государственному покровительству».

Рейтерн, А.А. Как и его предшественники (М.Х. Вышнеградский и др.), находясь на посту министра финансов, Витте преследовал личные интересы в деловых отношениях, в том числе в вопросах железнодорожного строительства. Абаза, И.А.

Блиохом, П.И. Сергей Юльевич был тесно связан с крупнейшими «железнодорожными королями» — И.С. Кокоревым, С.С. Губониным, В.А. Известно, что важнейшую часть дороги Санкт-Петербург — Вятка строил родственник жены Витте Быховец, а Архангельско-Ярославской дорогой управлял другой её родственник — врач Леви. Поляковым и др.

Никольского, служившего у Витте: «Ни один министр так не игнорировал законы, как Витте, когда был министром финансов, — деньгами распоряжался бесконтрольно, срывал высочайшие повеления». По мнению А.П.

Колышко, после назначения С.Ю. По словам И.И. Покуда в Киеве безвестный студент готовил для Витте проект новых тарифных ставок, перекроивших материальную жизнь страны, за роскошными пиршествами у Кюба братья Скальковские, Рафаловичи, Ротштейны — имя им легион — впивались в живую ткань русского достатка. Витте министром «из ресторана "Кюба" в кабинет Витте и из кабинета Витте в ресторан "Кюба" началось течение деловой русской мысли и деловых русских людей. С Витте норовили познакомиться, на Витте звали, за тенью Витте, как перекати-поле, вился ком бесчисленных проектов, тёмных и ясных дел и такого напряжения, таких аппетитов, такой дерзости, о которых не знали и на Западе».

Также по свидетельству Колышко, новый «министр финансов стал чем-то вроде главноуправляющего разорявшихся великих князей…, скупая в казну их имения, выдавая ссуды, сочиняя и проводя уставы, строя к их имениям железные дороги, словом, за счёт государства ублажая ту силу, что властвовала в большом и малом дворах».

Мещерский, который в своё время поддержал Витте и некоторое время был близок к нему, с сожалением писал: «С какой светлой и сладкой улыбкой ссужал и давал сотни тысяч своим друзьям от мамоны». Князь В.П.

По воспоминаниям князя Мещерского, после назначения Витте министром финансов с ним произошла метаморфоза: «Как министр финансов, он оставался в своём кабинете тем же даровитым тружеником и творцом идей, но как собеседник, как человек, он утратил свою прелесть девственной, так сказать, простоты и естественной самостоятельности мысли».

О денежной реформе

Рейтерном, Н.Х. Рассматривая главное мероприятие, осуществлённое Витте, — введение золотого монометаллизма, нельзя не отметить, что в первые годы его управления министерством задуманная М.Х. Вышнеградским денежная реформа была свёрнута. Бунге, И.А.

Ещё в 1892 году он оставался сторонником бумажно-денежного обращения, а уже в 1897 году провернул реформу. Лишь через несколько лет Витте стал отстаивать идеи введения золотого рубля. Изменив свои взгляды, Витте писал об огромном значении золотой валюты: «Она представляет золотой мост, перекинутый из богатых стран в бедные; при ней ускоряется выход из бедности, тогда как при бумажной валюте он замедляется».

Ю. Интересный факт: денежной реформе — самому известному мероприятию, связанному сегодня с именем С. Витте, в его воспоминаниях отводится достаточно скромное место.

По его словам, «ещё в царствование Императора Александра III была в основе предрешена денежная реформа, которую я имел честь совершить, которая спасла, укрепила русские финансы и на которой зиждется и основывается, несмотря на несчастную японскую войну и все ужасные происшедшие от неё последствия — настоящее финансовое благосостояние Poccии».

Витте также указывал, что «Император Александр III в вопросах денежного обращения, по крайней мере, в тех предварительных мерах, которые я принял, меня вполне поддерживал».

Далее Витте отмечал: «Император, конечно, вопроса этого не понимал, так как вообще вопрос этот специальный, и в то время в России, за исключением нескольких человек, никто его не понимал; поддерживал же меня Император Александр III потому, что он мне доверял и верил в то, что я хочу сделать и к чему я относился с такою страстью — не может быть вредно России».

В этих записках авторы считали нужным предостеречь Государя Императора, что введение мною металлического обращения, основанного на золотой валюте, будет пагубно для России, и проводили мысль о введении валюты, основанной, если не исключительно на серебре, то на биметаллизм, то есть основанной как на серебре, так и на золоте...». Витте вспоминал, что проведение реформы встречало значительное сопротивление среди других финансистов: «Когда я был у Его Величества, Государь Император вынул из своего стола две записки и передал их мне, сказав: “Вот я вам отдаю записки, которые мне были поданы, по поводу предполагаемого вами введения золотой валюты в России, я их не читал, можете оставить их у себя”.

Когда я был у Его Величества, Государь Император вынул из своего стола две записки и передал их мне, сказав: «Вот я вам отдаю записки, которые мне были поданы, по поводу предполагаемого вами введения золотой валюты в России, я их не читал, можете оставить их у себя».

В этих записках авторы считали нужным предостеречь Государя Императора, что введение мною металлического обращения, основанного на золотой валюте, будет пагубно для России, и проводили мысль о введении валюты, основанной, если не исключительно на серебре, то на биметаллизм, то есть основанной как на серебре, так и на золоте.

В мемуарах Витте подчёркивал свою исключительную роль в подготовке и проведении реформы и её значимость для России:

Если бы не было сделано этой реформы с самого начала войны, последовал бы общий финансовый и экономический крах и все те успехи в экономическом отношении, которые достигнуты в последние десятки лет, пошли бы насмарку. Благодаря этой реформе, мы выдержали несчастную японскую войну, смуты, разыгравшиеся после войны, и всё то тревожное положение, в каком доныне находится Россия.

Все это было совершено мною и приведено в исполнение совершенно против течения, я имел за собою доверие Его Величества и благодаря его твёрдости и поддержке мне удалось совершить эту величайшую реформу. К этой реформе подготовляли наши финансы мои предшественники, как Бунге, так и Вышнеградский, но приготовления, сделанные ими, были сравнительно незначительны.

Против этой реформы была почти вся мыслящая Россия: во-первых, по невежеству в этом деле, во-вторых, по привычке и, в третьих, по личному, хотя и мнимому интересу некоторых классов населения. Это одна из реформ, которые, несомненно, будут служить украшением царствования Императора Николая II.

Конечно, были такие люди, которые понимали, что металлическое обращение лучше, нежели бумажно-денежное обращение, но и они были всё-таки против меня, боясь моей энергичности и решительности, которые и вели к успешности. По невежеству, потому что этот теоретический вопрос был в то время чужд даже большинству русских экономистов и финансистов.

Вообще из последующего моего государственного опыта я пришёл к заключению, что в России необходимо проводить реформы быстро и спешно, иначе они большей частью не удаются и затормаживаются. Я же со своей стороны отлично понимал, что если я не проведу это дело быстро, то оно, по той или по другой причине, совсем не удастся.

Кроме того, против этой реформы внутри России были те лица, которые вообще, по тем или другим причинам, желали меня, если не свергнуть, то обесцветить. Так как уже в то время знали мой нрав, то многие лица боялись этого нрава, то есть в том смысле, чтобы я эту реформу, задуманную мною, не совершил быстро и решительно, предпочитая медленность и систематичность.

Оценивая денежную реформу, Витте признаётся, что «в сущности имел за себя только одну силу, но силу, которая сильнее всех остальных, это доверие императора, а потому я вновь повторяю, что Россия металлическому золотому обращению обязана исключительно императору Николаю II».

Критика Витте

Цион, опубликовавший ряд работ, в которых резко критиковал финансовую деятельность Витте и предсказывал финансовое банкротство России. «Куда временщик Витте ведёт Россию?» — вопрошал И.Ф. Все меры, осуществленные Витте на «благо» России, Цион называл «проектами злостного банкротства».

Он писал всевозможные на меня доносы, рассылал их, посылал в Петербург к Государю Императору и ко всем подлежащим министрам. Витте пишет о том, что «не было гадости, которой бы обо мне Цион ни писал. Кончилось это тем, что я, — уже при императоре Николае II, — обратил внимание на деятельность Циона министра внутренних дел, Ивана Николаевича Дурново».

Цион поплатился тем, что был лишён русского подданства, всех прав и пенсии. За жёсткую и открытую критику Витте И.Ф.

Правый публицист С.Ф. С неодобрением относились к Витте и представители консервативных кругов. Шарапов писал о Витте: «За гения приняли самого обыкновенного шарлатана, невежду и проходимца и целых 11 лет позволяли ему бесконтрольно и безотчётно позорить и ломать Россию, как ему вздумается».

Об отношениях Витте с Николаем II и Столыпиным

С.Ю. Несмотря на то что Витте провёл одну из крупнейших денежных реформ при Николае II, отношения между ним и императором были непростыми. Основные его качества — любезность, когда он этого хотел, хитрость и полная бесхарактерность и безвольность». Витте относился к Николаю II с определённой долей презрения; «Император Николай II представлял собою человека доброго, далеко не глупого, но неглубокого, слабовольного.

В «Воспоминаниях» Витте критически оценивал и императрицу, называя её «странной особой» с «узким и упрямым характером», «с тупым эгоистическим характером и узким мировоззрением». Также Витте считал, что император обладал «самолюбивым характером» и редкой «злопамятностью». Толстого Витте считал императора и императрицу психически «ненормальными». По сохранившимся свидетельствам И.И.

Богданович отмечает, что Николай II пытался, заручившись поддержкой ряда деятелей, «помочь ему спустить Витте». Осведомлённая о событиях при дворе, А.В. Николай II называл Витте злым гением своего царствования.

А.С. Противоречия с Николаем II сказывались на положении Витте. Говорил, что если б был приличный повод, он вышел бы в отставку. Суворин написал о Витте в 1902 году: «Никогда я не видал его таким подавленным, совсем мокрая курица. Очевидно было из его речей, что у него довольно смутные средства для того, чтоб теперь управлять».

Например, с В.Н. Сложными были отношения у Витте и с рядом крупных государственных деятелей. Содействовал же я (его) назначению, опасаясь, что последует гораздо худшее. Коковцовым, позже также ставшим министром финансов, Витте отмечал в мемуарах, что «Коковцов — это тип петербургского чиновника, проведший всю жизнь в бумажной петербургской работе, в чиновничьих интригах и угодничестве. Коковцов человек с крайне узким умом, совершенно чиновник, не имеющий никаких способностей схватывать финансовые настроения, то есть способности государственного банкира».

Столыпиным. Непростыми были отношения Витте с министром внутренних дел П.А. Сидоров считает, что П.А. Историк А.Л. Столыпин был проводником политики Витте, возродив идею развития частной собственности на землю, пытался провести её, по выражению Витте, со скоростью «курьерского поезда».

Столыпина Витте считал плагиатом своих идей и относился к нему с определённой долей иронии. Аграрные реформы П.А. Коковцова: «Ну, что там этот брандмайор, который спешит на любой пожар и всё время закручивает свои немыслимые усищи?». Перед отъездом за границу Витте поинтересовался у В.Н.

Толстого, Витте сказал ему о Столыпине: «Что ж, что он честный и смелый, коли дурак?». По словам И.И. Витте считал, что Столыпин обладал «крайне поверхностным умом и почти полным отсутствием государственной культуры и образования». Разногласия между двумя государственными деятелями носили и личный характер.

Столыпину: «Была напечатана пасквильная статья о моей жене. Сергей Юльевич писал П.А. Столыпин отвечал: «обвинение может быть возбуждено лишь в частном порядке». Я послал её премьеру». Витте писал в ответ: «Попробуй газета сказать что-либо о двоюродной племяннице г-на Столыпина, сейчас получила бы возмездие».

Видимо, Витте считал, что покушение могло быть проведено с ведома самого П.А. В 1907 году на Витте, возможно, было совершено покушение. На обвинения бывшего министра Столыпин ответил так: «Из вашего письма, граф, я должен сделать одно заключение: или вы меня считаете идиотом, или же вы находите, что я тоже участвовал в покушении на вашу жизнь?». Столыпина.

По мнению Витте, надо было, «чтобы жители Кавказа чувствовали блага российского подданства, что к ним относятся, как к сынам Российской империи, а не как к чужим иностранцам». Критиковал Витте и национальную политику Столыпина, выступавшего за «охранение прав коренного русского населения», называя его «штык-юнкером».

Отставка Витте

Большую роль в этом сыграл В.К. Отставка Витте с поста министра финансов произошла под давлением консервативных кругов в правительстве. Известно, что В.К. Плеве, который вскоре был убит в ходе террористического акта. Плеве собирал сведения о связи Витте с масонами и революционерами.

Плеве вёз императору доклад с собранными материалами на Витте. Сохранилась информация о том, что якобы в день убийства В.К. В отношении этого (и других случаев) современники также говорили, что стоит какому-либо министру выступить против Витте, тот погибает от рук террористов.

Безобразов, с которым Витте конфликтовал из-за политики на Дальнем Востоке. Повлиял на отставку Витте и вице-директор департамента государственного казначейства А.П. Плеве и А.П. Современники иронизировали, что Витте ушёл «оплёванный» и «обезображенный» (от фамилий В.К. Безобразов).

Пыжиков предполагает, что отставка могла случиться из-за возникших разногласий между Витте и Д.М. А.В. По воспоминаниям А.Н. Сольским. Куломзина, отставка Витте произошла так:

Вот я и решил вас освободить от ваших обязанностей и предложить вам вакантное место председателя Комитета министров». Когда доклад окончился, государь, отойдя к окошку и смотря в него, обратился к Витте со словами: «Вы неоднократно мне жаловались на вашу усталость.

«Вам, кажется, это не нравится?» — был вопрос государя». Витте сделал очень кислую физиономию.

Колышко: Сведения об отставке Витте сохранились и в воспоминаниях И.И.

У Плеске был вид сконфуженный, у Витте — крайней возбуждённый. Витте вышел из своего вагона вместе с Плеске. Отойдя в сторону, он ударил себя по колену и сделал вульгарный жест, каким выражают насильственное удаление:

— Выгнали…

Подъезжая к даче, однако, взял себя в руки. Больше он говорить не мог, но в автомобиле, по дороге на свою каменноостровскую дачу, он сипло, почти по-мужицки ругался.

Председатель Комитета министров — тоже птица. — Ну, что ж. Классом выше… Шитья на мундире больше… Мерзавцы!

Кони, встретивший Витте в 1903 году, «едва узнал в этом согнувшемся, мешковатом, с потухшим взором и тревожным лицом человеке» влиятельного министра финансов. А.Ф.

В 1903–1906 годах Витте — Председатель Комитета министров (Председатель Совета министров). С 1903 года Витте — член Государственного совета, член комитета финансов (в 1911–1915 годах председатель комитета финансов).

В 1906 году Сергей Юльевич был окончательно отправлен в отставку по собственному желанию из-за разногласий с Николаем II и членами правительства. Последняя должность была фактически почётной отставкой, поскольку комитет не играл большой роли в политике.

Толстого сохранилось описание того, как Витте проводил заседание Совета министров: У И.И.

Витте, сейчас же, как только увидал меня, спросил: «Чего это вы так разрядились? Когда я в первый раз явился в заседание, я, не зная, в какой одежде следовало быть, надел мундирный фрак. Откуда вы приехали?».

Происходили заседания, как правило, в зале или, вернее, столовой при казённой квартире Витте. Оказалось, что в заседаниях Совета носили чёрные сюртуки, а иногда даже чёрные и серые пиджаки, иначе говоря, одевались совсем по-домашнему.

Манера его резко изменялась с дальнейшим ходом заседания, и его тихий голос нередко переходил на настоящий крик, когда он вступал с кем-нибудь в спор. Он обыкновенно говорил усталым и тихим голосом.

При этом он не задумывался над своими выражениями и слова вроде: «так могут думать только идиоты» или «это черт знает, на что похоже», «я в таком случае всё брошу к чёрту», «я попрошу вас молчать и слушать, когда я говорю» и так далее были не редкостью.

Иногда Витте приходил в бешенство. Особенно часто он сердился на Дурново и на князя Оболенского. Витте не обладал красноречием и выражался иногда даже грамматически неправильно, перевирая выражения, ища их и не находя, путая иногда слова.

Через несколько лет Витте отмечал, что только несколько раз побывал у Николая II и лишь дважды беседовал с ним наедине. После отставки с поста министра тесного общения с Николаем II у Витте уже не было. Вельяминов, близкий к Николаю II, отмечал, что «к Витте у Государя доверия было мало, и тот отлично знал это». Врач Н.А. Оболенский отмечал: «Витте чувствовал недоверие со стороны царя». Князь А.Д.

Так, при его активном участии был подготовлен Манифест 17 октября 1905 года, создавалась Государственная Дума, проводилось редактирование основных государственных законов Российской империи, заключил мирный договор с Японией и др. Однако Витте старался не сходить с политической арены.

А.В. В 1905–1906 годах на короткое время Витте вновь повысил своё влияние. Сольского. Пыжиков полагает, что это было связано с деятельностью Д.М.

По словам Пыжикова:

Многолетняя незаменимая опора «главного модернизатора» предстаёт неким второстепенным персонажем. Поражает, что в виттевских мемуарах о ключевом значении Сольского не говорится ничего.

Не делец, да и на железной дороге не работал! Образованным, культурным, но благодушным чиновником, закостенелым, поскольку большую часть жизни просидел в Госсовете. Витте намеренно искажает картину, так как пытается представить себя главой реформаторов.

Из виттевских откровений следует, что Минфин стал штабом российского реформаторства, поскольку его возглавил Витте; эта позиция традиционна и для литературы.

Однако, как написал один из историков, «миллиард русских займов, набранных у Франции и Ротшильдов министром финансов Витте, были бездарно „размусорены” на полях Маньчжурии», а контроль над активами Русско-Китайского банка перешёл к французским акционерам. Распространено мнение, что Витте был противником войны с Японией (его словами были: «мальчишеское безумие — японская война»).

Основные средства на Дальнем Востоке Витте вкладывал в развитие коммерческого порта Дальний на Ляодунском полуострове. Есть и другие мнения. Финансирование военной эскадры и её базы Порт-Артура по инициативе Витте постоянно сокращалось, что сыграло негативную роль во время войны. В этот проект была вложена астрономическая сумма при том, что отдача была ничтожной.

Беляева, проводимая С.Ю. По мнению историка С.Г. Отмечается, что под лозунгом миролюбивой политики Витте направлял Россию на «освоение» территории Маньчжурии и Кореи, затрагивая интересы Японии. Витте при помощи Русско-Китайского банка политика в Китае и стала основной причиной Русско-японской войны 1904–1905 годов. После поражения в войне флот был затоплен, Порт-Артур и Дальний захвачены японцами, значительная часть КВЖД также оказалась под контролем Японии. В любом случае политика Витте на Дальнем Востоке привела к очень значительным убыткам.

За проведение этих переговоров ему было пожаловано графское достоинство. В 1905 году император направил Витте в США для заключения Портсмутского мирного договора с Японией. Витте получил прозвище «граф Полусахалинский». Из-за того, что в результате заключения мира Японии перешла половина Сахалина, С.Ю. Также Витте был награждён высшим орденом Святого Александра Невского с бриллиантами.

Подобная информация доходила и до Николая II. Современники отмечали возможную связь Витте с революционерами. Витте вращался в одной компании с будущим революционером-народовольцем А.И. Известно, что в институтские годы в Одессе С.Ю. Е.В. Желябовым. Путятин, узнав о том, что Витте собирается писать мемуары, сказал Витте, «что следовало бы начать писать с того времени, когда он был студентом, жил в Одессе с Желябовым».

Коковцов. Предположение о том, что Витте был связан с революционерами, высказывал и В.Н. По его словам, Витте с ним «разговаривал исключительно по финансовым операциям того времени и то, — с тою целью, чтобы быть ближе осведомлённым о них перед внесением их на рассмотрение Финансового комитета… Но вне сношений со мною он, бесспорно, был в самых тесных сношениях, как с оппозиционными кругами, так и с самыми разнообразными негласными представителями влиятельных кругов самого рабочего класса… Какую цель преследовал Витте в этом случае, было ли это проявлением какого-либо широко задуманного плана, или, как я думаю, скорее всего, случайного влияния на него всевозможных советчиков, кичившихся близкими их сношениями с оппозиционными и даже революционными кругами, — этого я в точности сказать не могу».

Бобринский писал в дневнике о революционных событиях 1905 года, что «из всего внутреннего хаоса выплывает… хитрая, вероломная и умная фигура Витте». Государственный и политический деятель А.А.

По данному поводу В.Н. Как уже упоминалось, по инициативе Витте был составлен Манифест 17 октября, даровавший основные гражданские свободы и вводивший Государственную Думу. Коковцов отмечал, что в его составлении он сам «не только не принимал никакого участия, но даже и не подозревал о его изготовлении, настолько всё это дело велось в тайне от меня и от всех, кто не был привлечён к нему из числа личных друзей Графа Витте».

Коковцов также вспоминал о странном предложении Витте в период революции 1905 года «отворить двери Шлиссельбургской тюрьмы, выпустить на полную свободу всех в ней заключённых и предоставить им поселиться в столице без всяких ограничений».

В его лице Сергей Юльевич пытался найти покровителя перед царской семьей. В последние годы Витте пытался сблизиться с влиятельным Григорием Распутиным. Сам же Распутин называл бывшего министра «Витя».

Николай II выразил желание, чтобы «граф Витте полечился за границей — и в ближайшее время в Россию не приезжал, потому что его присутствие может оказаться политически неудобным». В 1906 году, заключив очередной большой заём у Франции, Витте вернулся в Россию, однако сразу после возвращения был отправлен в отставку.

Коковцова, тот сказал после своей отставки: По словам Витте, переданных в воспоминаниях В.Н.

Государь не мог мне оказать большей милости, как увольнением меня от каторги, в которой я просто изнывал. Перед вами счастливейший из смертных. Ведь вся Россия — сплошной сумасшедший дом, и вся пресловутая передовая интеллигенция не лучше всех. Я уезжаю немедленно за границу лечиться, ни о чем больше не хочу и слышать и представляю себе, что будет разыгрываться здесь.

Проппера, после этой отставки «Витте уверял, что пока жив Николай II, его песня как государственного деятеля была спета, что от этого императора он не может ожидать никакого нового назначения ни послом, чему он был бы рад более всего, ни министром». По воспоминаниям редактора «Биржевых ведомостей» С.М.

Было очень тяжело выслушивать его вечные нападки на всех и каждого. В это время, по словам того же Проппера, «пребывание у Витте было всем, чем угодно, только не удовольствием. Иногда удавалось направить его вновь в спокойное русло, и тогда он был бесценным источником сведений обо всех событиях за кулисами правительственной машины. Он был отравлен и готов бороться со всем миром. В хорошем настроении, которое, к сожалению, появлялось редко, он выкапывал из своего сверхбогатого архива секретнейшие документы времени своей прежней деятельности».

В своих воспоминаниях И.И. Витте весьма критично оценивал российскую политику после 1905 года. Сергей Юльевич считал, «что теперь делается чёрт знает что, ведут страну к революции, которая может разразиться и даже, вероятно, разразится неожиданно и раньше, чем он думает или ожидает». Толстой передает разговор по душам с Витте, состоявшийся в 1912 году.

Перед смертью Витте писал, что «в России ещё произойдут большие потрясения…». Витте отмечал, что «ход исторического прогресса неудержим, идея гражданской свободы восторжествует если не путём реформ, то путём революции». Эти предсказания оказались пророческими.

По воспоминаниям посла Франции в России Ж.М. Витте скончался в Петрограде в 1915 году. Палеолога французскому правительству о смерти Витте) и добавил: «Смерть графа Витте была для меня глубоким облегчением. Палеолога, император Николай II признал, что «большой очаг интриг погас вместе с ним» (слова из телеграммы Ж.М. Я увидел в ней также знак Божий».

Оттого ли это происходит, что я вчера беседовал с нашим Другом (Распутиным) вчера вечером, или же от смерти Витте — я не могу сказать, но в сердце моём царит истинно пасхальный мир». Схожие слова сказал Николай II жене: «Я уезжаю с таким спокойствием на душе, что даже сам удивляюсь.

Ходили слухи и о самоубийстве Витте. Ряд газет поддержали настроение императора, в них писалось после смерти Витте о том, что «одним вредным человеком для России стало меньше». Один из современников писал: «Последние дни ходит здесь слух, что Витте скончался не от естественной смерти, а от самоубийства, так как против него обнаружены данные, обвиняющие его в шпионаже».

Колышко о смерти Витте говорится, что о нём «вспомнили лишь, когда его огромное мёртвое тело вытянулось на низкой лежанке в белой атласной гостиной „белого дома”. В воспоминаниях И.И. И все равнодушно взирали на поверженного смертью, но давно уже умершего для России гиганта с маленьким сморщенным личиком, потерявшим всякое выражение от сомкнутых век. На панихиду съехался весь Петербург. Ни злости, ни интриги не было на лице мёртвого Витте». Так на сморщенном катастрофой лике России сомкнулась слава этого человека.

Вместе с тем Витте не был убеждённым демократом, считал, что «нынешний мировой конституционализм есть историческая фаза движения народов. На надгробии Витте в Александро-Невской лавре в Санкт-Петербурге по его желанию было высечено золотом: «17 октября». Может быть, опять родится стремление к единоличному управлению». Через десятки, сотни лет человечество найдёт другие формы. Победоносцеву). Сам Витте видел себя неким «варягом, которого будто Россия зовёт к себе володеть ею» (из письма Витте К.П.

О характере и привычках Витте

К людям он относился небрежно и потребительски, старался иметь дела лишь с теми, кто был нужен в тот или иной момент. Многие современники считали, что у Витте был несносный характер.

Вместе с тем современники отмечали, что Витте не было равных «в искусстве достигать ближайшие конкретные цели, будь то низвержение противника или заключение займа и даже договора; при этом он совершенно лишён способности к высшим государственным концепциям, совершенно не сведущ в истории и в условиях государственной жизни».

Путилов писал, что в образе действий Витте «нельзя видеть того холодного расчёта, который обычно руководит действием государственных мужей. Товарищ (заместитель) управделами Совета министров А.С. Он большей частью действует под влиянием минутного впечатления, только ум и наглость позволяют ему это скрыть и подыскать высокие государственные соображения, побудившие его на этот шаг».

Для достижения своих целей Витте использовал все средства: лесть, интриги, распространение слухов и сплетен. Сам Витте писал: «Негодяи из левых совершают гадкие дела большей частью из принципа, из идеи, а негодяи из правых всегда из корысти и из подлости, что мы видим и теперь в России». По всей видимости, Сергей Юльевич не чурался и давать взятки.

Богданович. Беспринципность Витте подтверждает и А.В. Про Витте много тёмного рассказывают, хотя все единодушно признают, что он умен». Она писала, что для Витте «все средства годны для достижения цели. Богданович отмечала, что именно Витте «свалил Абазу» и часто подкупал газеты для увеличения своей популярности. Также А.В. Есть предположения, что Витте регулярно выдавал определённым газетам «скрытые субсидии».

По его словам, «чувство „я” — чувство эгоизма в хорошем и дурном смысле — есть одно из чувств, наиболее сильных в человеке». Витте страдал болезненным самомнением и самолюбием. Из-за самолюбия Витте не признавал своих ошибок и зачастую сваливал вину на подчинённых.

Пытался петь арии, но, как отмечали современники, выходило это «пискляво и неприятно». Сергей Юльевич считал, что у него от природы музыкальный талант.

Самовозвеличение, присвоение себе небывалых деяний, похвальба тем, чего не было на самом деле, не раз замечались людьми, приходившими с ним в близкое соприкосновение и часто это происходило в такой обстановке, которая была даже невыгодна самому Витте». По словам Коковцова, «в его характере всегда было немало склонности к довольно смелым заявлениям.

Коковцов пишет о том, что Витте часто хвастался: В воспоминаниях В.Н.

Не раз происходили презабавные кви-про-кво: Витте спорил, что играли Шуберта, когда на самом деле это был Шопен, а по части Мендельсона он всегда говорил, что его можно разбудить ночью и он без ошибки скажет с первой ноты, что именно сыграно.

Тимирязевым. Верхом его музыкального хвастовства было, однако, событие, рассказанное мне по этому поводу тем же спутником Витте В.И. Княгиня Бюлова как-то спросила Витте за обедом, на каком инструменте играл он в его молодые годы.

Он ответил, не запинаясь, что играл на всех инструментах, и когда хозяйка попыталась было сказать, что такого явления она ещё не встречала во всю свою музыкальную жизнь, то Витте без малейшего смущения парировал её сомнение неожиданным образом, сказавши, что это в Германии музыкальное образование так специализировалось, что каждый избирает себе определённый инструмент, тогда как в их доме все дети играли на всех инструментах, почему он и мог при поступлении в университет в Одессе организовать чуть ли не в одну неделю первоклассный оркестр из 200 музыкантов, которым он дирижировал во всех публичных концертах.

После этого рассказа, заключил Тимирязев, разговоры на музыкальные темы по вечерам и за обедами как-то прекратились, и сама хозяйка, со свойственным ей тактом, переводила разговоры на иные, более упрощённые темы.

В описываемом мною случае Витте задался целью просто «очаровать» своих собеседников и говорил им то, что ему казалось должно было им быть особенно приятно, нимало не справляясь с тем, верно ли это или просто неверно и ещё менее справляясь с тем, не может ли его заявление выйти на свет божий.

Кофода о встрече с Витте: Сохранилось интересное воспоминание А.А.

Каждый из них должен был получить от меня изящно переплетённый экземпляр моей книги с посвящением на титульном листе «его высокопревосходительству». Я должен был посетить как Витте, так и его врага Коковцова. В те времена было довольно просто пройти к русскому министру.

Только к министру иностранных дел и позднее к Столыпину нельзя было пройти без предварительной договоренности.

Меня провели в странное помещение, совершенно пустую комнату — ни стула, ни стола. Сначала я пошёл к Витте. Витте, впрочем, не заставил себя ждать. Она была явно рассчитана на то, чтобы не соблазнять ищущих аудиенции задерживаться здесь дольше, чем это необходимо.

Его он потерял на заре юности. Он принял меня небрежно — без носа. Этот последний, должно быть, немало мешал ему, потому что если он не считал, что нужно быть одетым в государственное платье, то не надевал и носа. Уточню: не нос, необходимый в финансовой политике, а телесный нос, который он восполнял прекрасно сделанным искусственным.

«Ага, — подумал я, когда прочитал это, — он без большого уважения относится к мнению копенгагенцев о своей внешности». Во время визита Витте в Копенгаген одна из столичных газет описывала его нос как странную фигуру, кончавшуюся неожиданно плоско. Он поблагодарил за книгу и сразу же исчез с нею». Моё мнение относительно этого он также не ставил высоко.

По воспоминаниям поэта и переводчика И.И. Витте любил поесть, за едой обычно выпивал полбутылки шампанского. Тхоржевского:

Раз как-то за завтраком, выпив за едой, как всегда, обычную полубутылку шампанского, Витте с горя расшутился и стал уверять, что хотя ни золотая валюта, ни Портсмут, ни конституция не дали ему славы и не дадут бессмертия, но у него всё-таки есть ещё один, последний шанс.

Есть беф-Строганов, скобелевские битки. Есть только одна прочная слава на земле — единственная — кулинарная; надо связать своё имя с каким-нибудь блюдом.

Почему? «Гурьев был министром финансов, наверное, хуже меня, а навсегда его имя знаменито! Вот и надо, мол, изобрести какие-нибудь «витевские пирожки», тогда это, и только это, останется. Благодаря гурьевской каше».

Он в этот день рассчитывал — в видах бессмертия — на свои крошечные горячие ватрушки с ледяной зернистой икрой — к водке.

Менделеев, описывая дом Витте: Сведения о привязанности Витте к вкусной еде и роскоши в быту оставил и чиновник П.П.

Витте, видимо, очень любил хорошо пожить. Ковры, чудная дворцовая мебель, приёмная, комната супруги премьера, утопающая в ландышах и белой сирени из дворцовых оранжерей. И вино было соответствующего достоинства. Меню его завтраков и обедов могло бы удовлетворить самых причудливых гастрономов.

Он утверждал, что это полезно для его нервной системы. За каждым обедом и завтраком Витте выпивал по бокалу шампанского. Общий разговор шёл легко, непринуждённо, большей частью касался светских, театральных, художественных и литературных новостей. К кофею подавали шоколадные конфеты.

Витте ласково, с любовью её слушал, прерывая короткими замечаниями. Обыкновенно Матильда Ивановна оживлённо рассказывала о том, где была, кого видела, передавала светские сплетни. Когда же бывал в хорошем настроении, подшучивал над ней; даже бывало, horribile dictu (страшно произнести), бросал в неё хлебным шариком.

Головин, отмечали высокую работоспособность Витте. Ряд современников, в том числе общественный деятель и публицист К.Ф. Энергией он превосходил значительно всех своих коллег… но едва ли желающие видеть в нём прежде всего преобразователя не ошибаются насчёт богатства его творчества». Головин писал: «Работоспособностью он отличался необычайной.

Например, А.В. Вместе с тем некоторые современники и историки весьма критически относятся к такому мнению. Пыжиков отмечает:

На светском рауте некая дама стала умиляться его работоспособностью, но растроганный министр, перечислив основные сферы деятельности ведомства, заметил, что всё это многообразное хозяйство ведут его подчинённые. Министр финансов не горел на посту.

Сам же он лишь принимает доклады у директоров департаментов или их заместителей, на что уходит по полчаса на каждого, и в результате у него масса свободного времени.

Шидловский, если в этом и была доля преувеличения, то небольшая. Как заметил служивший в системе Министерства финансов и передавший этот разговор С.И. Виттевское признание выглядело нонсенсом для современников, знавших о перегруженности работой высших должностных лиц, начиная с начальников отделений, не говоря о министрах.

Над мемуарами Сергей Юльевич начал работать после выхода в отставку, и о существовании рукописи было известно ещё при его жизни. Всемирную известность Витте принесли его мемуары, опубликованные под названием «Воспоминания». Обыски после смерти Витте проводились и в его особняке на Каменноостровском проспекте в Санкт-Петербурге, и на его заграничной вилле в Биаррице. Полиция и русское посольство в Париже пытались найти материалы.

Поиски были безуспешными, поскольку рукопись хранилась в одном из парижских банков на имя его жены и незадолго до смерти Витте была отправлена на имя другого лица.

Я напомню теперь Шиффу об этом». Сохранилось воспоминание одного из современников, что, находясь в эмиграции, вдова Витте говорила ему: «Знаете ли Вы, что, когда Сергей Юльевич в 1905 году был в Америке, Шифф (один из наиболее крупных нью-йоркских банкиров), предлагал миллион долларов за продажу авторских прав.

В 1923 году в СССР «Воспоминания» были опубликованы с предисловием академика М.Н. Судя по всему, сделка не состоялась, так как рукопись была опубликована в 1921 году в берлинском издательстве «Слово», вскоре после этого мемуары были изданы на английском языке. По характеристике Большой советской энциклопедии (первого издания) эти мемуары «дают ценнейший материал для характеристики самого Витте и являются настоящим рудником не всегда вполне достоверных анекдотов o жизни высшего общества, бюрократии и двора последних трёх Романовых». Покровского.

Лопухин писал о мемуарах: «Как бы ни смягчать мнение о них, их нельзя рассматривать иначе, как свидетельство полной потери автором малейших признаков достоинства». Бывший директор департамента полиции А.А. Пыжикова, главное, что обнаруживается в мемуарах Сергея Юльевича, — «это самопрезентация Витте в качестве главного модернизатора России, окружённого отсталыми и косными людьми. По словам современного историка А.В. Все закончилось исследованиями, несмотря на добротный уровень, являющимися лишь иллюстрацией к виттевским мемуарам».

Однако историк А.В. Известно, что Витте опубликовал и ряд научных работ. А появление известной брошюры Витте «Национальная экономика и Фридрих Лист» сопровождалась слухами о том, что настоящим автором работы являлся первый муж Матильды Лисаневич (второй жены Витте), который из-за болезни и смерти не смог её опубликовать. Пыжиков отмечает ряд противоречий в трудах, вышедших под именем Витте.

Историк Пыжиков отмечает, что «об отстранённости Витте от каких-либо интеллектуальных занятий свидетельствует то, что, заняв пост министра финансов, он предлагал выселить Императорскую публичную библиотеку из здания на Невском проспекте и приспособить освободившиеся помещения под фондовую биржу и Государственный банк. Современники иронизировали по этому поводу: брошюра досталась Витте в качестве приданого. Лишь протесты научных авторитетов того времени... Такое безразличие к научно-просветительской цитадели говорит о многом. не дали осуществиться задуманному».

В Бахметьевский архив документы продала приёмная дочь Сергея Юльевича. В Российском государственном историческом архиве Санкт-Петербурга, а также в Бахметьевском архиве в Колумбийском университете Нью-Йорка сохранился большой фонд документов, связанных с Витте. Несмотря на обилие информации об этой колоритной фигуре, один из современников очерк о нём завершил словами «он умер неразгаданным».

В столице существует Московский университет им. В 2001 году в Москве одна из улиц была названа «Аллея Витте». Витте. С.Ю. Банк России выпустил памятную монету, посвящённую Витте. Памятники Витте установлены в Москве (статуя графа установлена среди фигур знаменитых деятелей железнодорожной отрасли России XIX века), Нижнем Новгороде и Омске. в серии «Памятники экономической мысли» (издательство «Наука») были опубликованы пять томов «Собрание сочинений и документальных материалов», связанных с Витте. В 2000-е гг.

Однако особенно популярной фигура Витте становится в 1990-е годы. Во многом на Витте ориентировались реформаторы 1920-х годов, эпохи НЭПа. За последние десятилетия были опубликованы сотни научных работ, в той или иной степени затрагивающих личность и деятельность Витте.

Его можно назвать самым знаменитым министром финансов России в настоящее время. Показательно, что почти половина всей литературы, посвящённой министрам финансов Российской империи и СССР, относится к Витте. Ильина, «с каждым годом всё сложнее делается даже простой учёт всех печатных материалов о С.Ю. По словам биографа Витте С. Витте».

Популярность имени Витте связана не только с тем, что он явился автором одной из наиболее масштабных (и неоднозначных) денежных реформ в истории России, но и, в немалой степени, с тем, что этот человек ещё при жизни начал работать над созданием своего образа для потомков (мемуары, подкуп журналистов и так далее).

Основная масса литературы, посвящённой ему, практически не содержит каких-либо критических оценок, столь характерных для отзывов о Сергее Юльевиче его современников. В настоящее время преобладают положительные оценки деятельности Витте.

В память 150-летия С.Ю. В 1999 году Конгрессом российских деловых людей и фондом Витте учреждена золотая медаль на муаровой ленте цветов герба Витте «За помыслы и деяния. Ею были награждены Е.М. Витте». Степашин и другие известные государственные деятели. Примаков, С.В.

Витте хотелось бы закончить словами И.И. Очерк о С.Ю. Колышко:

Родись Витте американцем — он стал бы миллиардером, в диких прериях собрал бы неисчислимые стада, в Калифорнии открыл бы золотую жилу, среди индейцев стал бы вождём, среди разбойников — атаманом.

И это не потому, что голова его была полна проектов, что сердце кипело мужеством, что хотелось подвига, — в голове его был часовой механизм организатора, овечье сердце вспухало от страха и жажды земных благ, мстительности и интриганства, а хотелось ему только первоисточника всех наслаждений — власти.

Дикарём он ворвался на российский Олимп и дикарём его покинул. Вот именно этот подход к власти, как к тучьему коровьему вымени, и делал его у власти дикарём.

#библиотека

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть