Главная » Hi-Tech » «После испытания пушки эвакуировали всё здание»

«После испытания пушки эвакуировали всё здание»

В бизнесе Дмитрий выстраивает отношения с международными партнёрами, в науке — работает с плазменной пушкой, которая производит новые материалы. Дмитрий Ярмолич — выпускник физфака Белорусского государственного университета и обладатель докторской степени по физике плазмы (Технион, Израиль), сооснователь белорусской компании ITS Partner и основатель стартапа Plasma App в Англии.

Подробнее об этом — в рассказе dev.by. По его словам, одновременно преуспевать в бизнесе и в науке — это нормально: и там, и там действуют похожие законы.

Начинал в лаборатории Института тепло- и массообмена. Плазмой Дмитрий увлёкся ещё будучи студентом БГУ. Было интересно, но мысли остаться в институте не возникало: на дворе стояли 90-е, и учреждение было на грани выживания.

— Хотя лаборатории, несмотря на тяжёлые времена, всё же работали. «Самое яркое воспоминание об институте в те времена — это атмосфера всеобщего непонимания, что происходит и что будет завтра, — вспоминает Дмитрий. Эти проекты хоть и приносили финансирование, достаточное для выживания, но смотреть в будущее с оптимизмом не позволяли». В нашей лаборатории было несколько интересных проектов: можно было производить кремниевые микроволокна для термоизоляции космических ракет, а можно было плазмотроном резать подводные лодки.

«Израиль — хорошо, но Англия — лучше»

Там одновременно учился в докторантуре и работал в лаборатории, предметом исследования была по-прежнему плазма, акцент — применение плазмы для генерации электронных и ионных пучков. В начале 2000-х годов Дмитрий уехал в Израиль, где поступил в Технион — Израильский технологический институт в Хайфе.

Конечно, не такую, как в хайтеке, но всё же докторант, работающий в лаборатории, может заработать в 1,5–2 раза больше, чем в среднем по Израилю. «В Технионе всё хорошо и правильно организовано, там люди имеют возможность заниматься наукой и получать достойную зарплату.

Я мог уехать в университет Иллинойса, но поступило щедрое и интересное предложение от компании из Италии — разработать солнечную батарею без использования кремния, на никель-кадмиевых элементах, чтобы удешевить производство. После докторантуры есть два пути: идти в академическую науку, обязательно меняя университет и страну (для расширения кругозора), или искать работу в индустрии. От него я не смог отказаться».

То, как работает итальянская система поддержки инноваций, ему не понравилось. Италия обогатила Дмитрия знанием того, как сильно может отличаться бизнес-культура в разных странах.

Подписали бумаги, компании и исследовательские институты наняли людей (меня в том числе), начали работу. «Большой консорциум коллабораторов выиграл государственный грант. Консорциум сделал полугодовую работу, отчитался о ней. Государство денег не платит. Государство довольно, работу принимает, но денег не даёт, только обещает.

Наконец с большими задержками государство выплачивает деньги, которые возвращаются в банк, но уже с процентами. Грантополучатели идут в банк и под гарантию государства берут кредит, за счёт этого консорциум живёт ещё полгода, потом всё повторяется по кругу. И такие ситуации возникают почти каждый раз, когда сталкиваешься с итальянской бюрократией.

Она восхитила меня своими людьми – доброжелательными, интеллигентными, любящими науку и искусство. В то же время Италия — это прекрасная страна с огромным научным потенциалом и прекрасной научной школой. Но то, как бюрократическая система может тормозить инновации, удивляет».

О её создании он говорит скупо. К этому времени у Дмитрия уже была компания в Минске, открытая вместе с товарищем по БГУ.

Так появилась ITS Partner. «Пока жил в разных странах, набрался опыта общения, научился договариваться с разными людьми и решил создать свою компанию. Мы планомерно строили взаимоотношения с партнёрами, подбирали и обучали кадры. Я отвечал за работу с заказчиками, а Александр Пашковский — за минскую часть бизнеса. В результате всё заработало и пошёл рост». Шаг за шагом создавали рабочую схему взаимодействия между всеми участниками процесса.

Так Дмитрий в 2014 году перебрался Англию и основал стартап под названием Plasma App. Возникли и более масштабные планы — связать науку и бизнес в собственной компании в развитой стране.

Когда оформилась идея стартапа, стал выбирать подходящую страну. «Я знал, что в физике плазмы есть потенциал для бизнеса. Как вариант рассматривал Израиль.

Стартап там может даже получить начальное финансирование от государства — просто так, без обязательств, представив свой проект лишь одному человеку. Это очень хорошее место для бизнеса в целом и для стартапа в частности. Когда бизнес становится успешным и стартап продаётся, его облагают очень большими налогами: почти половину надо отдать. Правда, есть одно "но".

Германия мне показалась излишне сложной из-за языка. Италия сразу отпала: там ужасная бюрократия, и без связей вести бизнес в этой стране очень сложно, особенно если он связан с R&D.

Эта страна поняла, что отстаёт от Штатов в плане инноваций, и начала активную программу господдержки. А вот Англия подошла лучше всего. Оформил патент, получил визу предпринимателя, проехался по стране — Кембридж, Оксфорд. Там льготы для инвесторов и хорошая налоговая политика для стартапов. Очень недёшево, но все равно хорошо». Было непросто найти подходящее место для лаборатории, но в конце концов арендовал lab space в резерфордовских лабораториях (лаборатория Резерфорда-Эплтона, одна из национальных лабораторий Великобритании, находится в графстве Оксфордшир — dev.by).

«Я по новой стрелять — сигнализация снова реветь»

Плазму выделяют в отдельное, четвёртое, состояние вещества, так как она обладает специфическими свойствами, например, электрической проводимостью, высокой скоростью распространения. Плазма — это ионизированный газ, в состояние которого может перейти любое вещество, если его нагреть в достаточной степени.

Все современные устройства — смартфоны, компьютеры, дисплеи телевизоров — сделаны с помощью плазменного напыления. Одно из применений плазмы в промышленности — напыление материалов.

Например, напыление импульсным электронным пучком, которое появилось в Германии ещё в 70-х. «В мире есть хорошо известные технологии напыления: некоторые являются индустриальным стандартом, некоторые — чисто лабораторными методами.

Электронный пучок с плотностью энергии в сотни мегаватт, которая требуется для превращения материала в плазму, разрушает и сам источник электронов — катод». В этой технологии всё хорошо, но есть одна проблема: пушка работает всего несколько часов.

Были опубликованы тыcячи статей о суперматериалах, которые удалось получить с помощью электронных пушек, однако приблизить проекты к индустрии не получалось. В мире были созданы всевозможные установки, электронными пучками стреляли всюду — в России, в Германии, в Японии, США.

Первый прототип

Как бы фантастически это ни звучало, на самом деле, в этом и заключается содержание моего патента: вместо катода из металла, диэлектрика или других твёрдых веществ я создал катод из плазмы. «У меня появилась идея, как сделать такую пушку, чтобы она существовала вечно.

Перед каждым импульсом я делаю новый катод, он стреляет и исчезает». Сначала я создаю плазму из газа, появляется катод в виде ионизированного газа, он стреляет электронами и исчезает.

Первый прототип своего изобретения Дмитрий собрал в одиночку.

К вилке припаял провод, к проводу — выключатель, диодный мост и так далее, пока не получился генератор импульсов. «Купил инструменты, электрические компоненты и запчасти, заказал вакуумную камеру и стал собирать всё по очереди.

Англичане смотрели на это удивлённо: доктор наук на токарном станке точит что-то инновационное, нанотехнологическое. К вакуумной камере прикрутил насос, в камеру провёл высоковольтный провод, к нему прикрутил плазменную пушку.

В первый раз, когда пушка начала стрелять, она своим электромагнитным шумом запустила сигнализацию водородных датчиков в соседней лаборатории. Когда всё заработало, об этом сразу же стало известно. Всё здание эвакуировали.

Пришли техники: ничего не могут понять, погасили сигнализацию, разрешили вернуться. Я выключил установку и вышел вместе со всеми. Только тут я понял, кто виноват — и признался. Я по новой стрелять — сигнализация снова реветь, всех опять эвакуировать. На следующий день исправил установку, изолировал электромагнитный шум, и потом уже сигнализация не ревела, а плёнки напылялись».

«Напылили алмаз на мячик для гольфа — все были в восторге»

«А можешь напылить алмаз?» — спросил он. Сосед Дмитрия по лаборатории, который пытался вырастить искусственный алмаз, применяя новую технологию, заинтересовался происходящим. В промышленности алмазы, как известно, синтезируются из графита.

«Я беру графит и его напыляю — получается плёнка, как бы алмазное покрытие, которое совмещает свойства алмаза и графита: оно твёрдое и в то же время пластичное».

В эксперимент с алмазом Дмитрий, по совету соседа, попробовал добавить бизнес-составляющую — напылил графит на мячик для гольфа и получил «супер-бизнес-кейс» — алмазные мячики — diamond balls.

Нанотрубки, например, впервые стали использовать в ракетках для тенниса. «Давно известно: если ты создал что-то новое, то в медицине оно появится через 15-20 лет, в полупроводниках — через 5-6 лет, в спорттоварах — завтра.

Там попробовали и сказали: о, они летят на 20% дальше. Я напылил несколько мячиков для гольфа, товарищ отнёс их в местный гольф-клуб. Но потом мы отослали мячики на индустриальные тесты в Калифорнию, где их лупили автоматом и замеряли все параметры полёта — скорость, дальность, вращение. Все были в восторге. Заключение было: ни грамма преимущества в полёте у наших алмазных мячиков перед обычными нет.

В общем, ажиотаж среди любителей гольфа — это такая своего рода алмазная лихорадка».

Аноды для электрокаров

Модернизировав пушку, Plasma App выиграла два гранта английского правительства на реализацию инновационных проектов, связанных с напылением новых материалов. Основные направления работы стартапа, конечно, гораздо серьёзнее, чем усовершенствование мячиков. Один из них был реализован в сотрудничестве с университетом Саумптгентона, другой — с Кембриджем.

В настоящее время Plasma App работает над проектом по производству аккумуляторов к электромобилям совместно с британской корпорацией Johnson Matthey и с тем же Кембриджским университетом.

Новый анод увеличит ёмкость батареи, а значит, и дальность поездки на одной зарядке». «Мы разрабатываем технологию производства анода, который может быть встроен в технологический процесс производства аккумуляторов для электромобилей.

Для этого учёный экспериментирует с напылением халькогенидов различных веществ. Другое направление работы — над термоэлектрическим генератором, устройством, превращающим тепло в электрическую энергию.

Я напыляю этот материал, с одной стороны его нагреваешь, с другой — студишь, и он выдаёт электричество». «Халькогениды обладают такими соединениями, которые не переносят тепло, но хорошо переносят электричество, это важное условие для термоэлектрики.

Дмитрий утверждает, что Plasma App — уже узнаваемое имя в кругу британских ученых и инноваторов, работающих с нанотехнологиями или перезаряжаемыми батареями.

О сходстве людей и электронов

Дмитрий, учёный и бизнесмен, считает, что принципиальной разницы в работе с неживыми и живыми объектами нет. Преуспевание и в науке, и в бизнесе — довольно редкое сочетание: оно требует от человека разных, порой несовместимых, качеств и умений.

Так же, как я строю пушку, которая работает, я пытаюсь строить отношения в своих компаниях. «В любом виде деятельности, будь это бизнес или наука, главное — построить схему, которая работает.

Если для электронов — напряжение и ток, то для человека — мотивация и работоспособность. По аналогии с электрической схемой, человека в рабочем процессе можно смоделировать как функциональный элемент. Произведение одного на другое есть работа в единицу времени.

На самом деле поведение электрона очень сложное, особенно если появляются квантовые эффекты или высокие энергии. Это, конечно, очень приблизительная и оценочная модель для людей, да и для электронов это не абсолютно. Да, впрочем, и поведение людей, когда вмешиваются эмоции или деньги».

То есть люди или электроны — для вас разницы нет?

Если электроны правильно направить в нужное место, они будут работать. «Конечно же, разница есть, хотя и у тех, и у других может быть своя функциональность. Только люди могут отличаться друг от друга, а электроны принципиально идентичные». То же самое и с людьми.

#будущее #офлайн


Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан
Обязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Ещё Hi-Tech Интересное!

Разработаны экологически чистые кондиционеры на основе магнитов

Однако заправляемые в них охлаждающие агенты крайне вредны для окружающей среды. В теплое время года справляться с жарой без кондиционера крайне сложно. Причем, принцип ее работы основан на, так называемой, «магнитной памяти». И группа инженеров из Германии, похоже, нашла выход ...

Личинки комаров научились есть пластик. Почему это плохо?

И загрязнение пластиковыми отходами в последнее время стало большой проблемой. Пластик при несомненных плюсах вроде удобства и универсальности крайне плохо разлагается. И это всерьез обеспокоило ученых. Совсем недавно группа исследователей из Великобритании в ходе изучения комаров рода culex обнаружила, что ...