Хабрахабр

[Перевод] Поглощение на практике: история из жизни

Новость о покупке IBM компании Red Hat разделила мнение общественности. Многие небезосновательно встревожены по поводу будущего открытых продуктов Red Hat; однако, как минимум Марк Литтл, вице-президент разработки в Red Hat, смотрит на будущее оптимистично.

Эта история будет близка всем тем, чей проект когда-либо был поглощен или закрыт. В одном из обсуждений опытный enterprise-программист Хэнк, который начал программировать еще под Commodore 64, поделился рассказом о том, как переживали подобные изменения компании, в которых он на тот момент работал. Перевод публикуется с разрешения автора.

Сначала у большинства сотрудников наступает шок — ведь они понятия не имели о том, что происходит за их спинами. За свою жизнь я прошел через несколько слияний. Затем приходит неверие в то, что вчерашние конкуренты отдел за отделом становятся их коллегами.

Поддерживаете два движка транзакций, поддерживаете два сервера сертификации, поддерживаете два… После этого наступает осознание того, что теперь вы занимаетесь работой, дублирующей друг друга.

Допустим, вы работаете над движком транзакций, и вы уверены, что он лучше аналога от бывших конкурентов — но будут ли этот продукт развивать и дальше? Первые пару месяцев почти ничего не изменится — поскольку само слияние еще только предстоит провести, да и скорее всего не все контракты еще подписаны — но эта мысль накрепко засядет в вашей голове и будет регулярно напоминать о себе ноющей болью.
Затем наступит чувство неопределенности. Но ваши менеджеры убеждают вас: не беспокойтесь, с вашим продуктом ничего не случится. Часть ваших коллег ведет себя до раздражения расслабленно — так получилось, что они работают над проектом, для которого «двойника» не существует.

Вы по-прежнему успокаиваете себя: «сеньоры уходят вся время». Между тем, начинают уходить сеньоры. Да, пусть это и звучит разумно, но факт остается фактом: уходит подозрительно много сеньоров.

Дело в том, что людям хочется знать, где именно они находятся. Примерно шесть месяцев спустя начинают вспыхивать мелкие «бунты». Еще больше специалистов уходят. Но в итоге мало что происходит.

Но нам не надо беспокоиться по этому поводу — ведь их платформа гораздо лучше, и X, Y, Z, над которыми мы все это время мучились, ими уже сделаны. Год спустя приходит приказ от «их» штаб-квартиры: мы будем производить миграцию на их платформу.

Все это держится «на соплях», поскольку все API, которые вам придется использовать, являются внутренними, недокументированными и полны упущений. В течение следующих полутора лет после этого события вы будете писать то, что можно было бы назвать самым скучным кодом на всей Земле — огромное количество «коннекторов», которые должны временно соединить функционал вашей платформы вместе с той, другой. Первым, что вы там заметите, будет царящая атмосфера победы. Поэтому вам приходится посетить их штаб-квартиру для того, чтобы пообщаться с разработчиками насчет компонента-моста. Ваш продукт будет ликвидирован, а их — развиваться дальше. Да, они — победители, а вы — проигравшие.

Все они будут крайне заинтересованы в том, чтобы вы как можно скорее перенесли клиентские данные. Здесь вы также встретите немало знакомых лиц — тех, кто когда-то работали в отделах HR и маркетинга в вашей родной компании. Вы увидите, что они осваиваются с местными системами, изучают новые для себя инструменты, строят планы насчет того, как выходить на контакт с клиентами, соблюдать график — и следят за тем, сколько клиентов уже мигрировало, и сколько еще предстоит перенести.

Дело в том, что ваша компания для хранения данных клиентов использовала продукт X — однако там используют продукт Y. Что ж, после вас ждет очередная «интересная работенка». Так что будьте добры, напишите инструмент для экспорта данных… ах да, и не забудьте, что в течение первого года он должен быть двунаправленным — для того, чтобы X и Y были синхронизированы, пока не будет завершена миграция данных всех клиентов.

Так что теперь еще целый год вы будете работать над очередным хрупким коннектором, теперь уже между двумя веб-API.

Однако, каждый раз в подобном случае коннектор будет ломаться, и кто-то будет сильно на вас зол. Конечно, они будут обновлять свои системы тогда, когда им это заблагорассудится — для них все в бизнесе происходит как обычно, в том числе и обновление систем. Тех самых HR и маркетологов, которые больше всех были рады помочь вам с миграцией, вежливо попросят «на выход». Процесс миграции данных будет практически завершен где-то через три года. Изумление и отказ поверить в происходящее на их лицах вас огорчит, но вы хотя бы сможете еще здесь остаться, поскольку вам еще нужно будет заниматься поддержкой проекта, который теперь стал легаси (даже если технологически он все еще впереди — несмотря на то, что непосредственно над ним никто не работал уже около трех лет).

Вы будете наблюдать за тем, как ваши коллеги исчезают один за другим. Вместо того, чтобы работать над новыми интересными фичами, весь следующий год вы будете заниматься исправлением багов, которые время от времени будут просить исправить самые консервативные из ваших клиентов. Некоторых из них переведут в штаб-квартиру для работы над проектом-победителем — но таких среди них будет далеко не так много, как вам может показаться.

Он все еще здесь, но живет теперь где-то глубоко в недрах штаб-квартиры на далеком-далеком сервере, который стоит в едва заметном коридоре в скрытом от глаз непосвященных шкафу. В конце концов, последний активный клиент перейдет на другой продукт или уйдет к другому вендору, и ваш проект перейдет на специальный режим легаси-поддержки. Бюджет проекта составляет теперь примерно 16 часов в год — предназначен он ровно для того, чтобы время от времени проводить CVE-сканирование.

К этому моменту практически все, что оставалось от изначальной компании, попросту исчезнет. Наконец, и этот этап подойдет к концу.

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть