Хабрахабр

[Перевод] Новая иммунотерапия убрала все опухоли у женщины с метастатическим раком молочной железы

Работа, опубликованная в Nature Medicine учёными из National Cancer Institute (NCI), описывает новый тип иммунотерапии, который привёл к полному исчезновению опухолей у женщины с метастатическим раком молочной железы, которой осталось всего несколько месяцев жизни.

Результаты показывают, как естественные опухолевые инфильтрирующие лимфоциты (TIL) были извлечены из опухоли пациента, выращены вне её тела, чтобы увеличить их количество, и введены обратно пациенту для борьбы с раком. Пациент ранее получил несколько форм лечения, включая гормональную терапию и химиотерапию, но никакая из них не остановила прогрессирование рака. После лечения все опухоли пациентки исчезли, и через 22 месяца она все ещё находится в ремиссии.

Учёные с энтузиазмом относятся к возможности TIL лечить группу раковых заболеваний, называемых «common epithelial cancers», включающие в себя рак толстой кишки, прямой кишки, поджелудочной железы, молочной железы и лёгких, что составляет 90% всех случаев смерти от рака в США, около 540 000 человек ежегодно, большинство из них от метастазирования.

У нас нет эффективных способов устранения метастатического рака», – сказал Стивен Розенберг, MD, PhD, глава отделения хирургии Center for Cancer Research при NCI (CCR). «Как только эти раки распространяются, большинство людей умирает.

Первым шагом этого нового подхода к лечению является секвенирование генома опухоли. В случае этого пациента учёные нашли 62 мутации в клетках опухоли молочной железы. Второе – выделить TIL, которые присутствуют в 80% опухолей эпителиальных клеток, но в крошечных количествах, недостаточных, чтобы уничтожить опухоль. Затем они анализируются на их способность распознавать мутированные белки в опухоли. В случае с пациентом с метастатическим раком молочной железы учёные обнаружили TIL, которые распознали четыре мутантных белка.

Мы вырастили для этого пациента около 90 миллиардов клеток», – сказал Розенберг. «Мы изолируем эти лимфоциты, выращиваем их в большом количестве и возвращаем их пациентам.

Во время выращивания TIL пациента также лечили иммунотерапевтическим веществом Keytruda, блокирующим PD-1, в целях изменения иммунной системы, чтобы иные иммунные клетки не мешали TIL, когда их вводили обратно пациенту.

Это наиболее персонализированное лечение, какое только можно себе вообразить», – сказал Розенберг. «Мы включаем в лечение пациентов их собственные лимфобласты, которые представляют собой природные Т-клетки, а не генно-инженерные.

Пациент с метастатическим раком молочной железы – не единственный человек, успешно прошедший лечение с использованием этого метода. Розенберг и его коллеги также достигли впечатляющих результатов при использовании TIL в лечении ещё трёх различных типов метастатического рака: колоректального, желчных протоков и шейки матки.

«Эти методы лечения способны лечить пациентов с любым раком», – утверждает Розенберг.

Хотя результаты, несомненно, являются многообещающими, особенно из-за низкого уровня токсичности, испытываемого пациентами по сравнению с химиотерапиями, рак часто развивает устойчивость к лечению, и часто метастазы могут иметь мутации, отличные от начальной опухоли.

Так легко ли у пациентов разовьётся устойчивость к TIL?

Очень важно нацеливать сразу на несколько мутаций», – сказал Розенберг. «По иронии, именно те мутации, которые вызвали рак, могут быть ахиллесовой пятой, которая позволяет уничтожить рак.

Из-за того, что химиотерапии без разбора пронизывают геном повреждениями в стиле ковровой бомбардировки, раковой клетке становится сложнее выработать устойчивость к ним. Как ни странно, это одно из преимуществ многих старых химиотерапевтических препаратов по сравнению с новыми персонализированными методами лечения. Нужны ещё работы в этой сфере, а также приёмы по изучению какие мутации у раковых клеток являются возможными мишенями TIL. Выбор TIL, которые нацелены на небольшое количество мутированных белков в опухоли, может увеличить вероятность, что рак сможет развить резистентность.

Насколько практично производить полностью персонализированную терапию?
Если крупные работы подтверждают эти великолепные предварительные результаты, разработка персонализированной терапии пациенту, несомненно, является финансовой и технической проблемой, требующей специализированных лабораторий и опыта.

Если вы найдёте что-то, что работает на пациентах, сложно это или нет, инженерный гений найдёт способ заставить это работать», – сказал Розенберг. «Люди говорили это и о CAR Т клетках.

И несколько компаний уже проводят испытания лечения TIL, в том числе Bristol-Myers Squibb и Iovance Biotherapeutics, последняя из которых специально фокусируется на TIL. В настоящее время проводятся клинические испытания TIL для меланомы, рака шейки матки, лёгких и даже, как известно, мало поддающихся лечению глиобластомы и рака поджелудочной железы.

Новая парадигма лечения рака», – сказал Розенберг. «Это изменение нашего мышления, что может быть нужно в лечении этих типов рака.

Нечасто в борьбу вступают совершенно новые методы лечения рака с такими впечатляющими результатами, как показанные TIL в этих примерах. Что сейчас крайне нужно, так это результаты более масштабных клинических испытаний и постоянного контроля за пациентами, которые были успешно вылечены, чтобы убедиться, что у них не возникло проблем.

«Если это подтвердится в более широком масштабе, оно обещает ещё больше расширить сферу применения этой Т-клеточной терапии для более широкого спектра раковых заболеваний». «Это иллюстративный пример, который ещё раз показывает нам силу иммунотерапии», – сказал Том Мистели, PhD, глава CCR в NCI.

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть