Главная » Хабрахабр » [Перевод] Конференция DEFCON 17. Мои неудачи. Часть 1

[Перевод] Конференция DEFCON 17. Мои неудачи. Часть 1

Как поживаете, парни? Я только что прочитал чей-то твит про то, что люди, которые тратят полдня на конференцию Defcon, просто идиоты. Итак, я собирался начать с того, что много работал над неудачами, но понимаю, что сейчас буду говорить об этом с людьми, которые понимают в неудачах намного больше меня.

Я открою вам секрет – именно неудачи сделали меня тем, кем я сегодня являюсь. Я совершенно уверен, что ваше хобби – это создавать и исследовать неудачи систем. Когда мне было 10 лет, я увлекся фокусами, и дошел до того, что устроил своему пятому классу целое магическое шоу, заслужив аплодисменты 300 учеников. Я хочу поговорить немного о том, как это работает. Кажется, его звали Дэвид Сакс, и он был моим добровольцем на сцене. Это было феноменально, успех настолько воодушевил меня, что в следующем году я решил устроить потрясающее представление и взял себе помощника. Но Дэвид сам сумел снять наручники! Я сковал его руки за спиной наручниками, чтобы он продемонстрировал, что не сможет сам освободиться, а затем я бы проделал то же самое с собой, доказав всем, что могу это сделать. Это погубило всё мое выступление, потому что я был не готов к такому повороту событий.

Моя учительница мисс Левин спросила: «Что случилось, Адам?» и я, плача, ответил: «Дэвид Сакс провалил моё магическое шоу»! Я очень расстроился, ведь мне было всего десять лет, я даже расплакался. Помнится, после этого я назвал его «толстым говнюком», после чего он ударил меня в лицо и сбил с ног. В это время Дэвид проходил мимо, учительница спросила его: «Дэвид, что ты ему сделал?», а он, улыбаясь, ответил: «Я ничего ему не делал»! Дэвид, извини меня!

Мне казалось, что я попал на небеса! В 1999 или 2000 году после 4-х лет работы я ушел из коммерции и начал работать в компании Industrial Light & Magic. Одна из особенностей индустрии спецэффектов состоит в том, что здесь практически нет постоянной работы. Это было именно тем, что я рисовал в своем воображении с 12 лет, я работал на своих героев, которые, например, создавали космические корабли. Вы выступаете фрилансером и даже если работаете полный рабочий день, то хватаетесь за любую другую работу, подрабатывая в магазинах, работая на всех, кто может заплатить, потому что должны оплатить аренду за следующий месяц.

Того, что вы работаете в этой компании, уже достаточно, все думают, что ты знаешь, что делаешь и все такое. Одним из побочных эффектов работы в Industrial Light & Magic является то, что никто больше не хочет рассматривать ваше резюме. Мы в ILM называли это «G» — работой, от слова government, что означало работу на правительственные структуры, или от слова gravy, что означало легкую наживу, халтуру, а иногда и то, и другое. Работа появлялась из самых разных мест, так что у нас существует целый пул людей, которые заняты своей собственной «G» — работой, или подработками.

Однажды мне позвонил друг Бен и сообщил, что в Сан-Франциско есть работа, от которой все отказываются из-за сжатых сроков. У меня здорово всё получалось, кроме того, я зарабатывал примерно в два раза больше, чем на прежней работе. Они хотели защититься от бейсбольных мячей, перелетающих через забор. Один из крупных универмагов срочно хотел оборудовать витрины, обращенные в сторону бейсбольного стадиона, на котором на протяжении 6 недель должен был проходить турнир. Поскольку я неплохой механик, умею обращаться с разными пневматическими штуками и разбираюсь в электронике, то подумал, что смогу это сделать.

Допустим, большой универмаг хочет презентовать витрины к началу матчей через 5 дней, то есть в понедельник. Когда вы участвуете в тендере, то должны предложить цену, которую сможет «переварить» рынок. После того, как я прикинул свой дневной тариф и время, которое уйдет на эту работу, то понял, что двойная ставка не так уж и высока. Значит, я должен закончить всю работу субботним утром и могу запросить за срочность двойную оплату.

В целом получилось намного больше, чем я обычно зарабатывал, так что оставалось только приступить к делу. Важно иметь нюх на такие дела, к тому же, как раз тогда выпустили новый ноутбук, на который я положил глаз, так что, руководствуясь своими приоритетами, я ещё немного увеличил цену.

Если мячи движутся с большой скоростью, их траектория предсказуема, но когда они летят медленно, очень трудно угадать, куда они попадут, чтобы поймать их, даже если у вас имеется достаточно большой «улавливатель». Мы достали несколько машин для подачи мячей, регулируемые реле и прочие механизмы, перехватывающие и отбивающие мячи обратно, но я не отдавал себе отчёта в том, что насколько хаотично перемещаются в пространстве сферические тела.

Произведя математические подсчёты, я выяснил, что каждые 8 минут на протяжении 6 недель один бейсбольный мяч будет попадать в витрину. Я заметил, что если через забор перелетало примерно 100 мячей, то один поймать не удавалось. Я стал лихорадочно соображать, как от этого защититься, я не спал в ночь на четверг и в ночь на пятницу, и всё это время передо мной маячили деньги и новый ноутбук, который я смогу купить на них в конце недели.

Я проработал несколько лет в коммерции, я работаю в ILM, я выполнил 500 коммерческих проектов, я просто должен сделать эту работу! Ранним утром в субботу я явился туда после очередной бессонной ночи, продолжая думать, как же мне всё-таки сделать то, на что «подписался».

С настоящими витринами получалось намного хуже, чем выходило у меня в мастерской. Я провозился с установкой защиты 13 часов и обнаружил, что мои допуски должны были быть строже. Я считал, что система пропустит каждый сотый мяч, но в реальности она пропускала каждый десятый.

Никогда прежде я не говорил клиентам таких слов. В 6:00 или 6:30 вечера девушка, ответственная за эту работу, думаю, ей было не больше 20 лет, спросила, как идут дела, и я ответил: «Никак, это не работает»! Она спросила: «Что???», потому что тоже никогда не слышала подобного от подрядчиков.

Она спросила, что же я собираюсь с этим делать. Я объяснил ей, что моя механика не работает, как надо, поэтому каждые 5 минут бейсбольный мяч будет перелетать через защитную сетку. И если вас устроит, я сделаю всё к 8:00 утра завтрашнего дня, то есть воскресенья. Передо мной всё ещё маячил ноутбук, поэтому я сказал, что всё равно заработал немного денег, потратив на них своё время, но готов вернуть им половину оговоренной суммы, и если она даст мне подумать 10 минут, я предложу 2 варианта, пусть выбирают тот, который больше им понравится.

Я не видел детей 3 дня, потому что занимался этой работой, а теперь ещё должен быть ехать за мамой в аэропорт. Замечу, что было уже полседьмого вечера, в это время моя мама и сестра должны были прилететь в Сан-Франциско, чтобы провести выходные со мной, моей женой и нашими шестимесячными близнецами. Короче, я натянул струны, которые отбивали мячи за забор, и девушка сказала, что это им подходит. Но я не поехал, чтобы провести в магазине ещё одну бессонную ночь и что-то сделать. Всю субботу я провел за установкой этой штуки, и в конце рабочего дня приехал начальник, посмотрел на витрины и сказал: «всё отлично, но эти бейсбольные мячи на нитках выглядят ужасно, уберите их отсюда к чертям»! Я думал, что в конце концов она скажет, чтобы я вернул им деньги, потому что если я бы успешно реализовал план Б, то потерял бы треть заработанного.

Я ответил ему: «Ты действительно в этом уверен»? Позже я рассказал эту историю коллеге из ILM, и он сказал: «Чувак, я никогда бы не сделал эту работу настолько плохо»! Знаете, мне не хочется работать с людьми, которые считают, что они никогда не ошибаются, потому что из-за своей самоуверенности однажды они просто толкнут меня под автобус. Только спустя пару лет я понял, насколько важен был для меня этот опыт.

У меня было несколько друзей, которых я до сих пор считаю своими лучшими друзьями, и все они учились в Нью-Йоркской киношколе. В 1986 я делал вид, что в течение полугода посещал Нью-Йоркский университет, который потом всё равно бросил. Прожив в Нью-Йорке в общей сложности около 4-х лет, я использовал киношколу как источник для получения образования, работая практически над всеми фильмами моих друзей.

Он снял суперамбициозный 30-ти минутный фантастический дипломный фильм под названием «Горгулья и гоблин». Первым и самым большим был фильм моего друга Дэвида Борла. Фильм снимался в нескольких заброшенных порнотеатрах в центре Нью-Йорка, в которые у нас был доступ, потому что все они принадлежали бабушке Дэвида.

Он попросил меня быть арт-директором съёмок, и я согласился. Мы работали над «Горгульей и гоблином» несколько месяцев, всё это время мы с Дэвидом обсуждали фильм. Это был мой первый подобный проект, и у нас действительно получилось замечательное кино. Я работал над фильмами друзей, которые с тех пор сами стали замечательными арт-директорами многих голливудских картин. Это были потрясающие кадры с парящими крыльями, горгульями и прочим антуражем, в итоге этот фильм занял первое место на нью-йоркском фестивале в номинации «Лучшее художественное оформление». У нас была невероятно сплоченная команда из 16 человек, которые в течение двух недель вели ночные съёмки в квартале этих заброшенных зданий.

Перед этим я хотел стать актером, до этого — жонглером, фокусником, дизайнером LEGO. Я думал, что для меня это самое что ни на есть жизненное занятие. Но теперь я понял, что моё настоящее призвание – это художественное оформление фильмов. Я действительно хотел всем этим заниматься! Однажды мне позвонила моя подруга Габби и попросила меня оформить фильм под названием «Ten key trauma», «Травма десятого ключа», продюсером которого она выступала. Поэтому я стал спрашивать друзей и знакомых, не нужен ли им арт-директор для фильма. Речь шла об одной из этих крохотных кабинок размером 8 на 10 футов, внутри которой расположен банкомат. Это был фильм про парня в ужасном парике, который подошёл к банкомату снять деньги, а банкомат принялся высмеивать его парик. Им нужно было организовать съёмочный процесс, поэтому они не могли снимать фильм в настоящем помещении для банкомата и попросили меня соорудить действующий макет, предусмотрев для этой работы просто гигантский бюджет – $800. Они были расставлены по всему Нью-Йорку, и чтобы попасть внутрь, вы должны были приложить к двери свою кредитную карту.

Правда, в пятилетнем возрасте я строил картонные домики. До этого я никогда не занимался сооружением помещений и не имел дела с техникой типа банкоматов. В первую очередь мне нужен был пол. В общем, я стал перетаскивать материалы в дом моего друга Дэйва в Бруклине. Затем я отодрал её от ковра и убедился, что никаких следов клея не осталось, так что всё должно было получиться хорошо. У Дэйва было ковровое напольное покрытие от стены до стены, но я взял одну из самоклеящихся виниловых плиток, положил на него и попрыгал на ней.

Раньше я никогда не строил помещений, но видел, как их строят из декораций, когда участвовал в любительских спектаклях в школе драматического искусства, так что я собрал каркас из балок, стянул его треугольными скобами, натянул на него холст и нашёл парней, которые могли нарисовать на нём всё, что угодно.

Около месяца я собирал для него разные части, и снова, как в предыдущей истории, наступила среда, а съёмки должны были начаться утром в субботу. Затем я принялся за изготовление банкомата. Я рисовал, как должны были выглядеть эти части, и эти картинки сводили меня с ума. Банкомат был ещё не готов, и я ходил по барахолкам Canal Street, помните, как выглядела эта улица в середине 80-х, и покупал всякие железки, которые обеспечили бы работоспособность моего фальшивого банкомата.

Как обычно, я не спал со среды и до субботы. Точно также, как и в предыдущей истории, я ни к кому не обратился за помощью, уверенный, что для этой работы вполне достаточно моих собственных навыков. Кроме того, сам банкомат не вписывался в помещение, потому что я напутал с размерами. Кстати, еще раньше я заметил, что плитка не хотела ложиться стык в стык и топорщилась на ковровом покрытии, а краска, которая покрывала декорации стен, сделала холст морщинистым, потому что я не знал, что перед покраской холста его следовало укрепить подложкой.

Наконец, один парень из съёмочной группы остановил меня, положив руку мне на плечо, и спросил: «Ты вообще знаешь, что делаешь»? Я бегал вокруг этого «творения», нарезая круги, чтобы никто не мог сказать, что я не старался что-то исправить, ведь я потратил на это 60 бессонных часов. Однако он не посчитал эту фразу смешной, и, взяв меня за плечи, сказал: «Иди домой, ты нам здесь больше не нужен»! Видимо, будучи одержимым манией величия, я ответил ему словами Индианы Джонса: «Не знаю, я выдумываю это по ходу действия»!

Я чувствовал себя так плохо, что через полтора часа не пришел на съёмку, и позже узнал, что съёмочная группа провела две бессонные ночи, пытаясь снять фильм на основе моей дерьмовой конструкции. И я отправился домой, чувствуя себя очень паршиво. В то время, как они мучились с тем, что я там нагородил, я отправился через весь город за сексом – это один из недостатков, вызванный тем, что ты вынужден работать в тесном коллективе друзей, с которыми невозможно завязать интимные отношения.

Этот набор инструментов был для меня своеобразной навязчивой идеей и очень много значил для меня, я приобрел этот кожаный чемоданчик на уличном рынке Нью-Йорка, как и все инструменты, которые туда поместил. В любом случае, в понедельник я отправился на место съёмки, чтобы забрать свои инструменты. Я всё разложил так, чтобы не нужно было вытаскивать один инструмент, чтобы добраться до другого, то есть навел идеальный порядок. Это был мой первый набор инструментов. Когда я пришел на место съёмок, то нашёл приклеенную к полу записку: «Твои инструменты у нас. И я очень им гордился. Позвони Габби».

Мы были так близки друг другу, как никогда больше на протяжение всей оставшейся жизни. Можете представить себе мой круг общения, круг 18-19 летней молодёжи? Я позвонил Габби прямо оттуда, и она сразу же налетела на меня: «Что ты наделал? Мы все были настоящими друзьями, и Габби была одной из нас. Директор этого фильма работал с 7-Eleven и целых пять месяцев жил у родителей, чтобы накопить деньги на съёмки! Я доверяла тебе, я в тебя верила! Ты сделал всё, чтобы убедить меня, что не достоин быть моим другом. Ты всё испортил, потому что ничего из того, что ты сделал, не попало в камеру! Немедленно приезжай сюда со всеми чеками, потому что я хочу увидеть, на что ты истратил каждый пенни, полученный от нас»!

Я чувствовал себя так хреново, как никогда не чувствовал за всю свою жизнь. И тогда я позвонил своему отцу. Отец сказал мне: «Ты ничего не сможешь с этим поделать. Конечно, позже мне, бывало, приходилось ещё хреновее, но в тот момент я думал, что хуже просто не бывает. Это был один из самых феноменальных советов, которые я когда-либо слышал. Просто двигайся дальше». В течение часы мы ни говорили ни о чём, кроме бюджета, и я перечислил каждый истраченный пенни. И я отправился к Габби в общежитие. В конце нашего разговора она сказала: «Съёмочная команда за соседней дверью, они хотят поговорить с тобой»! Я почувствовал, что после такого Габби можно считать своей бывшей подругой.

Это была бы вполне заслуженная реакция на то, что я сделал, достойная плата за мои грехи. Я начал подозревать, что они решили выбить из меня всё дерьмо. Я собирался зайти туда, как в клетку с дикими животными, надеясь, что кто-то втолкнёт меня туда пинком в зад и захлопнет за мной дверь.

Я не шучу и не преувеличиваю, и первой мыслью в моей голове было: «В хорошенькую историю я попал»! Когда я открыл дверь, то увидел темную комнату, по периметру которой расселись все 22 члена съёмочной команды, а в центре комнаты стоит одинокий стул, на который направлен яркий прожектор.

После этого директор фильма зачитал список из примерно сотни вещей, которые я пообещал сделать, но так и не сделал. Я сел на стул, и как прокомментировал позже один из присутствующих: «Смотрите, он сразу сел на этот стул, видимо, хорошо знает свою роль»! И такие комментарии раздавались со всех сторон. Это заняло примерно 25 минут, в течение которых какой-нибудь из членов группы произносил: «Да, это парень реально меня достал»! В конце директор произнес: «Тебе есть что на это сказать»? Я же никого не видел, потому что был ослеплён направленным на меня светом.

Я прекрасно понимаю, что мои извинения ничего не значат, но я действительно извиняюсь за то, что всех так подвёл. Я ответил, что даже не могу сказать, как мне стыдно, как отвратительно я себя чувствую, что я осознаю всю свою ответственность и что они на 100% правы. После этого повисла долгая пауза, в конце которой он произнес: «Знаешь, парень, мы не пытаемся тебя унизить»! Он сказал: «Да, мы очень жалеем, что связались с тобой»!

Его оскорбления приучили меня просто изгибаться, как тростник на ветру. Знаете, мой отец был немного сумасшедшим, я с этим вырос, и когда он злился, лучше было не попадаться ему на пути. Эти парни были ничто по сравнению с моим папашей, так что это «судилище» просто очередным позитивным подкреплением моего набора навыков.

Тому, что я полностью ошибался, не желая прибегнуть к посторонней помощи. Итак, чему же меня научила эта история? Это действительно важные вещи. Я понял, что иногда стоит обратиться за помощью, чтобы не потерпеть катастрофическую неудачу и двигаться дальше. Существует распространенная теория, я не знаю, кто её выдумал, что таким образом ребёнок изучает окружающий мир и познаёт его форму, и если вы не создадите ему никаких границ, то потом, во взрослой жизни, он начнёт психовать, потому что реальный мир окажется не таким безопасным, как он привык считать. Каждый родитель скажет вам: «Придумайте правила для своего ребёнка, и он их нарушит, соорудите перед ним стену, и он её оттолкнёт»! Нужно, чтобы кто-то рассказал об этом детям и показал им, что во всем существуют границы.

Я понял, что мастер – это не тот, кто никогда не ошибается, а тот, кто заранее может учуять неудачу, которая ему грозит, и вовремя её предотвратить. Я думаю, что неудачи в моей жизни сработали точно также, они не ограничили мой мир, но зато сформировали мою интуицию. Научитесь кружиться с ними в танце, потому что иногда они способны всё испортить, а иногда – сделать так, что в конце концов всё будет хорошо! Суть не в том, чтобы прекратить неудачи, суть в том, чтобы признать, что неудачи — неотъемлемая часть творческого процесса.

Знаете, за 20 лет работы я убедился, что существуют компании, которые не понимают, в чем проблема, и всё время исправляют ошибки начальства вместо того, чтобы указать ему на них. Я работал во многих местах и видел, что если руководитель где-то напортачит, то другие люди обратят на это внимание и закончат работу правильно, но никто никогда не скажет начальнику, что он облажался, просто люди примутся за дело и выполнят лишнюю работу. Повторюсь – я не доверяю людям, которые никогда не ошибаются!

Если вы не читали, то советую прочитать эту книгу вместе с эссе «Доверие к себе» Ральфа Уолдо Эмерсона. Приведу мнение писателя Раймонда Чендлера о своем герое, детективе Филиппе Марлоу из произведения «Простое искусство убивать». Чандлер пишет, что если бы мир был полон такими людьми, как его герой, то он был бы очень безопасным, но слишком скучным местом для жизни.
Ну что же, я благодарю вас за внимание и приступаю к ответам на вопросы, на которые у нас осталось ещё 30 минут. Так вот, он пишет о том, что значит быть честным человеком и в конце перечисляет важные качества своего героя, среди которых чувство долга и высокие моральные принципы.

Ведущий: до того, как мы приступим к другим вопросам, расскажи мне о своей подруге Габби.

Они с детьми и мы с детьми чудесно вместе пообедали. Адам Сэвидж: Габби и её муж Тим приезжали в Сан-Франциско около года назад. За 20 прошедших лет утекло много воды, но я редко встречаюсь с друзьями, с которыми у меня такие «кислые» отношения.

Ведущий: ты очень хочешь съездить мне по физиономии за этот вопрос?

Говорить правду намного скучнее, чем ты думаешь. Адам Сэвидж: ну что ты, всё нормально. Если вы знакомы с тем, что пишет обо мне пресса, скажу, что со всеми компаниями, которые мне звонили, например, Texas Instruments, я разговариваю очень корректно, и это все, что я собираюсь сказать на эту тему.

Ведущий: я просто хотел извиниться и спросить, не хочешь ли ты получить экземпляр моей книги.

Адам Сэвидж: отлично, конечно, я её возьму, там есть твой автограф?

Ведущий: что же, давайте перейдём к вопросам и ответам, кто первый?

Вопрос: всё, что хочет знать Defcon – это насколько Джейми Хайнеман выше вас?

У него размер ноги, как у гейши 18 века! Адам Сэвидж: Джейми очень маленький! Во время съёмок нашей программы он всё время ходит по ящикам из-под яблок.

27:30 мин

Мои неудачи. Конференция DEFCON 17. Часть 2

Вам нравятся наши статьи? Спасибо, что остаётесь с нами. Поддержите нас оформив заказ или порекомендовав знакомым, 30% скидка для пользователей Хабра на уникальный аналог entry-level серверов, который был придуман нами для Вас: Вся правда о VPS (KVM) E5-2650 v4 (6 Cores) 10GB DDR4 240GB SSD 1Gbps от $20 или как правильно делить сервер? Хотите видеть больше интересных материалов? (доступны варианты с RAID1 и RAID10, до 24 ядер и до 40GB DDR4).

VPS (KVM) E5-2650 v4 (6 Cores) 10GB DDR4 240GB SSD 1Gbps до весны бесплатно при оплате на срок от полугода, заказать можно тут.

класса c применением серверов Dell R730xd Е5-2650 v4 стоимостью 9000 евро за копейки? Dell R730xd в 2 раза дешевле? Только у нас 2 х Intel Dodeca-Core Xeon E5-2650v4 128GB DDR4 6x480GB SSD 1Gbps 100 ТВ от $249 в Нидерландах и США! Читайте о том Как построить инфраструктуру корп.


Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан
Обязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Ещё Hi-Tech Интересное!

Ускоряем неускоряемое или знакомимся с SIMD

Есть класс задач, которые нельзя ускорить за счёт оптимизации алгоритмов, а ускорить надо. В этой практически тупиковой ситуации к нам на помощь приходят разработчики процессоров, которые сделали команды, позволяющие выполнять операции на большим количеством данных за одну операцию. В случае ...

Kонсенсус в Exonum: как он работает

ExonumTM — это наш открытый фреймворк для создания приватных блокчейнов. Сегодня мы расскажем, как работает его алгоритм консенсуса. Изображение: Bitfury Зачем нужны алгоритмы консенсуса Прежде чем перейти к рассказу о том, как устроен алгоритм консенсуса ExonumTM, поговорим о том, зачем ...