Хабрахабр

[Перевод] Исчезнувший конкурент азбуки Морзе: наборный телеграф

В 1842 году французский часовщик Луи Франсуа Бреге изобрёл более простую в использовании но менее эффективную альтернативу телеграфу

Я могу выстучать сигнал бедствия * * * — - — * * * и знаю обозначение букв H (****) и E (*), но за пределами этого последовательности точек и тире из азбуки Морзе путаются у меня в голове. Много лет я игрался с интерактивными телеграфными экспонатами в научных центрах и музеях. Истории операторов телеграфа, способных расшифровывать сотни символов в минуту до сих пор поражают меня.

У отправителя и получателя стрелка или стрелки просто показывали на нужную букву на циферблате. Однако недавно я узнал о стрелочном телеграфе Кука и Уитстона. В их схеме использовался набор магнитных стрелок, выстроенных в ряд, а буквы алфавита были расположены над и под ними на ромбической решётке. Наконец-то я нашёл удобную для пользователя систему телеграфа – если, конечно, пользователь умел читать.
Первый стрелочный телеграф запатентовали Уильям Кук и Чарльз Уитстон в Британии в 1837. Отправлявший сообщение оператор управлял направлением стрелок, нажимая кнопки, замыкавшие контуры к нужной комбинации букв. Каждая стрелка могла показывать влево, вправо, или находиться в нейтральном положении; чтобы обозначить букву, две стрелки поворачивались, показывая путь к ней.

Такая комбинация позволяла обозначить 20 символов. Хотя можно было использовать любое количество стрелок, Кук и Уитстон рекомендовали пять. Ранние телеграфы в основном передавали простые сигналы и не использовались для разговоров. Они выбросили буквы C, J, Q, U, X и Z. Отсутствие нескольких букв не было большим недостатком. К примеру, чтобы обозначить, что односторонний туннель свободен, оператор мог отправить короткое сообщение «ждите» [wait] или «идите» [go ahead].

Но система дорого обходилась в обслуживании, поскольку ей требовался провод для каждой стрелки и ещё один провод, замыкающий контур. Для использования системы тренировать операторов нужно было совсем немного, что нравилось их нанимателям. Но для использования системы с одной стрелкой операторам приходилось учить код для отправки и получения сигналов. Обслуживание нескольких проводов оказалось дорогим, и многие британские железные дороги остановились на версии, использовавшей одну стрелку и два провода. Простота чтения букв исчезла.

Оператор выбирал нужную букву, нажимая соответствующую кнопку и поворачивая рукоятку. Кук и Уитстон наверняка поняли, что им есть, куда улучшать изобретение, потому что в 1840 году они представили наборный телеграф, на циферблате которого были все буквы алфавита. Однако спор между изобретателями помешал коммерциализации этого вида телеграфа. Стрелка на циферблате получателя поворачивалась и указывала на неё. Только после окончания срока действия патента Уитстон вернулся к наборному телеграфу и запатентовал несколько улучшений.

Он полагался на семафорные сигналы, передаваемые при помощи нескольких башен. Тем временем французы использовали оптический телеграф, придуманный Клодом Шаппом во время Французской революции. Он отправил Луи Франсуа Бреге в Англию для изучения стрелочного телеграфа Кука и Уитстона. К 1839 году Альфонс Фой управлял более чем тысячью операторов оптического телеграфа, но увидел необходимость изучить нарождающиеся разработки электрического телеграфа. Первым результатом этого стал телеграф Фоя-Бреге, использовавший две стрелки, имитировавшие сигналы семафоров.


Луи Франсуа Бреге

После активации электрическом током, пришедшим от отправителя, пружина, соединённая шестерёнками, вращала стрелку; спусковой механизм (механизм с вилкой и шестернёй, перемещающий стрелки часов) удерживал стрелку на месте в отсутствии сигнала. Бреге работал управляющим семейной компании по производству часов, Breguet & Fils, и вскоре после первого телеграфа разработал версию, похожую внешне и схематически на часы (фото в заголовке статьи).

Начальная позиция наверху была помечена крестом, оставляя место для 25 букв. Бреге поделил циферблат на 26 секторов, причём на внутреннюю его часть были нанесены цифры, а на внешнюю – буквы. В некоторых версиях опускалась буква W, в других – J. В конце каждого слова стрелка возвращалась на начальную позицию.

Систему Бреге импортировала Япония; она соединила Токио с Йокогамой, а также Осаку и Кобе. После того, как французские железные дороги взяли на вооружение телеграф Бреге в качестве штатного оборудования, он стал известен, как французский железнодорожный телеграф; его использовали до самого конца [XIX] века. На японском телеграфном циферблате были изображены символы катаканы.

Человек в одежде западного покроя – шотландский инженер Джордж Майлс Гилберт, которого японское правительство наняло для руководства вводом телеграфа в обиход.
Использование телеграфа Бреге в Йокогамском телеграфе.

Операторам стрелочных и наборных телеграфов приходилось как-то решать проблемы недостающих букв – возможно, они догадывались по контексту, или, возможно, компании разрабатывали собственные коды для определённых букв или символов. Конечно, даже наборный телеграф Бреге был ограничен в количестве символов, которое он был способен передавать. Луи-Франсуа Бреге не смог бы передать седиль, содержащийся в его собственном имени, но, возможно, он смирился с такими ограничениями технологии.

Код, разработанный Сэмюэлем Морзе и Альфредом Вэйлом в США вполне подходил для безударного английского алфавита. Так получилось, что ещё в 1840-х Фридрих Клеменс Герке, инспектор телеграфной линии Гамбург-Куксхавен в Германии отмечал сходные недостатки в азбуке Морзе. Его версия стала известной, как континентальная азбука Морзе, и распространилась по всей Европе. Чтобы подогнать его для европейских языков, Герке добавил ударные буквы; также он значительно изменил последовательности точек и тире для букв и цифр, что позволило коду стать более эффективным.

В книге 2017 года "Китайская пишущая машинка: история", Томас Мюллени описывает медленную и консервативную эволюцию азбуки Морзе. Несмотря на рост популярности кода, Международное телеграфное общество много лет не могло его принять. Через три года оно подтвердило стандартные коды для 26 букв английского алфавита, цифр от 0 до 9 и 16 особых символов – в основном пунктуации, и буквы е-акут, É. В 1865 году Общество выбрало набор стандартизированных и определённо англоцентричных символов. И только в 1903 году Общество постановило считать эти символы стандартными. В 1875 Общество повысило É до звания стандартного символа и добавила ещё шесть ударных букв в качестве спецсимволов: Á, Å, Ä, Ñ, Ö, Ü. перев.]. Языки, не основанные на алфавитных символах, такие, как китайский, никогда не входили в стандарт, хотя некоторые страны разработали свои телеграфные коды [русский вариант азбуки был принят в 1856 году; для передачи русских букв использовались коды сходных латинских букв / прим. Вот так технология телеграфа одновременно объединила и разъединила разные части мира новыми, неожиданными способами.

Музей в 1970-х организовала небольшая группа профессоров, обходивших антикварные магазинчики и блошиные рынки для сбора артефактов, представлявших историю коммуникаций. Приёмник телеграфа Бреге, вдохновивший мои изыскания, выставляется в Музее школы инженеров телекоммуникационных систем при Техническом университете Мадрида. Музей не собирает объекты в одном месте, а вместо этого расставил витрины по вестибюлям всей школы, где студенты, посетители и все остальные могут наткнуться на них в любой день.

К примеру, набор символов на компьютерной клавиатуре меняется от места к месту и от языка к языку. Интересно, провели ли параллели между наборным телеграфом Бреге и современными технологиями те, кто его видел. Я не знал, что на турецких клавиатурах есть два варианта буквы i, с точкой и без, поэтому нажимал не ту клавишу. Я помню, как участвовал в студенческой конференции в Стамбуле в 1998 году, и не смог проверить почту. Они обнаружили, что на немецкой клавиатуре для простановки точки с запятой требовалось три нажатия, а это замедляло процесс. Через несколько лет я встретил гамбургских студентов, использовавших американские клавиатуры для программирования.

Эти истории – хорошие напоминания о постоянстве и изменчивости языка, адаптирующегося к новым технологиям, в то время как эти технологии меняются под воздействием использующих их людей.

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть