Хабрахабр

[Перевод] Два пробела лучше, чем один? Отзыв на новое исследование

Несколько человек попросили меня прокомментировать новое научное исследование под названием «Два пробела лучше, чем один? Воздействие интервалов после точек и запятых в процессе чтения», проведённое Ребеккой Джонсон, Бекки Буй и Линдсей Шмитт.

Оно также противоречит моему давнему совету использовать только один пробел между предложениями. С очевидным противоречием правилу Беттериджа исследование утверждает, что два пробела после точки упрощают чтение.

Но я сделал и то, и другое. Поскольку исследование стоит $39,95 за PDF, я уверен, что скептики из социальных сетей поспешили объявить победу двух пробелов, не купив и не прочитав саму работу.

(По секрету для исследователей двух пробелов: предлагаю подумать о бесплатной публикации документа, поскольку это может быть последний раз, когда тема вашей научной работы следует массовой интернет-одержимости).

Для обычных «однопробельников» никакого улучшения не замечено.
Кроме того, исследователи проверили только образцы моноширинного шрифта на экране (примерно такого, какой показан ниже). Действительно, авторы обнаружили, что два пробела после точки дают «небольшое», но «статистически… значимое» улучшение скорости чтения — примерно на 3% — но любопытно, что только у тех читателей, которые уже сами используют два пробела после точки при печати. Они также не проверяли эффект двух пробелов на печатном тексте. Они не тестировали пропорциональные шрифты, которые сами называют гораздо более распространёнными. Авторы признают, что любой из этих вариантов организации теста может повлиять на результаты.

Боюсь, тут ничего интересного. В итоге — небольшая разница, и только в ограниченной категории респондентов, с многочисленными оговорками.

Это же наука! Конечно, я не спорю с исследованием. Но в целом это пример того, почему исследование читаемости часто не приносит особой пользы практикующим типографам. У меня есть только несколько вопросов, упомянутых ниже. Типографика широка и глубока, а исследования могут проверить только узкие предположения.

Хотя я продолжу читать будущие исследования по этой теме — если позволит бюджет, — но прежде всего хочу согласиться с заключительной мыслью исследователей: «Вероятно, есть более важные вещи, достойные таких страстных споров».

В бой

Возможно, страстные споры на глупые темы — это смысл существования интернета. Тролли десять лет пытаются втянуть меня в спор о двух пробелах. Поначалу я потакал им. Но недолго.

Спойлер: мне действительно всё равно, сколько пробелов вы ставите между предложениями. Почему? Два? Один? π/4? Семь? Каждый сходит с ума по-своему.

Как и в самом языке, тут есть некоторые структурные и практические конвенции. Типографика — не наука. И наоборот, отход от этих конвенций может иметь нежелательные последствия. Если ваша цель состоит в воздействии на читателя, то лучше знать об этих конвенциях, потому что они могут помочь.

Я никогда не выставлял себя лучшим знатоком или типографической полицией. Но в конце концов это ваше дело. (Хотя должны бы, ведь в цифровую эпоху навыки типографики кажутся столь же важными, как и навыки набора текста). Я стараюсь обучать писателей этим типографским конвенциям, потому что традиционно их не преподают на уроках языка и литературы.

Я бы исправил чрезмерное использование КАПСА, что является поистине вредной привычкой. Даже если бы джинн Типографики дал мне одно желание, я не потратил бы его на устранение лишних пробелов между предложениями.

Читатель должен выработать собственное суждение о типографике, а не просто перенять моё мнение, как жертвы карго-культа. Если есть место для манёвра и выбора, я говорю об этом. Другими словами: давайте не будем тратить силы, оспаривая неоспоримое. Я строго придерживаюсь только тех типографских соглашений, которые прочно укоренились.

Не потому, что это настолько важно. Вот почему я начинаю с одного пробела между предложениями. Это лакмусовая бумажка для скептиков типографики: если вы не можете согласиться с тем, что профессиональные типографы всегда используют один пробел между предложениями, вероятно, другие правила вы найдёте вообще скучными. А потому что правило так хорошо укоренилось.

Никто этого не сделал до сих пор. Десять лет назад я бросил вызов скептикам: покажите хоть одну книгу, газету или журнал, который использует два пробела между предложениями.

Роль исследований

Однажды я рассказал о типографике группе профессоров права Калифорнийского университета. В конце один из них, известный на факультете эмпирик, сказал: «Мэтью, это всё очень интересно, но почему типографы не решают эти вопросы с помощью эмпирических исследований? Нельзя ведь оставлять на субъективное рассмотрение, какой шрифт лучше».

Кстати, вы исследовали, какая статья с обзором закона скорее способствует продлению вашей должности в университете? «Отличная идея, профессор. Среднее количество гласных в абзаце?» Сколько должно быть слов в первом предложении?

Очевидно, это был несерьёзный вопрос. Я не говорил этого, только подумал. Профессор считал типографику глупой темой, поэтому отмахнулся от неё с эмпирическим доводом: недостаточно объективных исследований.

То, что я на самом деле сказал ему, больше похоже на это: «Типографика — как язык и любая другая форма человеческого выражения — не принадлежит области строгой объективной истины».

библиографию). Хорошую подборку полезных исследований за много лет можно найти в книге Софи Бейер «Письма для чтения: оформление для удобочитаемости» (см.

Напротив, многие шрифты появились в результате эмпирических исследований, например: Это не означает, что типографы враждебно относятся к идее исследований или что читаемость нельзя проверить эмирически.

  1. Шрифт Retina разработан (первоначально для Wall Street Journal), чтобы оставаться разборчивым на низкокачественной газетной бумаге. Дизайнер Тобиас Фрер-Джонс изучил, как чернила расплываются на газетной бумаге, и сделал вырезы, чтобы компенсировать это. Хотя такие «чернильные ловушки» выглядят странно на больших размерах, на малых размерах они невидимы. И вместо странных пузырчатых форм буквы просто выглядят правильно.

  2. Для использования на федеральных трассах одобрен новый шрифт Clearview, разработанный Доном Микером и Джеймсом Монтальбано. Дорожные вывески должны быть читаемы водителями на различных скоростях и уровнях освещённости — и шрифт был протестирован в этих условиях.
  3. Шрифт Sitka от Microsoft, разработанный Мэтью Картером, также появился в результате исследований читаемости с экрана в Windows.

У приведённых выше примеров есть одно важное общее свойство. В каждом случае дизайнеру поручили оптимизировать читаемость в конкретном контексте. Поэтому получилось достаточно сузить тему исследования, чтобы сделать результаты проверяемыми. (Немаловажно, что для данных проектов также был заказчик, который оплачивал тестирование). В свою очередь, эти испытания дали достаточно точные результаты, чтобы стать конкретным руководством по дизайну шрифта. Короче говоря, эмпирические исследования оказались полезны именно благодаря узости проблемной области.

Выглядит безнадёжно. Вернёмся к вопросу профессора права: если мы продолжим процесс, сможем ли найти лучший шрифт для всего? Как я уже говорил в статье «Что такое хорошая типографика», типографику нельзя свести к математической задаче с одним правильным ответом. Исследования по своей природе тестируют узкие проблемы. Точно так же трудно представить себе узкое исследование о шрифтах, результаты которого экстраполируются на любой возможный контекст.

Для разных проблем можно сформулировать типографические критерия и понять, какие решения не подходят для них. Тем не менее, хотя эмпирические исследования не решают многие типографические проблемы, нельзя называть типографику сферой чистой прихоти. Например, для презентаций я рекомендую выключать свет во время работы над слайдами, чтобы лучше имитировать обстановку в аудитории. В самом деле, предполагаемый контекст всегда полезно «исследовать» перед разработкой типографического решения. Но лучше, чем ничего. Это не эмпирическое исследование.

Мы можем — и должны — прагматически сужать пространство возможностей. Таким образом, типографика функционирует как сам письменный язык. Как никто не назовёт лучшее предложение для начала научной статьи, так никто и не выберет лучший шрифт для неё. Но в выборе из этих возможностей проявляется искусство, человечность и выразительность.

Оценка нового исследования

Таким образом, если при оценке исследования сначала встаёт вопрос «Что оно нашло?», то следующим вопросом будет «Что оно вообще проверяло?»

Хотя статья цитирует 48 источников — многих психологов и некоторых вышеупомянутых интернет-критиков — оно явно не цитирует никаких экспертов по типографике. Для начала проясним, что это исследование не проверяло. Ни меня, ни Эрика Спайкерманна, ни Роберта Брингхерста, ни Эллен Луптон, ни Брайана Гарнера, ни Чикагское руководство по стилю, вообще ничего.

Почему? Но это кажется правильным. Мы также не приглашаем к спорам. Никто из нас не придерживается этого правила как эмпирического утверждения. Мы не предлагаем глубокого объяснения этому правилу — не больше, чем словарь пытается объяснить, почему любовь, морковь и свекровь не рифмуются. Мы просто сообщаем, что существует давняя конвенция, основанная на профессиональной практике: один пробел. Но здесь и сейчас практика — а значит и правила — вполне чёткие. Я даже не утверждаю, что правило всегда было таким (это не так) или всегда будет (типографская практика меняется, хотя медленно).

Это сомнительный фундамент для научного тезиса, потому что он устанавливает ложную эквивалентность. Думаю, что авторы исследования ошиблись, начав с ошибочной предпосылки: «Было много дискуссий на тему, сколько пробелов должно следовать за точкой», а затем резюмируя «аргументы… с обеих сторон». Тот факт, что некоторые на Reddit долго обсуждают эту тему, вовсе не означает, что есть «много дискуссий» в разумном смысле. Что бы мы подумали, если бы статья в газете начиналась «Было много дискуссий о том, высадились ли люди на Луну...»? Мы хотели выяснить: существует ли эмпирическая разница?» Более справедливо было бы признать: «Установившаяся практика предусматривает один пробел, хотя самоотверженное меньшинство по-прежнему выступает за два.

Авторы, похоже, заинтересованы в том, чтобы оправдать Американскую психологическую ассоциацию, которая несколько лет назад стандартизировала два пробела в своём руководстве по стилю. Ошибка ложной эквивалентности также заставляет меня задуматься об истинных мотивах этого исследования. Но заключительный абзац статьи начинается: «В итоге, текущие результаты дают эмпирические данные для изменения, внесённого в руководство АПА, определяющего… два пробела». Как поясняется в документе, АПА первоначально обосновала решение на основании «лёгкости понимания прочитанного», несмотря на «отсутствие прямых эмпирических доказательств в поддержку этих утверждений». Тем более что АПА уже смирилась с преобладающей практикой. Зачем какому-либо психологу-исследователю тратит время и бюджет на это? [Дополнение: ведущий автор Ребекка Джонсон подтвердила в интервью, что целью исследования было эмпирическое оправдание АПА]. Загадка.

Не уверен, какой вывод следует сделать о профессиональной ассоциации ученых, которая отвергает доказательства и авторитет в других областях.

Исследование измеряет разницу в эффективности чтения абзацев текста с разным количеством пробелов: одного и двух пробелов после точек и, что интересно, после запятых. Так или иначе, вернёмся к науке. В исследовании испытуемые сначала набирали абзац текста, чтобы исследователи могли классифицировать каждого из них как привыкшему к одному или двум пробелам — также интересная деталь эксперимента. В качестве испытуемых пригласили 60 студентов колледжа Скидмор, «носителей американского английского языка с нормальным или скорректированным к нормальному зрением».

Для подтверждения понимания после каждого пункта задавался вопрос на понимание. После этого испытуемых просили прочитать серию из 20 «экспериментальных абзацев» от 71 до 166 слов. Кроме того, во время чтения с помощью специального устройства отслеживалось направление взгляда каждого испытуемого для сбора дополнительных данных о влиянии пробелов на чтение. Так определялись скорость чтения и точность понимания.

Типографика в исследовании

Так как выглядели эти «экспериментальные абзацы»? В статье говорится, что для текста установили «шрифт Courier New размером 14 пунктов» с «четырёхкратным» межстрочным интервалом, что я понимаю как 56 пунктов. Авторы не упоминают ни ширину строк, ни цвет шрифта, ни фон (хотя эти параметры тоже повлияли бы на читаемость).

Итак, вот мое лучшее предположение, как выглядел этот текст, есть взять абзац из 84 слов:

Проснувшись однажды утром после беспокойного сна, Грегор Замза

обнаружил, что он у себя в постели превратился в страшное насекомое.

Лежа на панцирнотвердой спине, он видел, стоило ему приподнять голову,

свой коричневый, выпуклый, разделенный дугообразными чешуйками живот,

на верхушке которого еле держалось готовое вот-вот окончательно сползти

Его многочисленные, убого тонкие по сравнению с остальным телом одеяло.

Это не было сном. ножки беспомощно копошились у него перед глазами. Его

комната, настоящая, разве что слишком маленькая, но обычная комната, мирно

покоилась в своих четырех хорошо знакомых стенах.

Этот выпущенный в 2002 году дисплей ЭЛТ поддерживает разрешение до 1600×1200 пикселей. Абзацы не печатались, а отображались на «21-дюймовом мониторе NEC Accusync 120» под управлением Windows (версия не указана). Тем не менее, это примерно то, что вы можете найти на кафедре психологии в гуманитарном колледже — оборудование, установленное два технологических цикла назад, — хотя и не то, что большинство читателей используют сегодня. Однако ЭЛТ могут работать с несколькими разрешениями, и в документе не сказано точно, какое использовалось в данном случае — ещё один параметр, влияющий на читаемость, поскольку он меняет видимый размер шрифта.

Чтобы получить более точное впечатление от реального дисплея, вот тот же текст, отображаемый виртуальной машиной Windows XP:

Тем не менее, я не могу не отметить, что такой стиль типографики никак нельзя назвать ни привычным, ни реалистичным. Вначале я сказал, что согласен с исследованием и его выводами. (Конечно же, параграф в примере не соответствует самым базовым правилам основного текста, приведённым на этом сайте «Практическая типографика»). Это относится и к моноширинному шрифту, и к размеру, и к межстрочному интервалу. Или может они специально усугубляют проблему, делая окружающий текст более трудным для чтения. Возможно, такие отличия помогают изолировать проблему двух пробелов относительно одного. С учётом того, что в предыдущем исследовании читаемости текста ведущий исследователь Ребекка Джонсон использовала Calibri с нормальными пробелами.

Не думаю. Может я отношусь предвзято и несправедливо? Они неразрывно связаны. Исследователи упоминают эти детали, чтобы другие могли оценить достоверность своих методов и, следовательно, своих выводов. Это было ужасно уже тогда, а сейчас ещё хуже. Но ни один типограф не будет защищать удобочитаемость текста в Windows на ЭЛТ-дисплее 2002 года. И хотя ни один моноширинный шрифт не показывает чудеса читаемости, Courier New — один из худших в этом смысле. Сегодня текста даже на смартфонах начального уровня легче читается. В своё время я описал его как «отвратительно… веретенообразный, комковатый и попросту уродливый».

По мне так лучше бы проконсультировались. Нет никаких доказательств, что исследователи консультировались с типографом по формату исследования. Скорее потому что такое сотрудничество могло бы привести к организации тестов с более плодотворными результатами. Не потому что другие лучше разбираются. Поскольку компьютер способен отобразить любой шрифт любого размера, то лучше использовать более широкое разнообразие типографики. В нынешнем виде исследователи протестировали читаемость текста из пишущих машинок. Учитывая лёгкость распечатки образцов, по-моему не обязательно полагаться только на древний ЭЛТ.

И определенно не типографическо-научная полиция. Но как я уже сказал, я не типографическая полиция. Да, наука реальна. Хотя я принимаю выводы исследования, но типографические условия кажутся чрезмерно — и излишне — искусственными. Мы обязуемся идти по следам, куда бы они ни привели. Но это палка о двух концах. Но иногда следы ведут недалеко и теряются.

Результаты исследования

Отдадим должное авторам, они не переоценивают свои выводы. (Ну, кроме заголовка работы). Согласно исследованию, есть «статистически достоверные и… обнаруживаемые» улучшения из-за двух пробелов после точки: некоторые субъекты читали отрывки текста быстрее, не теряя понимания.

Но этот вывод сопровождается существенными оговорками:

  • Измеренное улучшение было в скорости чтения, а не в понимании текста, и оказалось «небольшим по величине» — около 3%.
  • «Точность понимания была высокой при любых условиях». То есть понимание не улучшилось от двух пробелов вместо одного.
  • «Выражения… были относительно короткими и, возможно, недостаточно длинными или трудными, чтобы обнаружить тонкие различия» между одним и двумя пробелами.
  • Авторы признают проблему, о которой я упоминал выше: что «абзацы… представлены в моноширинном шрифте» и что «текстовые процессоры сегодня используют пропорциональные шрифты».
  • Они также признают мою более общую точку зрения о неестественных примерах и что результаты «могут отличаться, если будут представлены другими шрифтами (или другими системами письма)».

Но вот главное, что сводит на нет все результаты. Напомним, что испытуемых разделили предметы на две группы: тех, кто обычно набирает текст с одним пробелом и тех, кто печатает с двумя. «Маленькие» улучшения в скорости чтения обнаружили только у тех испытуемых, «которые уже придерживались этой конвенции с двумя пробелами». Для остальных не обнаружено никакого преимущества.

Вот диаграмма с результатами (слева те, кто набирают с одним пробелом, справа — с двумя): Для меня эта самая интересная часть исследования.

Обратите внимание на четыре аспекта из диаграммы.

  1. У «однопробельников» скорость чтения практически не меняется независимо от пробелов.
  2. У «двухпробельников» наблюдается значительное улучшение скорости чтения при чтении текста с интервалами, которые соответствуют их собственному стилю набора — то есть двумя пробелами после точек и одному пробелу после запятых.
  3. Никакая конкретная схема интервалов не ускоряет или замедляет чтение в обеих группах.
  4. И ещё один важный результат: «двухпробельники» всегда быстрее читают текст, независимо от интервалов! Это поднимает гигантский красный флаг о том, что на результаты исследования повлияло не количество пробелов, а другие факторы, непосредственно не проверенные.

Нет, я не готов выдвигать теории, почему «двухпробельники», как правило, быстрее читают, чем «однопробельники». Оставлю этот вопрос интернет-ордам для споров на следующие несколько лет. Будет хорошая смена темы.

Поскольку исследование показало пользу только для одной группы читателей, я также объявляю правило Беттериджа нетронутым. Между тем, мой совет остаётся прежним: один пробел между предложениями. Нет. Два пробела лучше, чем один? Я только что сэкономил вам $39,95.

Примечания

* Уверен, что в Американской психологической ассоциации никто не передумает. Также как и остальные фанаты двух пробелов. Но это было неизбежно.

Современные компьютеры полагаются на Unicode с множеством более широких пробелов для этой цели. * Даже если вы настаиваете на дополнительном пространстве между предложениями, ввод двух пробелов — устаревший метод. Отдам честь тому, кто заявит: «Я выступаю не за двойной пробел, а за пробел кодовой точки 2002».

* Lifehacker сухо отмечает, что «доктор Джонсон… и её коллеги опубликовали свою статью в стиле АПА с двумя пробелами после точек, но научный журнал «Внимание, восприятие и психофизика» [который опубликовал статью] отредактировал [её] и устранил двойные пробелы».

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть