Хабрахабр

«Моя мечта — видеть человека сквозь деревья» — основатель «Лиза Алерт» о современных технологиях поиска

Сейчас любая, даже самая продвинутая технология, будет лишь инструментом в руках людей, которые должны уметь искать хоть с беспилотниками, хоть с деревянными факелами. Изобрести нечто, что будет искать пропавших в лесу людей — это не только инженерная задача.

Когда искали с помощью звуковых маяков, еще больше полагались не на их звук, а на правильную, выработанную годами тактику расстановки. Когда на конкурсе «Одиссея» инженеры искали людей с тепловизором, они все равно долго изучали окрестности и пытались понять, как в них будет вести себя пропавший.

Во время финала я расспросил его о решениях команд и применении технологий не в конкурсных условиях, а в реальных поисках.
Одним из экспертов конкурса был Григорий Сергеев, основатель поискового отряда «Лиза Алерт».

Если вдруг вы не понимаете, о чем шла речь в подводке — что за «Одиссея», какой еще финал, что за тепловизоры и звуковые маяки — загляните в предыдущие статьи по теме:


Григорий Сергеев

Мы давным-давно используем звуковые маяки, установленные на автомобилях. — Неужели у вас на вооружении еще нет звуковых маяков?
— Это отличная вещь. Мобильные маяки — это очень удобно. Это и сирены специальных служб, которые мы просим поставить в определенном месте, и пневматические гудки для того чтобы выводить человека на звук.

Например, «Экстремум» пользуются подобными давно. У нас есть такие переносные, похожие технологией на маяки команды «Находка», но мы их не расставляем, а ходим с ними — пока в экспериментальном режиме. Они сначала гудят — будят пропавшего, который может в этот момент спать, а дальше кричат сами. У них это работает вместо крика в лесу.

Даже если это движущаяся группа в поисках лежачего человека. Человек, который находится в лесу не первый день, периодически впадает в состояние полусна, и он может пропустить обычный крик, поэтому гудеть — это полезно. Но понятно, что этого недостаточно, и нужна некая комбинация технологий. Остальные же в разных условиях могут прийти к звуковому маяку сами. Например, когда мы можем сфотографировать абсолютно всю зону поиска в хорошем качестве и при помощи алгоритма или нейросети отсмотреть.

Он пролетает, фотографирует всю территорию, которая нас интересует. В отряде «Лиза Алерт» сейчас используют обычные беспилотники dji mavic 2. Дальше мы выгружаем эти фотки, и вместо нейронки работают живые люди, которые отсматривают фотографии. Единственная проблема — он не может далеко летать и покрывает только маленькую площадь. Таким образом мы находим пропавших.

Я уже был здесь, на конкурсе, и эта штука нашла человека в Калужской области. — У вас же была нейросеть?
— Недавно запустили историю с нейросетью «Билайна». Для поиска это действительно полезно. То есть, вот — реальное применение современных технологий.

Если оптика такое позволяет, это очень хорошо. Очень важно иметь носитель, который летает долго и который позволяет не смазывать фотографии, особенно на рассвете и закате, когда в лесу практически нет света. В принципе, тенденция правильная, но вопрос цены всегда беспокоит. Кроме того, все экспериментируют с тепловизорами.

Вы тогда категорично сказали, что это все фантазии, и за десять лет тепловизором не нашли ни одного человека.
— Мы и до сих пор никого не находили с тепловизором. — Я спрашивал вас про тепловизоры летом на запуске нейронки «Билайна».

На сегодняшний день я вижу то, чего я не видел тогда, на пресс-конференции с «Билайном» — падение цены и появление китайских моделей. — Но здесь все хорошо отзываются о первой команде, которая его использует.
— История такая. Но пока все равно выходит дико дорого. Это позволяет использовать на беспилотниках крупнее Мавика нормальные качественные тепловизоры. И если беспилотник уже может что-то показать, то для тепловизора нужны конкретные условия. Уронить такую штуку в два раза больнее, чем сам беспилотник.

Мы никого не найдем, кроны не прозрачны для теплика. Фантазировать по поводу того, что мы найдем кого-то под кронами, не стоит. Но технология должна быть такой, которая подойдет всем отрядам — и воронежскому, и липецкому, и тамбовскому. На юге России, начиная от Воронежа, где сплошные поля, без этого работать невозможно, иначе мы не сможем использовать ночное время.

Все районы разные, везде разные поиски.
— Дотачивать до местности, конечно, нужно, но на сегодняшний день тепловизор, который может что-то прилично показывать, стоит больше шестисот тысяч. — Почему не кастомизировать снаряжение? В итоге за 200 мы точно упакуем полный комплект, который может летать ровно столько, сколько необходимо — когда первый аккумулятор сел, второй уже зарядился. Второй Мавик стоит 120, плюс аккумуляторы. Естественно, мы будем действовать «Мавиками». При таком подходе за один тепловизор мы можем купить шесть «Мавиков» без тепловизора.

Он стоит больше миллиона.
— История в том, что пока поиски не финансируются, пока нет государственных программ или поддержки крупного бизнеса — это действительно всего лишь конкурс технологий. — Но самолет-беспилотник еще дороже чем тепловизор. С точки зрения технологии — хорошо. Мы смотрим здесь на возможное будущее. Но когда мы на практике оборудуем отряды «Лиза Алерт» в разных регионах тепловизорами, я не готов сказать.

Очень классная вещь, у нас даже есть, летает отлично, траву стрижет еще лучше. Если бы три года назад вы бы мне задали вопрос, что там с беспилотниками, и я бы сказал — «вообще полная туфта. А на сегодняшний день каждую неделю мы находим пропавших беспилотником. Найти людей невозможно». Билайновская нейронка начинает быть полезной.

Они позволяют сделать гигантскую зону связи. Или вот, например, отлично делать ретрансляторы на аэростатах. Больше того, у парней [Стратонавтов] аэростат может быть подсвечен изнутри и работать в ночном в лесу как маяк.

Но шесть тысяч рублей за подъем…

В самый высокий сезон можем получить больше 100 заявок в сутки. В сезон мы получаем 20 – 30 заявок на поиски в сутки по России. Поэтому мы продолжаем искать финансирование, ждем готовые технологии и готовые системы.

У меня не получится, наверное от жадности. — Если бы вам предложили забрать себе одну технологию из четырех, чье решение вы бы выбрали?
— Выбрать одну? Недаром они в финале, это все может работать. Все такое интересное. Там, на значительно меньшем участке, им удалось. Через полуфинал пробилось только то, что в состоянии найти. Здесь просто гигантский участок, но полная красота по картинке леса — он прозрачен.

В полуфинале были две команды — в финале стала одна. Например, вот эти ребята [MMS Rescue]. Технология маяков уменьшает количество километров, пройденных ногами. Они объединились, и в результате объединения технологий получилось нечто более сбалансированное. И это дистанция, которая не уменьшает количество человеческого труда. Обратная сторона — маяки, которые разбросаны [команды MMS Rescue] сейчас, предполагают дальнейший поход по лесу со сбором. То есть сама технология окей, но надо что-то дорабатывать, додумывать в тактике — как правильно разбрасывать, чтобы было проще собирать.

Они уже ищут и уже находят пропавших с его помощью. Самый готовый продукт у якутских парней. Это люди практики, которые пришли на конкурс не из технической лаборатории, а из леса.

Надо увидеть разумный светлый взгляд в будущее. — Они мне этим нравятся.
— Они очень многих подкупают своей практической частью, но конкурс не про это. Моя мечта — смотреть сквозь лес, чтобы видеть лежащего человека сквозь деревья. Под кроны мы так и не умеем смотреть ничем. Проблема в том, что сейчас для нас лес по-прежнему остается непрозрачной средой. Не важно, что это будет.

Нам надо двигаться вперед. — На старте конкурса у вас не было ощущения в духе «Эти технари ничего не понимают в поисках, никому не помогут их игрушки»?
— Тогда бы мы вообще не запускали эту историю, мы бы не приставали к фонду «Система» с тем, что это очень важно и необходимо. Разве что ходим мы не с обычными факелами, а со светодиодными. Поиск сегодня — это по-прежнему каменный век с редкими вспышками чего-то нового. Но если не двигаться в эту сторону, не двигать всю научную мысль, ничего и не будет. Мы пока еще не на том этапе, когда по лесу ходят человечки из Boston Dynamics, а мы курим на опушке и ждем, когда они принесут нам пропавшую бабушку. Надо будоражить сообщество — нам нужны думающие люди.

Нужно дальнейшее движение. Главное, чтобы за рамками этого конкурса команды не сказали: «Поиграли и хватит». И если представить себе еще один год, потом еще и еще, то через десять лет мы увидим принципиально другие вещи, которые применимы во всем мире, в любых условиях. Мы все погрузились в эту историю на год.

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть