Главная » Hi-Tech » Между факапом и удачей — интервью о бизнесе с основателями Kennedy’s coffee

Между факапом и удачей — интервью о бизнесе с основателями Kennedy’s coffee

Честный разговор не только об успехе, но и о провалах и извлечённых из них уроках.

В закладки

Поделиться

Но читать о провалах и ошибках обычно интереснее, да и уроков можно извлечь из этого больше. История успеха — самый популярный жанр в бизнес-изданиях. Но наши друзья и клиенты, предприниматели Борис Родионов и Андрей Устьянцев мужественно согласились обсудить и эту сторону своего бизнеса. Просто про свои факапы почти никто не рассказывает.

Поговорили про быстрый и бурный старт сети кофеен формата «на вынос» Kennedy’s coffee, открытие и закрытие бара «Стаут Маклауд», который за год успел стать культовым местом в Барнауле, про франшизу и рынок аренды.

Предпринимательство, ремесло и прачечные

Вы в разных сферах поработать успели: открыли кофейню, пивной бар, торговали одеждой и франшизой. PYB: Есть мнение, что с точки зрения предпринимателя бизнес во всех сферах одинаковый. Подтверждаете?

Если имеется в виду это, то, наверное, да — разницы между сегментами нет. Борис: Если рассматривать с точки зрения общих принципов, то везде работает формула «найди свою нишу, собери команду и делай финансы». Тот же общепит вообще практически особняком стоит. Но если чуть глубже копнуть, то различия начинают проявляться.

Как предприниматель ты в процессы не всегда сам вникаешь, а ищешь специалистов, которые будут это делать. Андрей: В целом всё так.

Когда мы начинали свой проект с кофе, сразу остановились на том, что на старте нужен хороший дизайн. И всё же предприниматель должен понимать, что будет лучше работать конкретно в его сегменте. Если бы это был магазин автозапчастей, то брендинг ушёл бы на второй план, потому что там важнее широкий ассортимент, ценообразование и так далее.

Что подтолкнуло заняться предпринимательством? PYB: Вы сначала работали по найму.

Мы работали в компаниях в ИТ-секторе, и когда встречались, жаловались друг другу на то, что совсем нет свободного времени. Андрей: Уйти в бизнес мы решили в 2013 году. Мы терпели, терпели, а потом психанули. Зарплата тоже, естественно, нас не устраивала. Стали придумывать, как всё это изменить.

Так любите этот напиток? PYB: Почему вы сначала пошли именно в кофейный бизнес?

Да и вообще эта история не о личных предпочтениях и интересах. Андрей: Про кофе тогда речи не было. Ремесленники занимаются любимым делом, реализуют свои какие-то специфические навыки. Есть предприниматели, а есть ремесленники. Вот как у вас, например.

Мы несколько историй пробовали запустить, и это никак не связано с нашими личными интересами. Предприниматели — это другая тема. Мы видим перед собой цель заработать, подняться на какой-то уровень дохода и уже под эти цели ищем способы. Это всегда истории о деньгах.

А вот классическое предпринимательство — это когда ты нащупываешь какие-то потоки товаров, пропускаешь их через себя и на этом зарабатываешь. Я искренне завидую людям, которые всю жизнь занимаются любимым делом. Счастье тут возникает не от процесса, а уже от результата, когда ты всё классно сделал и на этом заработал. Это изначально не предполагает какого-то счастья.

Но тем не менее этот момент присутствует. Мы никогда не ходили на кружки самодеятельности вроде «Бизнес-молодости», где всё упирается в призывы «Джаст ду ит». Это, конечно, немного. С самого начала мы поставили цель зарабатывать хотя бы 25 тысяч в месяц, ни на кого не работая. И мы начали думать. Но тогда это было больше, чем все наши сверстники зарабатывали.

Просто замечаешь, что что-то происходит на рынке, и хочешь оказаться на этой волне. Как это обычно происходит? Мы просто садились и начинали обсуждать, на чём сейчас можно заработать. Так было и с нашими первыми проектами.

Просчитывали каждую модель в отдельности, оценивали свои возможности. Начали собирать бизнес-модели, которые, как нам казалось, могли работать. То есть мы обсуждали это не в контексте призвания или романтики, а исключительно с точки зрения рационального. Причём просчитывали не только по деньгам, но и по времени.

PYB: Как отличали стоящие проекты от обречённых на гибель?

Многие такие предложения и идеи мы «отбривали» на уровне таблицы в «Экселе». Борис: Тут просто считать нужно, сколько ты можешь покупать, сколько продавать и сколько на этом заработаешь. Но просто посчитать в теории, конечно, мало. То, что нам нравилось и по показателям хорошо выходило, мы начинали рассматривать более внимательно.

Всё по расчётам сложилось хорошо, эта тема была нам по душе, мы начали работать с этой моделью. Вот, например, мы хотели запустить в Барнауле проект с прачечными самообслуживания. Нашли способ оборудовать под это дело бытовые стиральные машины, потому что промышленные стоят примерно в десять раз дороже.

Мы даже помещение подходящее нашли. Продумали инженерный блок автоматизации, как установить купюроприёмник и так далее. Но ещё ничего не вкладывая в это дело, поняли, что проект не взлетит.

Эта модель хорошо работает в Новосибирске. Андрей: Тут нужно сказать, что идею мы не с потолка взяли. И там таких, как я, очень много: студенты, профессора. В частности, когда я сам жил в новосибирском Академгородке, меня такие прачечные часто выручали, потому что я часто переезжал.

Такие стиральные машинки стоят в каждой общаге, и никому эта фигня не нужна. В Барнауле, как оказалось, всё совсем не так. Если кто-то переезжает, то обычно за пределы города и никогда не возвращается. Народ в Барнауле не столь мобильный, переезжает мало. Те, кто остаётся, пускают корни, живут на одном месте всю жизнь и пользуются стиральной машиной дома.

Мы даже толстовками поторговать успели. До того как прийти к идее с кофе, были и другие проекты. И всегда эти истории, повторюсь, были именно о деньгах.

Кофе с капелькой удачи

Как это было? PYB: Кофе, получается, был не первый проект, но первый, который хорошо пошёл.

Андрей: Первые три года нашей работы с кофе — это был такой слабо контролируемый взрыв.

Мы были практически первыми, кто открыл в Барнауле точку такого формата. Борис: Когда мы открывались, до нашего города только-только дошёл тренд «кофе с собой». И у нас при этом был качественный продукт.

Получается так? PYB: Будь первым, делай это хорошо и будет хорошо.

Но, если честно, то нам с нашей самой первой точкой сильно повезло. Андрей: Ну в целом-то, конечно, так.

Это сейчас мы знаем практически всё о рынке аренды в Барнауле. Речь про точку, которая находится в ТЦ «Весна». Сами мы из центра, а «Весна» находится в другом районе. Но тогда мы ориентировались в этом не так хорошо. У нас были на примете гораздо более понятные варианты.

Мы в итоге сами это место увидели — пятачок в 6 квадратов. К тому же, когда мы туда пришли, нам сказали, что свободного места нет. Мы сказали: «А, может, мы тут встанем?». Эту площадь администрация вообще не рассматривала для сдачи в аренду. В итоге туда и встали и на вполне хороших условиях.

Был ажиотаж. Борис: Место оказалось очень удачным. Мне тогда приходилось целые перфомансы там устраивать, чтобы как-то развлечь публику, пока она ждет. К нам выстраивалась очереди по 20 человек. Разве что не жонглировал там.

Нам не верили, что у нас такие доходы. Не знаю, были ли вообще в России настолько доходные точки при такой квадратуре. Сейчас, конечно, ажиотаж спал, но там и по сей день стабильный трафик.

Сколько вам стоило открыть первую точку? PYB: Читателям всегда интересны показатели.

Это включая брендинг, который мы заказали у вас. Андрей: Первые деньги на открытие — 400 тысяч рублей. Это два раза подряд повезло уже, получается. Кстати, он удачный вышел.

PYB: То есть вообще ваша история успеха — это череда везений?

Но, справедливости ради, мы ведь тоже как-то логически пришли к решению встать в этом месте. Андрей: Не без этого. И знали, как подготовить ТЗ на разработку брендинга и к кому с этой задачей лучше всего обратиться. Кроме того, мы уже около месяца искали аренду, и у нас были и другие варианты, но они нам нравились меньше.

С самого начала открытия был факап. Хотя не скажу, что всё было прям совсем уж гладко. Стали выяснять — оказалось, мы немного просчитались с рецептом. Мы начали замечать повсюду наши стаканчики с недопитым американо. Но этот просчёт не стал критичным. Банально очень мало было эспрессо в воде. Мы быстро всё скорректировали, и это практически не сказалось на нас.

Уровень жизни, корпоративы и болезни роста

PYB: Теперь всё сильно сложнее?

Первые три года были как в сказке. Андрей: Не сравнить с тем, что было на старте. А сейчас бизнес стал очень трудоёмким. Будто живёшь в тех фильмах об успехе. Каждый день приходится себя мотивировать делать то, что прямо сейчас тебе не даёт результата и, может, вообще никогда.

Один из факторов — тяжёлая экономическая ситуация. Борис: Где-то с 2015 года всё стало сильно сложнее. Почти всё, что мы покупаем, не производится в нашей стране, поэтому стоимость привязана к доллару, а ситуация с курсом сами видите какая.

Эспрессо и американо — это небольшая доля наших продаж. Да и то, что у нас производится, дорожает. Из них большинство — с молоком. Массово люди пьют кофейные коктейли. Когда мы начинали, оно стоило порядка 35 рублей за литр. На молоко цена выросла. Зарплаты у людей растут, без этого никак. Теперь — около 50 рублей. А вот потребительская активность не растёт.

Каждый год мы могли поднимать цену на 10%. Мы начинали с очень низкой цены, потому что формат для нашего города был новый, и мы боялись выходить с дорогим продуктом. Но в последние пару лет не поднимали.

Да, это своего рода «наркота», это круто, это модно, это вкусно. Уровень жизни у людей падает, а кофе — это тот продукт, без которого можно обойтись. Но это 100-150 рублей, которых человеку уже может не хватать на какие-то более важные вещи.

Когда у тебя маржа высокая — это классно. Снизилась маржа. Ты всегда весёлый, закатываешь классные корпоративы, платишь сотрудникам, сколько хочешь.

На первый план выходят финансовые расчёты, и ты уже занимаешься не тем, что размышляешь, как бы классно развить бизнес, а над тем, как хотя бы просто остаться в своей прибыли. Но тут вдруг появляется конкуренция, бизнес становится более «классическим», экономика идёт вниз. Начинаешь заниматься оптимизацией бизнес-процессов.

PYB: То есть ваши трудности связаны с трудностями в индустрии в целом?

Сети растут, но не супер-бурно. Борис: Индустрия продолжает развиваться. Новых крутых кофеен не открывалось уже несколько лет. Бум, когда на каждом шагу открываются новые точки, уже прошёл.

Выдержите? PYB: Как себя чувствуете в этой ситуации?

Мы в целом движемся вперёд, развиваемся. Андрей: У нас есть запас прочности. Пять лет назад можно было просто запустить в меню какой-нибудь лавандовый раф — никто его ещё не делает, а у тебя он есть, и у тебя всё сразу хорошо становится. Просто характер работы стал другой. И других проблем не было.

Потому что кроме этого тебе нужно ещё бухгалтера попросить сделать какой-нибудь налоговый вычет, договориться с арендными менеджерами, чтобы тебя не выгнали из очередного торгового центра. Сейчас при нашем объёме запустить какой-нибудь новый коктейль — это лишь маленькая задача, которая не может тебя занять всего.

В последний год у нас появились серьёзные отчёты с огромными таблицами с кучей всяких коэффициентов. То есть бизнес из такого классного, тинейджерского и весёлого превратился в серьёзный, взрослый и просчитанный.

Борис: Я думаю, на следующем экономическом цикле, когда экономика пойдёт вверх, бизнес снова станет классным!

Рынок аренды: торговые центры и новые правила игры

Открывался очень долго и мучительно. Справка от PYB: ТЦ «Арена» — один крупнейших торговых центров города Барнаула. Спустя полтора месяца после открытия в нём обвалилась крыша, и ТЦ закрыли на год для устранения последствий аварии. ТЦ «Галактика» — тоже один из крупнейших в Барнауле.

PYB: Сколько у вас сейчас точек в городе?

Было больше. Андрей: Шесть в Барнауле, одна в Новоалтайске, одна в Бийске. Мы недавно несколько точек закрыли.

PYB: То есть приходится сокращать бизнес?

Мы периодически «кидаем» куда-то точку и смотрим, как она работает. Борис: Нет, не в этом дело. Экспериментируем. Не работает — закрываем.

Была у нас гипотеза, что там можно успешно работать. Андрей: Вот недавно в Барнауле закрыли точку, которая располагалась в ТРЦ на фудкорте. Раздавали листовки, за которые человек получал скидку. Хотели проверить, сможем ли мы привлекать людей хоть за какую-то стоимость.

Расчёт был на то, что человеку понравится, и в третий раз он вернётся уже сам. Он покупал кофе, и ему давали ещё одну листовку, чтобы он вернулся. Гипотеза не сработала, и мы точку закрыли. Прирост постоянных клиентов в итоге был, но небольшой. Это нормальная часть работы.

Она была в ТЦ «Галактика». Ещё одну закрыли буквально на днях. Что поделать, освободили. Но там пришло предписание от МЧС освободить коридор, в котором мы располагались.

PYB: Часто бывают такие ситуации, когда выгоняют с арендованных площадей?

И он особенно усложнился в последние годы. Борис: Аренда — это вообще очень сложный вопрос. Этот центр, нужно сказать, очень трудный ребёнок был. В ТРЦ «Арена» мы появились в 2014 году. Лишь где-то к 2017 году «Арена» начала становиться местом, которое может быть интересным аудитории. Несколько лет наша кофейня там была неприбыльной. Там появились «якоря», которые привлекают людей, народ начал туда ходить.

Успели всё сделать к сезону. Мы это заметили и сделали там точку с большей площадью, с большим ассортиментом. По торговым центрам прокатываются проверки, к маю это волна докатывается до нас, и «Арену» закрывают. Тут наступает весна — случается пожар в кемеровской «Зимней вишне».

К счастью, кофейня в этом месте осталась, администрация пошла на компромисс. Сразу после открытия «Арена» запускает новый продуктовый гипермаркет, которому, как оказалось, мы мешаем — стоим в том месте, где теперь будет вход.

Когда мы начинали, перед нами стояла задача доказать администрации торгового центра, что наш бизнес будет работать, что мы не будем там странно смотреться. Андрей: Ситуация с арендой вообще в последние годы сильно изменилась. Сейчас задача другая.

Стрит-ритейл в городе практически исчез, вся торговля сконцентрирована в ТЦ, и они сейчас определяют правила игры. Сейчас эта история сильно о деньгах. Вроде торговым центрам нужны точки «кофе с собой», но игроков в этом сегменте уже много. А ты либо вписываешься в эти правила, либо нет. Соответственно, заявок тоже много.

Арендодателю нужно выжать максимум денег с площади. Качественный продукт уходит на второй план. Пусть арендаторы уйдут в минус и быстро съедут: желающих много, на их место сразу поставят других — дураков ещё хватит. Поэтому часто используется схема «зарядить заоблачный ценник».

Парню аренду зарядили 300 тысяч за 6 квадратов. Была история с точкой по нашей франшизе (но это не в Барнауле дело было). То есть он сразу выложил за эти 6 квадратов почти миллион. А по условиям нужно заплатить сразу за первые два месяца, плюс ещё за последний. Точка закрылась очень быстро. Постройка этой площади меньше стоила, наверное. Ему выгодно, что один миллион им отдал и съехал. Но арендодатель своё получает всё равно. Заехал следующий — вот ещё тебе миллион.

PYB: Надо полагать, дело не только в ценовой политике.

Тебя могут в любой момент выгнать под любым предлогом, потому что этих предлогов обычно прописано очень много в договоре. Андрей: Да, дело не столько в ценах, сколько в том, что малый бизнес законодательно практически не защищён.

Арендодатель часто прописывает в договоре кабальные условия. Борис: Законодательство очевидно не на стороне арендатора. В одном из последних договоров, который мы заключали, прописано 55 пунктов обязанностей арендатора и всего 4 — для арендодателя.

PYB: Но ведь в законе сформулировано понятие кабальной сделки, и пересмотра её условий можно добиться через суд.

Если ты — мелкий бизнес, ты вряд ли сможешь позволить себе содержать юридический отдел, который будет решать все эти моменты. Андрей: Да, но сможешь ли ты судиться? И даже если быть оптимистами и допустить, что разбирательство будет длиться всего месяца 3, для мелкого игрока это может быть фатальным. А если будет суд, то, скорее всего, тебе придётся приостановить деятельность. К завершению процесса ты можешь оказаться банкротом.

В «Галактике» мы отстояли самые «мёртвые» месяцы, и вдруг ТЦ закрывают. Тебе как арендатору никто ничего по сути не гарантирует. Мы-то своих работников перевели на другие точки. Помните, там крыша обваливалась? Но в той же «Галактике» были люди, которые последние деньги в бизнес вложили, обучили персонал, открылись, и тут ТЦ закрыли на год! Они там подменяли друг друга, и мы нормально пережили это время.

Такое никто не компенсирует, а кредиты платить надо. Непонятно, что с персоналом делать, потому что перевести некуда, и как доход получать всё это время. Ты не можешь прийти в банк и сказать: «Знаете, там крыша обвалилась...» Слушать никто не будет, и в законодательстве такие моменты не предусмотрены.

Франчайзинг: инструкции, ответственность и завышенные ожидания

Все хотят их продавать. PYB: Сейчас, говорят, бум франшиз.

Мы, как честные дядьки, год сами проработали и начали упаковывать франшизу. Борис: Мы занимались франшизами. Приняли при этом несколько неверных решений и через какое-то время перестали. Сейчас много «упаковщиков», но тогда этого ничего не было, и мы делали так, как сами это понимали.

PYB: В чём был факап?

Продукт был хороший, о чём свидетельствуют наши франчайзи, которые работают до сих пор. Борис: Мы исходили из того, что нужно не просто переслать человеку документы, по которым он сможет работать, а помочь ему всё организовать и стабильно развиваться. Но мы, запуская эту историю, не учли один важный момент.

Но это неправильный подход. Если ты хочешь открыть точку, ты логично выбираешь место из свободных площадей. Как это вышло у нас в «Весне». Нужно искать те места, которые никто не видит, и не рассматривает как площадь под аренду. Кстати, мы потом точно так же ещё одно место нашли в Барнауле, в ЦУМе.

И если занято, ждать, пока освободится. Как вариант, нужно просто искать хорошее место, независимо от того, свободно оно или нет. Мониторишь рынок аренды и ждёшь.

Честную сеть строить, здоровски помогать людям, чтобы у них всё получилось. Когда мы начали заниматься франчайзингом, мы для себя сразу определились, что хотим работать за роялти. У нас для франчайзи были подробные инструкции, как подбирать место.

Очень часто люди слишком оптимистично оценивают свои шансы, особенно когда очень хочется поскорее уже открыться. Как считать трафик, как считать расходы и доходы, на какой финансовый результат можно ориентироваться при конкретных параметрах конкретно взятого места.

Когда кто-то закрывался, это не было для нас неожиданностью. Андрей: Почти всегда наши прогнозы сбывались. Там были ситуации типа: «Олег, по нашим расчётам через три месяца на этом месте вы уйдёте в минус на 200 тысяч рублей» — «Меня устраивает, открываюсь».

Нам отвечают: «Сейчас здесь 2300, но вот скоро там рядом откроют магазин...» Здесь нужно понимать, мы выступаем в роли консультанта. Мы говорим: «Для окупаемости нужна минимальная проходимость 5 тысяч человек». Последовать нашим рекомендациям или нет, человек решает сам.

PYB: Неужели все такие глупые?

Чтобы их понять, нужно встать на их место. Андрей: Конечно нет. Где-то накопил или занял эти 500 тысяч на франшизу. Человек, может быть, только что уволился с работы, чтобы заняться бизнесом. Он будет открываться в лучшем месте из тех, которые найдёт. Он просто не может сидеть и ждать. Он неправильно оценит это место, у него будут какие-то завышенные ожидания.

Точка в Екатеринбурге

PYB: Так а в чём ваша ошибка-то заключалась?

Ты купил, получил документы и дальше do it yourself. Борис: При такой цене нужно было это подавать просто как бренд и инструкции — самые основные вещи. Мы же за эти 500 тысяч взяли на себя слишком большую ответственность, слишком много обещали. Может, ты прогоришь, но решай сам. Сейчас остались две точки по нашей франшизе. Но наши усилия при такой цене не приносили нужного результата. Одна — в Екатеринбурге, другая — в Воронеже.

Точка в Воронеже

PYB: Не думаете перезапустить эту историю с учётом всех ошибок?

То есть это было бы не 500 тысяч, из которых будут 100 наши, а уже 5 миллионов, из которых наши будут миллион-полтора. Борис: Наверное, было бы интересно заниматься франчайзингом покрупнее. То есть в итоге сразу всё дать человеку, чтобы он уже точно не мог ни на чём промотаться. И тогда мы сможем уже на место отправлять команду, которая там будет руководить, всё отстраивать и отлаживать. Как, например, KFC, которые сами всё готовят к старту, потом ты 3 месяца наблюдаешь, как это работает, и только тогда приступаешь сам.

Это как раз тот самый более крупный формат. Андрей: У нас сейчас есть идея заняться кофе-шопами. А пока — нет. Если мы до него всё же доберёмся, если это у нас заработает, и у нас появится такой хороший кейс, то в этом случае франчайзинг для нас снова интересен. Пока нам интереснее развивать собственную сеть.

Стратегия и тактика

PYB: Вы сейчас перешли в более глобальное, чисто стратегическое руководство, или приходится самим вмешиваться непосредственно в процесс?

Иногда и в мелкие задачи приходится вникать. Андрей: Всё, что касается показателей, таблиц и денег — это сейчас для нас самое сложное, и мы пока не можем это никому передать. Буквально на днях сам правил макет в «Кореле».

Наняли логистов, наладили обучение персонала. Борис: Мы стараемся по-максимуму автоматизировать процесс. Занимались только данными да нагоняи раздавали. В какой-то момент уже успели забыть, как это стоять самим на точке. Но иногда случаются «пожары».

У нас был срок, как полагается, 2 недели найти ему замену. Андрей: Да, вот недавно у нас увольнялся логист. Новому логисту всё объясняем, он неделю стажируется. Нашли. А логист нужен каждый день, без него никак! И вот старый увольняется 25 числа, а новый 26-го пишет, что не будет работать. Сели на машину и три дня с утра до вечера развозили сырьё и товары по точкам. И пока мы экстренно искали нового, занимались всем этим сами.

PYB: Есть мнение, что руководителям полезно время от времени работать «на низах».

За это время мы увидели, где и что можно оптимизировать. Борис: Соглашусь. Например, составили листы для логистов, в которых прописано как, где и что нужно брать. Сразу ввели несколько новых фишек. Чтобы всё это визуально было хорошо видно, и им не приходилось по нескольку раз на день кататься в одно и то же место что-то закупать.

Они могут их замечать, но не знают, как их исправить, и поэтому молчат. Андрей: Люди, которые не в своём бизнесе работают, а по найму, могут не говорить о каких-то проблемных местах. Тут нужно, наверное, какую-то мотивационную систему разрабатывать для персонала, но мы её пока не нашли. Если это твой бизнес, ты всегда больше заинтересован в том, чтобы находить такие моменты и исправлять их.

Сейчас мы всё переписываем, приводим в актуальное состояние. Мы глубже вникли в обучение сотрудников и выяснили, что у нас многие обучающие материалы устарели. То есть сейчас это основная у нас работа скорее не чисто стратегические решения принимать, а вовремя замечать проблемы и исправлять ситуацию.

Мы когда занялись пивом, надолго отвлеклись от кофе. Борис: Кстати, для нас это не сразу стало очевидным. Мы снова в это вникли, всё перетрясли, реорганизовали команду. Потом, когда с пивом закончили, оказалось, что в кофе выросло много проблем. Теперь держим руку всё время на пульсе. С кем нужно, попрощались, кого надо, приняли.

Пиво и покрепче

Как вы вообще в эту тему пришли? PYB: Раз уж мы заговорили о пиве, расскажите про «Стаут Маклауд».

У нас всё было хорошо. Андрей: Это было время, когда мы были как раз на пике. И мы подумали: «Давай ещё лучше сделаем». Даже слишком хорошо. Где-то полгода были в таком состоянии: обсуждали, ездили куда-то, смотрели какие-то бизнес-модели, наблюдали за разными сегментами. Просто скучно стало, и мы начали искать, чем бы заняться. И вот в 2016 году появилась идея с крафтовым пивом. Много чего перебрали, включая даже автомойки.

Но изначально речь шла совсем о другом формате. Это сейчас мы знаем, что у нас был пивной бар. Только про пиво. В плане инновационности и трендовости мы задумывали что-то типа того же «кофе с собой». Опять же, для Барнаула это был новый рынок, трендовый продукт — как раз эта тема дошла до нас из Москвы с опозданием, как обычно, в 3-4 года. Всё выглядело благоприятно.

«Вот, пацаны, у меня есть свой бар!» Но мы хотели сделать аутентичный магазин, в котором посетитель мог разглядывать, знакомиться с новыми напитками. Бар — это круто.

PYB: Да, помним, когда мы занимались брендингом этого проекта, речь шла именно о магазине.

Мы даже посадочные места сделали только ради того, чтобы подстраховаться и иметь возможность торговать вечером. Андрей: Да. (В Алтайском крае действует запрет на торговлю алкогольной продукцией в розничных магазинах с 21:00 до 9:00 по местному времени.)

Если у тебя магазин, то у тебя должны быть большие стеллажи с товаром, много света. Но мы поняли, что магазин у нас не получился. И ты делаешь его в густонаселённом районе, а не в историческом, как это сделали мы.

PYB: Почему это сразу было неочевидно?

Но не учли фактор хранения: пиво продукт с коротким сроком годности. Андрей: Рядом у нас была «Винотека», и мы подумали: «Они же работают». Вино может долго стоять на складе, а пиво — не более 6 месяцев.

И как «пивняк» тоже не заработало. В итоге как магазин это не заработало. Тогда мы пошли по этому пути. Но у нас стали собираться тусовки, и родилась другая гипотеза: а, может, мы сделаем всё таки бар?

PYB: Но вы ведь понимаете, что это место было успешным по крайней мере в том плане, что стало культовым в Барнауле?

Причём к нам ходил очень хороший народ. Андрей: Да, мы привлекали людей. У нас закатывалось много весёлых классных вечеринок. Это творческая интеллигенция, модная весёлая молодёжь, диджитал-специалисты. Но только это всё было не про деньги. Таких, на которых я сам мечтал когда-нибудь побывать, живя в городе Барнауле.

Мы много с кем познакомились, завязали даже деловые отношения. Борис: Да, нефинансовый профит был однозначно. Но этому нисколько бы не помешало, если бы мы здесь сразу вышли на правильные финансовые рельсы. Прям там родилось несколько диджитал-проектов.

PYB: Что помешало выйти на эти рельсы?

Если бы мы не метались между форматами и изначально решились делать именно бар, то он был бы больше, с кухней, с большим количеством посадочных мест. Андрей: Для разных заведении нужны разные подходы. Кроме того, у нас были проблемы с низкой наценкой. И самое главное — крепкий алкоголь. Долго не могли понять как это переварить. Мы вроде бы магазин, цены магазинные, но работаем как бар...

В баре ты покупаешь шот «Ягермейстера» и платишь за это 250 рублей. Очень скоро мы обнаружили, что эти модели крафтовых баров вообще непонятно как существуют. А там в шоте себестоимость рублей 50, остальное — наценка бара. Шот маленький, тебе хочется ещё — ты покупаешь ещё и ещё. А пиво? Тут схема извлечения прибыли понятна. Как на нём зарабатывать, если у тебя только 25 посадочных мест?

Это как раз примерно четыре пива. У нас средний чек был 1000 рублей. Потому что крафтовое пиво пьётся не так легко, как обычное разливное под чипсы. И пьёт человек на эту тысячу часов шесть. Поэтому мы логично пришли к выводу, что нужно получать лицензию на крепкий алкоголь. Люди зачастую начинали у нас вечер, заправлялись пивом, а потом шли в соседний ресторан пить виски или водку.

PYB: Но ведь вы потом и кухней стали заморачиваться.

Стали делать бургеры. Андрей: Да, мы к этом моменту уже твёрдо решили, что идём на барную историю. Но из-за «магазинных» метаний процесс переформатирования замедлился. Уже продумывали дополнительное помещение под цех, где что-то готовится. А тут вдруг мы бы сказали: «Стоп, теперь к нам нельзя со своей шаурмой, у нас есть своя еда, и она дороже». Ведь изначально кухни у нас не было, и мы призывали всех приходить к нам со своей едой. Но трудности нас не пугали, со временем всё бы устаканилось.

Площадь бы увеличилась в два раза. Мы уже продумывали, как присоединить к себе соседнее помещение. Но вдруг к нам пришли арендодатели и сказали, что здание идёт под снос. Мы бы там сцену поставили, добавили бы этот весь кипиш ирландского паба. Закатили вечеринку и закрылись. Мы как раз готовились отметить годовщину.

(Бар крафтового пива «Стаут Маклауд» открылся в декабре 2016 и закрылся в апреле 2018 года.)

И ведь когда мы начали идти в этом направлении, дела действительно пошли в гору. Борис: Уверен, мы бы переформатировали «Стаут Маклауд», дотянули бы его до правильных выхлопов. Но не сложилось.

Но это в итоге оказалось правильным решением, потому что лето — это не сезон для бара, да ещё и улицу эту перекрыли на реконструкцию. У нас, кстати, спрашивали, почему мы закрылись так рано, ведь можно было ещё полгода работать.

PYB: Самый главный вопрос: планируете ли возрождать «Стаут Маклауд»?

Уже несколько раз меня спрашивали, правда ли это. Борис: А слухи ходят, что мы уже открылись. Может быть, когда-нибудь, если мы найдём подходящее место и у нас будут для этого лишние деньги... Но, увы, нет.

Бар предполагает арт-дирекшн, постоянное внимание, большое количество сотрудников с нормальной зарплатой. Андрей: У бара должна быть своя душа. Хотя, если это будет не именно крафтовый бар, а просто классный бар, то такой проект вполне может выжить. Мне кажется, в Барнауле проект с таким количеством требований к себе не будет работать. Но сейчас для нас есть более понятные бизнес модели.

PYB: Много потеряли на этом?

И да, это было страшное падение для нас, с ударом об землю. Андрей: То, что мы туда потратили — это были немаленькие для нас деньги. Мы на ногах устояли, выдержали, приходим в себя. Но, как мы уже говорили, запас прочности у нас есть. Сейчас пока нечего сказать, но скоро публично о них объявим. И даже готовимся к новым проектам.

Регион или столица

Не было желания последовать такому совету? PYB: Есть мнение, что у Барнаула слишком маленький потенциал и для достижения успеха нужно переезжать в столицу.

Спустя 5 лет метаний по съёмным квартирам и всяческих лишений, при должном упорстве там можно устроиться на хорошую работу по найму и получать больше, чем зарабатывают бизнесмены в Барнауле. Андрей: Как показывает опыт наших друзей и знакомых, можно достичь успеха, уехав в Москву. Если устраивает такой вариант и нет ничего, что бы держало в Барнауле, то, конечно, надо ехать. Но о свободном времени можно забыть тогда. Но это не про бизнес.

Тебя там никто не знает, ты не знаешь местных правил игры. Ехать в Москву заниматься бизнесом — гораздо сложнее. Хотя, если честно, когда читаешь разные истории про то, как кто-то уехал далеко-далеко, и там у него всё сложилось просто замечательно, возникают мысли последовать этим примерам. Да и для старта нужно гораздо больше ресурсов. Но потенциал в наших краях мы видим, поэтому остаёмся, чтобы попытаться их реализовать. И, наверное, если бы мы не видели никаких перспектив здесь, мы бы искали способы это сделать.

Материал опубликован пользователем. Нажмите кнопку «Написать», чтобы поделиться мнением или рассказать о своём проекте.

Написать


Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан
Обязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Ещё Hi-Tech Интересное!

Основатель «Лиги ЖКХ» решил продавать другим управляющим компаниям систему управления домом с маркетплейсом для жителей

Основатель «Лиги ЖКХ» решил продавать другим управляющим компаниям систему управления домом с маркетплейсом для жителей — Сервисы на vc.ru Свежее Вакансии Написать Уведомлений пока нет Пишите хорошие статьи, комментируйте,и здесь станет не так пусто Войти Илья Сотонин хочет собрать данные ...

Магазин Asos в Twitter попросил не материться и быть вежливой девушку, которая в своём аккаунте радовалась скидкам

Магазин Asos в Twitter попросил не материться и быть вежливой девушку, которая в своём аккаунте радовалась скидкам — Маркетинг на vc.ru Свежее Вакансии Написать Уведомлений пока нет Пишите хорошие статьи, комментируйте,и здесь станет не так пусто Войти @golevka Здравствуйте, Полина. ...