Главная » Хабрахабр » Лень и переработки — про ИТ и промышленность Китая изнутри

Лень и переработки — про ИТ и промышленность Китая изнутри


Фотографии: Антон Арешин

ICU. Несколько дней назад на GitHub стал популярен китайский репозиторий 996. Само название отсылает к мему китайских разработчиков о своей работе: «С девяти до девяти шесть дней в неделю, а потом в реанимацию» (Work by '996', sick in ICU). Вместо кода в нем — жалобы на условия труда и незаконные переработки. Коммитить в репозиторий может кто угодно, если подтверждает свой рассказ скриншотами внутренних документов и переписок.

Почти сразу эти компании начали блокировать у себя доступ к 996. На случай обратил внимание The Verge и нашел внутри рассказы об условиях труда в крупнейших ИТ компаниях страны — Alibaba, Huawei, Tencent, Xiaomi и других. ICU, не отвечая на комментарии иностранных СМИ.

Ок, скоро им его заблокируют и сделают свой». Я не знаю, что может быть обыденнее этой новости — как и нашей реакции на нее: «Китайцы жалуются на Гитхабе? Мы привыкли, что о Китае только такое и пишут — блокировки, цензура, камеры, социальный рейтинг а-ля «Черное зеркало», гонения на уйгуров, адская эксплуатация, абсурдные скандалы с мемами про Винни-Пуха и так по кругу.

Гигантские компании, которые осуждают несвободу, готовы забывать свои принципы, лишь бы попасть на китайский рынок. Одновременно Китай обеспечивает весь мир товарами. Богатые китайцы рушат рынки недвижимости в Канаде и Новой Зеландии, скупая все за любые деньги. В Китае мощнейшая промышленность и ИТ-индустрия, там развивается космонавтика. Китайские фильмы и книги, которые попадают к нам — просто прекрасны.

В мире, где правда окончательно умерла под ножами точек зрения, понять весь контекст, что такое на самом деле Китай — кажется, уже невозможным. Это интересные противоречия (сочетания?). Даже и не надеясь разобраться, я поговорил с несколькими людьми, которые там давно живут и работают — просто чтобы добавить еще пару мнений в копилку.

Студент-фронтендер против говнокода

Артем Казаков живет в Китае шесть лет и занимается Frontend-разработкой. Он родом из Ангарска в Иркутской области. До 9-го класса Артем учился в школе с углубленным изучением английского языка, но в середине семестра резко решил сменить направление и перейти в политехнический лицей. Там к нему отнеслись с сомнением — брать человека из гуманитарной школы не хотели.

Уже через год он выиграл поездку в США по программе FLEX, пятым за всю историю лицея.

«В 2010-ых годах никого было не удивить знаниями английского, поэтому я поступил в Даляньский Педагогический Университет на курсы изучения китайского языка. Тягу к языкам Артем тоже перевернул с ног на голову — сменил естественные языки на языки программирования, а английский на китайский. Проучившись два года на курсах, я сдал экзамен HSK (по типу IELTS, TOEFL) на уровень, достаточный для поступления в университет на бакалавра», говорит он.

Параллельно он учится в Ангарском университете заочно и в июне он будет защищать сразу два диплома. После Даляня Артем переехал в Ухань, провинция Хубей, и поступил в Уханьский Университет — восьмой в рейтинге университетов Китая.

«В Китае категорически запрещено работать с учебной визой, но выживать надо», — рассказывает он, — «Я сам лично преподавал студентам TOEFL, IELTS на протяжении нескольких лет, как в Даляне, так и в Ухане. Артем живет в Китае по студенческой визе, и работать по ней — даже удаленно — не совсем легально. Если поймают один раз — штраф пять тысяч юаней с тебя и двадцать пять с работодателя. Есть вариант работать моделями, или барменами, но он более рискованный. Поэтому про мою работу удаленно никому тут знать не обязательно. Второй раз — депортация, и в некоторых случаях срок до пятнадцати дней и черная печать (нельзя въезжать в Китай пять лет). Но даже если и узнают — я не забираю деньги у китайцев, я не нарушаю закон, поэтому с этим проблем нет».

Там было много рутины, приходилось день за днем верстать HTML-страницы. На втором курсе университета Артем проходил практику в китайской ИТ компании. Он хотел набраться опыта, но быстро столкнулся с местными особенностями: «Китайцы работают по очень интересной схеме — приходит задача на проект, и они не пилят ее на мелкие части, не декомпозируют, а просто берутся и делают. Он рассказывает, что задачи были скучные, никакой магии на бэке, никаких новых решений на фронте. Часто были случаи, когда один и тот же модуль параллельно писали два разных разработчика».

И, кажется, местным разработчикам некогда изучать новое и передовое, чтобы стать ценными — вместо этого они как можно быстрее пишут на том, что есть: Вполне естественно, что в Китае огромная конкуренция за места.

Там много рабочей силы, и устаревшие решения, судя по JS. «Они делают некачественно, у них много говнокода, но каким-то магическим образом все работает, и это странно. Грубо говоря — выучили PHP, SQL, JS, и пишут на нем все, используя jQuery на фронте. Не видел, чтобы разрабы стремились узнать что-то новое. Но процесс этот был не быстрый». Благо пришел Эван Ю, и китайцы перешли на фронте на Vue.

«Там никто даже не слышал про ES6 в javascript. В 2018 году, после стажировки в одной компании, Артема позвали в другую — доработать мини-приложение в WeChat. Сам стиль написания кода заставлял волосы на голове вставать дыбом». Никто не знал ни об arrow functions, ни о диструктуризации. Но спустя времени те же самые исправленные им куски он снова находил испорченными. В обеих компаниях Артем проводил много времени над правкой кода предыдущего разработчика, и только когда приводил все в нормальный вид, приступал к своей первоначальной задаче.

Руководству я сказал — если они хотят, чтоб их приложение работало, как они задумали, им нужно довериться мне. «Я хоть и был не самым опытным, но принял решение перейти с code.aliyun на GitHub, начал сам ревьюить код и отправлять обратно разработчику на переделку, если мне что-то не нравилось. Китайские разработчики умные, но любят кодить так, как когда-то научились и к сожалению не стремятся учиться чему-то новому, а если и учатся, то очень трудно и долго». Техлид был крайне недоволен, но после первой недели работы все увидели прогресс, частоту выкладки кода с минимальным количеством минорных багов пользователям WeChat, и все были согласны продолжать.

Как и у нас, самыми ходовыми Артему показались Java и С-языки. В свою очередь, в бэкенде без сюрпризов. Зарплаты по его наблюдениям варьируются между высокой цифрой в РФ и средней в США, при том, что жить хорошо можно на средние московские сто тысяч рублей в месяц. И так же, как у нас, работать в ИТ — это быстрый и безрисковый способ попасть в средний класс. «Хорошие кадры тут ценятся, нужно только пробиваться, и держаться за место, иначе тебя заменят».

ICU, Артем подтверждает: «Стартапы, которые начинают приносить деньги, сидят над разработкой день и ночь. То, о чем разработчики жалуются в 996. Все это сделано для того, чтобы как можно больше сделать и быстрее закончить задуманное. Многие компании предоставляют офисы со спальными местами. Вечная переработка и долгие рабочие недели». Это довольно стандартно в Китае.

Менеджер производства против лени

«Говорить, что китайцы такие бедняги, перерабатывают… да нормально они себя чувствуют», считает Иван Сурков менеджер производства компании Tion в Китае, — «Мне кажется, рассказы, как китайцев гоняют на заводах в рабских условиях — это все сказки просто чтобы дискредитировать компании, для которых они производят. Я еще не видел ни одного предприятия, на котором бы был адский труд. Наверное, так кажется европейцам, которые всю жизнь прожили в городе, где все круто, чисто, дорожки камнем выложены — и тут они приезжают и видят, как люди торчат на заводе с утра до вечера».

Шесть лет назад он начал учить язык в школе для иностранцев при университете. Иван видит это уже несколько лет каждый день, но в Китай он приехал из Иванова — места, где точно не все круто и чисто. Он ходит на предприятия со своей документацией, и те берутся за производство. Сейчас Иван работает на российскую компанию, которая производит в Китае умные бризеры. И если я, читая о вечных переработках, представляю самоотверженное трудолюбие, то Иван говорит, что каждый день борется с китайской ленью. Иван скидывает заказы, следит за их исполнением, решает конфликтные ситуации, ездит к подрядчикам и заведует всем, что касается контрактного производства.

Ей надо просто спуститься на первый этаж, зайти в соседнее здание и сказать людям пару слов. «Например, я прихожу к менеджеру по работе с клиентами, которая должна со мной бегать по всему заводу. Блин, ты ничем не занимаешься сейчас, ты тупишь в монитор, подними задницу! Но начинается: «Да ну, сходи сам». И так все — чтобы заставить китайцев работать — их реально надо заставить. Нет, она лучше найдет другого человека. В редких случаях приходится даже давить, истерить, говорить, что не примешь товар, что они попадут на деньги. С ними можно договориться, но всегда нужно смотреть, чтобы тебя не обманули. Чтобы они зашевелились, надо постоянно воздействовать».

Люди говорят про лень и нежелание работать — но в том же месте в норме двенадцати-часовые дни и шестидневные рабочие недели. Такие вещи я слышал не впервые, и мне всегда казалось странным: с одной стороны небрежность, старые технологии, говнокод — но Китай за считанные годы заменяет целую Интернет-индустрию своей собственной и выпускает сервисы, которые выдерживают миллиарды пользователей. Иван считает, что никаких противоречий в этом нет:

Это просто количество времени, а не качество. «Да — они работают, но не усердно. И те часы оплачиваются уже по другому тарифу. Они работают восемь часов, а потом еще дополнительно четыре. У них есть вариант не приходить вечером, но деньги есть деньги. По сути, это добровольно-принудительно, и так работают все. Тем более, когда находишься в среде, где это нормально, то и для тебя это нормально.

Еще Генри Фордом придумано, как все должно работать. А скорость производства — это же конвейер. К тому же китайцы не боятся вкладывать деньги, они достаточно смелые в этом плане. И если у тебя персонал обучен, то вот и объемы. И если они вложили, то выжимают из них все, что можно».

Кому в Китае жить хорошо

Сейчас Иван живет в городе Шэньчжэнь — это место называют «китайской кремниевой долиной». Город молодой, ему около сорока лет, но за это время он развивался с бешеной скоростью. Сейчас в Шэньчжэне живет больше десяти миллионов человек. Город стоит на море, недавно к нему приделали два очень больших района от других провинций, которые раньше были полностью производственными, построили один из самых красивых аэропортов в Китае. Иван рассказывает, что его район активно обновляют, рушат старое, застраивают. Когда он туда приехал, вокруг была сплошная стройка, еще только забивали сваи. Уже через два года застройщики начали сдавать готовые квартиры.

Тут стоит завод Foxconn — это фабрика-гигант по сборке электроники, где среди прочих производится техника Apple. Почти вся китайская электроника (кроме, например, Lenovo) производится здесь. «Ты представляешь для них интерес только если заказываешь от миллиона мобильных телефонов в год. Иван рассказывал, как его знакомый ездил на этот завод, и его туда еле пустили. Это минимум — просто чтобы с ними поговорить».

При этом среди них мало предприятий полного цикла. В Китае почти все работает по схеме бизнес для бизнеса, и в Шеньчжене очень много больших и маленьких контрактных предприятий. То есть не как мы привыкли в России, где стоят никому не нужные предприятия полного цикла. «На одном делают электронику и компоненты, на втором льют пластик, потом на третьем что-то еще, на десятом собирают воедино. В современном мире так не работает», говорит Иван.

Все они, как и обычные машины с ДВС, в основном местные. В Шэньчжэне теплый климат, и в отличие от севера страны, там много электромобилей. Намного больше, чем представлено в России. «В Китае делают реально крутые тачки — Гили, BYD, Донфон — марок автомобилей реально много. Здесь, на востоке, который весь в производстве, если машина китайская, то она достойная. Шлак, который везут в Россию, мне кажется, здесь даже не продается, разве что где-нибудь на западе Китая. Хороший пластик, салон, кожаные сидения, вентилируемая попа и все что хочешь».

Тренажерный зал, бассейны, места покушать, огромные моллы, магазины. И Артем, и Иван говорят, что Китай намного удобнее для жизни, чем им казалось до приезда: «В КНР есть все, что может понадобится обычному русскому человеку. Прожив шесть лет в Китае я нашел всего несколько блюд китайской кухни, которые мне нравятся, да и те, отдаленно напоминают западную еду». На выходных выходим с друзьями гулять, в кино, иногда в бар, либо выезжаем на природу», говорит Артем, — «Вот только ожидание, что китайская еда вкусная — для меня это было фиаско.

Я уже шесть лет живу в Китае и только сейчас увидел, как человека кто-то запихивал в метро. «Многие вещи, которые мы знаем про Китай, очень сильно преувеличены», — говорит Иван, — «Здесь особо не ощущаешь перенаселенности. У нас по телевизору постоянно показывают эту херню, мол вот, в Китае это обыденность. До этого я жил в Пекине, был в метро и ни разу такого не встречал — хотя Пекин достаточно густонаселенный город. И это не такая жесть, как о ней говорят. А я увидел такое впервые за шесть лет, только в Шэньчжэне в час-пик! Полчаса и все — уже толпы не увидишь».

Свобода — это хорошо или плохо

Но во взглядах на пресловутые цензуру и свободы парни разошлись во взглядах. По наблюдениям Артема, социальный рейтинг просачивается во все уголки Китая. «Уже сейчас можно встретить людей, которые не могут купить билет на самолет, или поезд хорошего класса из-за низкого рейтинга. Поднять рейтинг можно многими способами. Есть приложение, в котором китайцы могут сдать своего соседа иностранца-нелегала и получить за это хорошее вознаграждение. Пару касаний экрана телефона и все. Готов поспорить, это тоже помогает рейтингу. Или же, китайцу достаточно просто подумать, что его сосед иностранец работает не по рабочей визе, и в скором времени приходит полиция с проверкой», говорит Артем.

«Люди сразу начинают сравнивать это с «Черным зеркалом», очень любят все мистифицировать, хотят видеть только плохое в любой попытке что-то упорядочить. Иван же ни разу не сталкивался с подобными случаями, и вообще с недовольством и негативом. А возможно, социальный рейтинг — неплохая штука», считает он.

Но я чую, что кардинально жизнь это не изменит. «Я думаю, сейчас все только тестируется, а когда пойдет в массы с законодательной поддержкой, там будет видно. По расхожему мнению, они любят обманывать только иностранцев — на самом деле и китайцев тоже. Просто в Китае очень много разного рода обманщиков. Но как она будет реализована в перспективе — это вопрос. Мне кажется, эта инициатива направлена, чтобы улучшить всем жизнь. Ножом можно и хлеб нарезать и человека убить».

Живя в Китае, он продолжает сидеть в русскоязычном интернете. При этом Иван сказал, что не пользуется местным сегментом интернета — разве что Baidu, местным аналогом Гугла, и только по работе. Артем пользуется, но считает, что китайский интернет — сплошная цензура.

В то время китайские активисты, например, АйВейВей выкладывали в Твиттер всю правду о жизни в Китае. «В больших масштабах она началась с 2014 года, когда запретили Гугл. Реальное количество погибших правительство скрывало. Был случай: в Китае произошло землетрясение, и так как на строительстве школ сэкономили, было очень много жертв.

Многие последовали его примеру, начали выкладывать истории в мировую сеть. АйВейВей был хайпером и создал программу — искал родителей всех жертв трагедии, чтобы рассказать миру о реальном положении вещей. Все это попало в поле зрения правительства, и оно начало блокировать Гугл, Твиттер, Фейсбук, Инстаграм и много сайтов, которые сейчас нужны мне для развития навыков Frontend-разработчика».

Как выглядит Китайский интернет

Я ожидал, что скорость интернета будет, как минимум такая же, как на Родине, но нет — интернет очень медленный. Плюс чтобы свободно ходить по любым сайтам нужен VPN.

В то время был очень популярен видеостриминг Джибо. Примерно с 2015 года в стране начали создаваться китайские аналоги зарубежных сервисов. Однако позже появился сервис – ДоуИн (Тик Ток), который до сих пор «качает». Туда выкладывали любой контент, он нравился китайцам, и там можно было заработать деньги. Так как большее кол-во китайцев не имеет доступа к зарубежным ресурсам, никто не подозревает о плагиате. Довольно часто контент копируют с зарубежных аналогов, и показывают в ДоуИн.

ТуДоу и ЙоуКу (аналоги Ютуба) не пользуются популярностью, так как эти сервисы государственные, там много цензуры — нет свободы творчества.

Это сразу и мессенджеры, и соцсети. В мессенджерах в Китае не запутаешься – есть WeChat и QQ. Вторая проблема — снова цензура. Были и другие попытки создать что-то подобное, но QQ и Wechat пользуется около 90% всего населения Китая. Оба приложения были созданы компанией Tencent. Все должно контролироваться.

В Вичате есть функции, которые позволяют оплачивать коммуналку, покупать билеты на самолет, поезд, да даже купить у китайской бабушки на улице, которой на вид 170 лет, помидоры, и заплатить ей с помощью WeChat. QQ больше подходит студентам, потому что это прекрасный файлообменник. Есть еще один сервис для проведения платежей – AliPay (Джифубао), и там точно также можно общаться с друзьями.

«Я считаю, Китайцам живется хорошо, хотя они все и ноют, что они такие несвободные», — говорит Иван, — «Думают, что оплот свободы есть где-то там на западе. Но всегда хорошо там, где нас нет. В интернете куча статей, что в Китае тоталитаризм и везде камеры. Но город с самым большим количеством камер — это Лондон. И говорить в таком ключе про Китай — чистой воды пропаганда.

Поэтому за обществом хорошо следят». При этом Иван согласен, что в Китае серьезная система безопасности: «Китайцы у руля понимают, что народу воли давать нельзя, иначе они так нагревать друг друга начнут, что устроят ад. Например электронные паспорта-карточки, платежные системы в мессенджерах, повсеместные QR-коды нужны именно для этого. А большинство технических нововведений, по мнению Ивана, нужны чтобы ускорить процессы в условиях страны с огромным населением.

В том круге, где я общаюсь — это и директора фирм, и обычные работники и офисные инженеры — у них все в порядке». «В принципе, в Китае к людям относятся по-человечески.

Процесс и бюрократия на пути к WeChat

Около года назад Додо пицца объявила, что запустить пиццерию без касс в Китае. Все платежи там должны проходить через WeChat, но оказалось осуществить это из-за пределов Китая оказалось очень сложно. В процессе много подводных камней, а основная документация существует только на китайском.

Но попадание их приложения в WeChat оказалось долгой историей. Так к своим двум дипломам Артем прибавил еще и удаленную работу на Додо.

Хостинг, домен и вперед. «Для того чтобы открыть сайт в России, тебе нужно просто открыть сайт. Допустим, надо создать интернет-магазин. В Китае все намного сложнее. Приходится искать китайского друга, чтобы он дал свою ID карту, ты прошел по ней регистрацию и купил сервер». Для этого нужно купить сервер, но сервер нельзя оформить на иностранца.

Первая — лицензия ICP. После покупки сервера, надо купить домен, но чтобы запустить сайт в работу, надо получить несколько лицензий. «Чтобы получить ICP для новой компании, особенно иностранной, нужно собрать кучу документов, и пройти несколько шагов на сайте правительства. Ее выдает министерство промышленности и информатизации КНР всем коммерческим сайтам в материковой части Китая. После получения ICP еще неделя уйдет на получение Public License Filling. Если все пойдет без проволочек, понадобится недели три. И добро пожаловать в Китай».

Tencent придумал мини-приложения для своего мессенджера, и они стали дико популярны в стране: «Я бы рад их с чем-то сравнить, но аналогов нет. Но если открытие сайтов отличается только бюрократией, то работа с WeChat абсолютно уникальна. Для них в WeChat придумали свой фреймворк, очень похожий по структуре в VueJS, создали свою IDE, работает тоже неплохо. По факту, это приложения внутри приложения. Из-за того, что поддерживаются не все методы объектов и массивов, фреймворк постоянно развивается». Сам фреймворк новый, и довольно мощный, и хоть есть свои ограничения, например, не поддерживается AXIOS.

Они так заполонили мессенджер, что Tencent поставил ограничения на размер кода. Из-за роста популярности, все разработчики стали клепать тонны одинаковых мини-аппов. Для мини-аппов — 2 МБ, для мини-игр — 5 МБ.

Иначе, ты даже не сможешь добавить в одной из многочисленных админок Вичата адрес API. «Для того, чтобы была возможность стучаться в API, нужно чтоб домен имел ICP и PLF. Это возможно, только если у вас развита логика, есть мозги, терпение, знания программирования (иначе даже не знаешь где искать), и, конечно же знание китайского языка. Там бюрократии так много, что порой казалось, я никогда не смогу пройти все инстанции, зарегистрировать все Витчат-админ кабинеты, получить все лицензии и доступы. Ограничений очень много, и такие самозамыкающиеся цепочки забавно наблюдать только со стороны. Большинство документации есть и на английском, но самые сливки — именно то, что нужно — есть только на китайском.

Разрабатывать, что-то в такой новой среде, и при этом быть одним из первых в этой области — это правда круто». Доделав все до конца, получаешь истинное удовольствие — с одной стороны ты победил систему, а с другой… просто разобрался во всех правилах.

Сцена после титров

На самом деле эта статья выросла из одного простого вопроса — правда ли в Китае не существует Винни-пуха. Оказалось, существует. Картинки, игрушки и встречается там и тут. Но когда мы с Иваном пытались нагуглить мемы про Си Цзиньпина, то ничего, кроме милых картинок, не нашли.


Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показан
Обязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Ещё Hi-Tech Интересное!

Мир! Труд! iOS! Да здравствует оффер за 1 день

Мы рады анонсировать hiring event для iOS-разработчиков в московском офисе FunCorp. Всё просто: участник присылает нам тестовое задание до 13 мая, затем мы объявляем результаты участников и приглашаем авторов лучших решений к нам в офис 24 мая (где, собственно, и ...

Wi-Fi 6: что у 802.11ax внутри

В данном случае антенна — это уже не просто «железка», а сочетание аппаратной части и алгоритма выбора конфигурации. Очевидно, что технология MU-MIMO 8×8 должна поддерживаться устройством, а эффективность формирования отдельных пространственных лучей зависит от используемых производителями решений, в частности, направленных ...