Хабрахабр

Корпоративный слон

— Так, что у нас? – спросил Евгений Викторович. – Светлана Владимировна, какая повестка? Я за время отпуска, наверное, сильно от дел отстал?

Основное вы знаете. — Не сказать, что прям сильно. Всё, как обычно. Сейчас всё по протоколу, коллеги делают короткие доклады о состоянии дел, задают друг другу вопросы, я ставлю поручения.

– широко улыбнулся собственник. — Серьезно? – А главную новость не будем обсуждать?

– как ни в чем не бывало, пожала плечами директор. — Зачем? Вы – в том числе. – Всё давно уже обсудили, все в курсе.

– Курчатов вскинул брови. — Как зачем? – Не, может я чего не понимаю, конечно, но за пятнадцать лет существования компании я не припомню, чтобы прибыль выросла за один месяц в полтора раза.

— Да я не это хотела сказать… — чуть сконфузилась Светлана Владимировна.

– собственник встал со стула и принялся расхаживать вдоль длинного стола переговорной. — А я – это! Ведь это колоссально! – Коллеги, успехи надо отмечать! Страна должна знать своих героев! Мы с вами на совещаниях обычно всякой ерунде кучу времени уделяем, а тут – такое событие!

– твердо сказала директор. — Евгений Викторович. Да, был успех. – В этом нет никакой необходимости. Но это не значит, что нужно устраивать праздники, петь дифирамбы, произносить речи и тому подобное. Да, все мы хорошо поработали. Если угодно, для этого есть корпоративы, или, в конце концов, кухня.

Потом загадочно улыбнулся, пожал плечами и вернулся на свое место. Курчатов немного опешил от такого напора, остановился и несколько секунд пристально смотрел на Светлану Владимировну.

– строго сказала директор. — Итак, коллеги. – Кто у нас сегодня ведет протокол?

— Вроде… — начала было Марина.

– неожиданно подняла руку Татьяна. — Можно я?

Глаза бегают, на лице красные пятна, руки дрожат. Вид у нее был странный. Светлана Владимировна, однако, лишь пожала плечами.

Можно? — Прежде чем начать совещание, я бы хотела задать вопрос. – Татьяна вопросительно посмотрела на директора.

– кивнула Светлана Владимировна. — Конечно.

– запинаясь, протараторила Татьяна. — Я тут, по долгу службы, изучала наше положение по мотивации, и обнаружила там интересный пункт. – Мы раньше им никогда не пользовались, и оттого, вероятно, многие о нем не знают.

– Это такая длинная скучная бумажка, которую при трудоустройстве дают прочитать и подписать? — Да кто его вообще читал-то… — вмешался Сергей.

– кивнула Татьяна. — Ну да. – А вам, Сергей, я бы рекомендовала помолчать.

– вступила директор. — Да, кстати. – Одно из правил совещаний – говорит только один.

– удивился Сергей. — А вы тогда чего?

— Чего я чего?

— Чего говорите?

– Я, как ты видишь… — Так, Сергей… — шумно выдохнула директор.

– улыбнулся директор по развитию. — Не в настроении, понял. – Затыкаюсь.

– чуть смущенно улыбнувшись, сказала директор. — Татьяна, прошу, продолжайте. – Что не так с положением?

Есть там пункт о премировании за внесение и реализацию предложений, увеличивающих значимые показатели компании. — Всё так, кроме одного. Формулировка там весьма пространная, но размер премии указан вполне конкретный – десять процентов от увеличения прибыли.

Всеми, кроме двоих – директор и собственник, казалось, ничуть не удивились. По переговорной пронесся шумный совместный выдох, синхронно исполненный всеми участниками совещания.

– строго сказала Светлана Владимировна. — Не знаю, как вы, Татьяна, а я в курсе этого пункта. И вообще, этот вопрос… – И мне странно слышать, что вы – по сути, разработчик и владелец этого процесса, увидели его впервые.

– опять затараторила Татьяна, словно боясь, что у нее отнимут слово. — Да, это серьезный промах с моей стороны. Ведь повод – самый подходящий. – Но сейчас, как мне кажется, сама судьба заставила меня перешерстить старые документы.

– прищурилась директор. — Повод?

Ведь мы в этом месяце получили колоссальный результат! — Ну конечно! Я, конечно, мало что понимаю в финансовых показателях, но всё равно понимаю – результат уникальный! Причем, именно по прибыли! И, главное, мы все точно знаем, чья это заслуга!

— Так погодите, разве… — начал было собственник.

– повысила голос Светлана Владимировна. — Стоп, коллеги! У меня сегодня дел – выше крыши, и участвовать в распевании дифирамбов я не намерена! – Кажется, я ясно дала понять, что мы не будем обсуждать этот вопрос?

– чуть ли не вскричала Татьяна. — Дело не в дифирамбах! Ну сами рассудите – кто еще будет заниматься улучшениями, особенно небольшими, если огромные, колоссальные, великолепные достижения будут оставаться без награды? – Такой результат нельзя оставлять без внимания и поощрения!

– директор стала говорить чуть медленнее, словно с ребенком. — Еще раз, Татьяна. Я говорю, что не хочу обсуждать этот вопрос сейчас, на этом совещании. – Я не говорю, что награды не будет. Так понятнее?

– Татьяна даже чуть притопнула ножкой. — Нет! Я знаю, как это бывает! – Не понятнее, Светлана Владимировна! Три гвоздя, спустить на тормозах, потом-потом, и никакой награды Сергей не получит!

Директор начала выходить из себя. По лицу собственника пробежала странная, немного хищная улыбка. Гнетущая пауза продолжалась несколько секунд. Остальные участники, молча немного испуганно переглядывались.

– переспросил собственник. — Сергей?

– отозвался тот. — Чего?

– продолжил Евгений Викторович. — Нет, я у Татьяны спросил. – Почему Сергей?

– вспыхнула Татьяна. — То есть как это почему Сергей? – Ведь это он всё придумал, реализовал и запустил, добился результата!

– собственник вдруг стал внимательным и сосредоточенным. — Погодите, а что именно он придумал, реализовал и запустил?

– Я ведь гуманитарий, а не программист. — Ну, я, если честно, не всё поняла из того, что он рассказал… — замялась Татьяна.

— Но вы ведь менеджер?

— Ну да…

— Или Сергей применил только технические решения?

Знаю лишь, что всё сделал Сергей! — Не знаю я, Евгений Викторович!

– неожиданно вступила в диалог Марина. — А чего он сделал-то? – СЭД запустил?

– Курчатов перевел внимание с Татьяны, чему та была очень рада и, наконец, смогла присесть. — Чего?

Задачи стали нормально выполняться, вот прибыль и выросла. — Ну СЭД, систему электронного документооборота.

— Ну Масяня-стерва-курва… — сокрушенно мотая головой, пробормотал Сергей.

– кивнула Марина, не обращая внимания на корпоративного клоуна. — Не, он, конечно, молодец. Ведь задачи-то мы выполняли. – Но премию, как мне кажется, должны получить все мы. Мы подняли дисциплину, мы следили за сроками, мы двигали компанию вперед.

– Давайте-таки обсудим! — А это интересно… — собственник не удержался, опять соскочил со стула и начал прохаживаться. Сергей и Светлана Владимировна выскажутся в конце. Друзья, прошу каждого объяснить, или попытаться объяснить, что же все-таки произошло в компании за этот месяц, откуда взялся такой огромный рост прибыли! Иначе никому премию не дам! Согласны? Марина, давайте с вас начнем, раз вы уже взяли слово.

Не каждый день приходится толкать речь, от которой зависит получение премии в несколько сотен тысяч рублей. Марина несколько секунд подумала, глядя в стол.

– начала, наконец, она. — Итак. Он взял готовые, настроенные, выверенные процессы, которые создала служба качества, и автоматизировал их контроль. – Я, как директор по качеству, прекрасно понимаю, что сделал Сергей. Более того, я неоднократно просила, требовала, можно сказать – умоляла Сергея автоматизировать документооборот, чтобы процессы можно было контролировать. Я бы сама это сделала, но, к сожалению, не обладаю компетенциями в автоматизации. Считаю, что обойти службу качества премией будет совершенно неверно. А сейчас получается интересная картина – Сергей выполнил, наконец, мою просьбу, и вдруг повысилась прибыль.

– собственник искренне хлопнул несколько раз в ладоши. — Отлично! Кто следующий? – Молодец, Марина!

– возмутилась Марина. — В смысле следующий? – Всё ведь ясно, и обсуждать больше нечего!

– Послушаем всех. — Погоди, мы ж договорились… — нахмурился собственник. Еще пять минут назад мы ничего не знали о том, что Сергей просто запустил СЭД по процессам, нарисованным тобой и твоими девочками. Как минимум тех, кто захочет высказаться.

Сложила руки на столе, и принялась вдумчиво разглядывать свой маникюр. Марина обиженно надула губы, но возражать не стала.

Татьяна? — Кто следующий?

– Татьяна снова соскочила со стула, вытянулась в струнку. — Я? Моего участия в этом точно не было, никаких задач мне не поступало, хотя в СЭД я тоже участвую. – Я, если честно, не очень понимаю, что именно сделал Сергей. Хотя, Сергей мне рассказывал, пытался объяснить, что именно сделал.

– спросил Курчатов. — А почему Сергей вам пытался объяснить?

А слушать – часть моей работы. — Ну… Мне так показалось, что ему очень хотелось кому-нибудь рассказать суть, принципы, методы, или что он там применял, но никто не слушал. Вот я и выслушала.

Полегчало ему? — И как?

— Ну, это врачебная тайна… — смущенно улыбнулась Татьяна.

– вступил Сергей. — Конечно помогло! Очень, кстати, рекомендую. – Татьяна сыграла роль уточки, или катализатора мышления.

– Курчатов подошел к Сергею сзади и положил руки на его плечи. — Что рекомендуешь? – Уточку или Татьяну?

– не смутившись, ответил Сергей. — И то, и другое. Ни в нашей конторе, ни в жизни. – Никто слушать не умеет. Да еще и бесплатно. Редко найдешь приличные уши, которые не будут пялиться в телефон, пока ты в них душу изливаешь.

– кивнул собственник. — Ладно. – Татьяна, расскажите, что вам удалось понять из слов Сергея.

Какая-то фундаментальная ошибка, что ли… Ну и теория ограничений, Сергей ее тоже применил, но про это я знаю – книжку читала. — Ну, я запомнила про какую-то картошку, айсберг, еще что-то… Не видя зла… А, видя деньги! Вроде всё.

— А как всё это связано с СЭД?

– Правда… Может, он все вот эти картошки и айсберги в СЭД автоматизировал? — Вот этого не знаю… — Татьяна снова начала краснеть, словно сдает экзамен.

– Последнее слово Марина произнесла медленно, по слогам. — Он автоматизировал ПРОЦЕССЫ! Как всегда, впрочем. – А картошки, морковки, какашки и дрейфующие льдины придумал, чтобы пыль в глаза пустить.

– загадочно улыбнулся Курчатов. — Спасибо, Татьяна. Закупки, может? – Кто еще хочет высказаться?

– спросила Светлана Владимировна. — А где Вася? – Почему директор по закупкам и логистике не присутствует на совещании?

– Кто за него? — Он мое поручение исполняет, прошу прощения… — ответил собственник.

– подняла руку молодая девушка, сидевшая в самом конце длинного стола. — Я. – Валентина, менеджер по закупкам.

– продолжал Курчатов. — Отлично, Валя! Участвовал ли в этом процессе отдел закупок? – Что, по твоему мнению, послужило причиной столь значительного роста прибыли?

– Говорил, что всё дело в нас. — Ну да, Вася нам объяснял… — неуверенно начала девушка. И срок поступления задачи на закуп к нам, кажется. Вроде бы Сергей немного подправил нашу систему, и мы теперь видим по каждому заказу поставщику сумму продажи.

– Вам вывели, получается, две колонки, или поля, или что там, и наша прибыль выросла вдвое? — Что-то не понял… — переспросил собственник.

– Что-то там с приоритетами, вроде бы. — Ну да… — Валя втянула голову в плечи. Вроде так. Как бы раньше мы просто видели, чего и сколько надо купить, а теперь программа нам показывает, или как там… Сортирует по сумме, за которую это будет продано. А, вспомнила! И мы эти приоритеты учитываем в работе – сначала заказываем то, что принесет больше прибыли. Мы его тоже в работе учитываем. Еще там какой-то процент Виллера появился!

— Процент Виллера?

А когда процент выше 95, надо прям руки в ноги, и хоть на рынке за свои покупать. — Ну да… Я не знаю, что это такое, но Вася сказал, что чем он выше, тем быстрее надо купить.

И, уточню, правильно ли я понял – успех был достигнут благодаря вашим усилиям? — Ладно, может Сергей потом пояснит… Спасибо, Валя!

Кажется, служба снабжения в нашей компании играет одну из ведущих ролей. — Ну не совсем… Я не знаю, Евгений Викторович. Одну проворонишь – и отгрузка не происходит. У нас ведь много кооперации, и оборудование сложное, в нем много деталей. Думаю, тут есть заслуга Сергея – он ведь автоматизировал. Получается, очень многое зависит от нас. Но делали всё мы.

– снова разразился аплодисментами собственник. — Шикарно! Кто еще? – Отлично! Что скажете, Владимир Николаевич? Продажи?

– Прирост прибыли объясняется одним простым фактом – продажи выросли. — Что сказать… – вальяжно развалившись на стуле, отозвался Горбунов. Затраты ведь не изменились?

– ответил Курчатов. — Насколько мне известно, нет.

– уверенно кивнул коммерческий директор. — Что и требовалось доказать. Мы, вся служба коммерческого директора, в этом месяце прекрасно поработали. – Продажи делают продавцы. Мы работали с клиентами, мы вытаскивали потребности, договаривались о переносе сроков, сорванных другими службами. Вам, скорее всего, не понять, насколько трудна жизнь настоящего менеджера, поэтому не буду долго объяснять. Так что, мы будем развивать свой успех – это был не разовый пик, работа будет продолжена. В результате нашей работы получено заказов больше, чем когда-либо.

– улыбнулся собственник. — То есть, результат – ваша заслуга?

– не улыбнулся в ответ Горбунов. — Конечно. Премировать должны ме… Мою службу. – Это настолько очевидно, что и обсуждать не стоит.

– на этот раз Курчатов обошелся без аплодисментов. — Отлично. Николай Сергеевич? – Производство?

– Вот вы все говорите – продажи, закупки, процессы какие-то… Друзья, мы работаем на производственном предприятии. — Если честно… — начал Панкратов. Мы продаем то, что производим! Производственном! Не произведем – не продадим. Произведем – продадим. Это же всем понятно?
Вопрос был обращен к собравшимся, но никакой реакции не последовало.

Да, нам помогало снабжение. — Вот видите… В этом месяце мы очень много собрали оборудования. Ну, возможно, сделали пару дополнительных звонков, понажимали на кнопкочки быстрее, чем всегда, а оборудование-то мы собирали. Но, положа руку на сердце, друзья – вы ведь просто выполнили свою работу, так? То оборудование, которое потом господа продавцы торжественно отгрузили, нажав несколько кнопок в компьютере. Тяжелое, железное, в масле и тосоле, своими собственными руками. Процентов на 90, не меньше. Так что, извините, если кого обидел, но заслуга – почти полностью наша. У меня всё.

– Какой-то у нас забавный клуб анонимных увеличителей прибыли получается… Здравствуйте, меня зовут Коля, я увеличил прибыль компании вдвое. — Мда… — собственник, почему-то, перестал улыбаться.

— Ну, меня и правда зовут Коля, и это именно я… — начал было Николай Сергеевич.

– опомнился Курчатов. — Блин, я ж не это имел в виду! – Николай Сергеевич, я просто…

– снисходительно улыбнулся начальник производства. — Да понял я. – В таких шутках всегда либо Коля, либо Вася.

– Светлана Владимировна, думаю, слово вам надо дать? — Ну, хорошо… — собственник вновь пошел вдоль стола, по ходу несколько раз оглянувшись на начальника производства.

— Я бы хотела… — начала было директор.

— Знаю, знаю, обсудить в другой раз, но я настаиваю.

– во взгляде Светланы Владимировны читалась мольба. — Это действительно необходимо?

Вопрос и так был нешуточный, а сейчас – так просто бомба! — Да. Ну и, в конце концов, премия в три миллиона рублей, которую надо выдать, мне здорово греет карман. Его нельзя оставлять в таком виде!

Остановил взгляд на Сергее, но тот в ответ улыбнулся настолько невинно, что директор смутилась, опустила глаза и, наконец, заговорила. Светлана Владимировна тяжело вздохнула, несколько секунд собиралась с мыслями, не спеша оглядела всех участников.

Каждая служба в этом месяце работала просто замечательно. — Коллеги, друзья… Вы все правы. Каждый работал на общий результат, на своем месте, в своем отделе, со своей командой. Все внесли вклад в общее дело. Но… И мы получили блестящий результат.

– не удержался Сергей, но никто на шутку не отреагировал. — Всё, что сказано до «но» — настоящее говно?

Вот Марина, например, говорит, что дело в СЭД. — Но… Вы не задумывались над вопросом, ПОЧЕМУ вы так работали в этом месяце? В него лишь внесены небольшие изменения – Сергей поправит, если я ошибаюсь. Так у нас был СЭД. Так ведь? Собственно, СЭД, как и документооборот вообще, у нас были всегда.

Марина медленно кивнула, после нескольких мгновений раздумий.

– Дальше, Марина сказала, что задачи начали выполнять лучше. — Ну вот… — продолжила директор. Тот же вопрос – почему?

– Не знаю… Ну, то есть, конкретно я начала, потому что вы, Светлана Владимировна, стали каждый день мне о них напоминать. — Потому что… — начала было Марина. Ну а я, соответственно, дальше всё это транслировала.

Почему вдруг вы начали следовать приоритетам закупа, которые дает вам программа? — Валентина, а вы? Тем более, что вы не понимаете их значения. Мало ли, какие там проценты Виллера, Шмиллера или еще кого выведены программистом? Что изменилось? Раньше вы игнорировали любые доработки, которые сами не заказывали.

— Ну, нам Вася сказал… — смутилась Валя.

Кроме того, что надо делать вот так и вот так. — А что еще Вася сказал?

— Говорил, что эта работа у вас на личном контроле, и вы каждый день его… Как там…

Ну, я ему так сказала – дрючить буду каждый день. — Дрючу. Спасибо Сергею за пополнение словарного запаса.

— Ну да, как-то так Вася и выразился.

Откройте и посмотрите любой показатель в CRM – в этом месяце вы только и делали, что обрабатывали входящие заявки и организовывали отгрузку. — Про вас, Владимир Николаевич, я вообще промолчу. Продажи выросли, потому что было что продавать. Всё. Вы даже в командировки не ездили в этом месяце – отгружали, некогда было. Входящий поток заявок вырос, потому что клиенты, наконец, получили то, что заказывали черт знает когда.

— Светлана Владимировна, вы меня, конечно, извините, но… — начал Горбунов.

— Откроем и посмотрим CRM?

Остальные участники совещания, по большей части, сделали вид, что речь вообще не о них. Горбунов набычился и замолчал. Кроме Татьяны, которая с интересом и легким испугом наблюдала за развитием необычной ситуации.

– подытожила директор. — Так вот, коллеги. Но успех был достигнут, прошу прощения, моими силами. – Повторю: вы все – молодцы. Пахала, как раб на галерах. Я весь месяц только и делала, что подпинывала, упрашивала, напоминала, вдохновляла, заставляла, требовала, билась в истерике, давила на жалость, а иногда – и сама выполняла за вас задачи. Понимаете? И всё ради одной цели – чтобы вы, коллеги, просто начали нормально выполнять свои обязанности.

Светлана Владимировна обвела взглядом собравшихся, но понимания никто не высказал.

Бывает, что человек хорошо, эффективно работает, но если приложить усилия, то его показатели еще вырастут. — Всё вы понимаете… Грубо говоря, вы просто вышли в ноль. Из рук вон плохо. А вы работали плохо. А я вас до поверхности земли дотянула, снизу. Ниже нуля. Так что вопрос о премии, которую вы тут активно делите, преждевременный. Теперь, даст Бог, прорастать начнете, как газон. Евгений Викторович, правда, настоял – и я не уверена, что он не жалеет о своем решении. О чем я и сказала в самом начале совещания.

– чуть ли вскричал собственник. — Ни в коем случае! Я, знаете ли, притчу вспомнил про слона и трех слепцов. – Разговор получился шикарнейший! Знаете?

Но еще все знали, что лучше сказать, что не знают, когда собственник что-то хочет рассказать. Все знали притчу. Поэтому все дружно покачали головами.

Трех слепцов подвели к слону, и те наощупь попытались определить, что это. — Да там просто всё. Другой ощупал ногу и решил, что это – дерево. Один ощупал хобот, и решил, что это – змея. Слона не распознал никто, но каждый был уверен в своем выводе, и готов был отстаивать свою правоту. А третий, кажется, потрогал ухо и решил, что это опахало. И вы так же.
Спорить смысла не было, поэтому тишина не нарушалась.

Любой, включая меня, был бы рад получить такую премию. — Хотя, мотив понятен – три миллиона рублей. Для некоторых из вас это – доход года за два! Да что там рад! Однако, коллеги, я хочу увидеть слона. Даже если мы решим поделить эти деньги на всех, получится весьма приличная сумма, ради которой можно, извините, и приврать о своих заслугах.

– И вы уже всех опросили, нужен вердикт. — Евгений Викторович, раз уж такой разговор зашел… — вступила директор. Кому достанется премия?

— А какая разница?

— То есть как…

Я все равно эти три миллиона отдам. — Ах да, неверно выразился… Мне-то какая разница, кому достанется премия? Я не трачу деньги просто так. Единственное, что меня беспокоит… Я ведь, простите, бизнесмен. Я делаю инвестиции.

– изумилась директор. — В смысле? Открыть с кем-то из нас совместный бизнес? – Вы хотите эти деньги куда-то вложить?

Нет… Хотя, мысль интересная. — Чего? Я смотрю дальше, вперед. Нет, Светлана Владимировна, я не об этом. Но у меня есть подозрение, что это – не всё, на что способен слон. Увеличение месячной прибыли на 30 миллионов рублей – это, конечно, прекрасный результат. Это билет на следующий сеанс. И моя инвестиция – это не плата за достигнутый результат. Так понятнее? Чтобы увидеть следующего слона.

— С языка сняли, блин… — пробурчал Сергей.

— Что, Сергей?

— Да я примерно то же хотел сказать, а теперь уже поздно.

— Ну так скажи.

— Нет, не буду.

— Начинается… — злобно цыкнула Марина и отвернулась в сторону.

– строго сказал собственник. — Сергей, давай без детского сада.

Ну, без обид. — Да вы, ребята, я прошу прощения, тупые, как пробки. Ну ведь ежу понятно, что лучшее, на что можно рассчитывать – это по три сотни на рыло. Не видите дальше своего носа, делите какую-то жалкую премию. Ну, разве что Валю, так она только шоколадку от Васи получит. Кого из вас они спасут? Слон главное, слон! А слона не видите. Ни кусочек, ни целиком. Вот мне на хрен эти деньги не нужны, если честно. Знаете, почему?

– ухмыльнулась Марина. — Потому что ты – тупой придурок?

Ну вот сама подумай… Никто из вас даже близко не понял, как, почему такое получилось. — Нет, потому что слон стоит в разы дороже! Ровно те, которые до вас докатились. Вы просто увидели какие-то, небольшие изменения. Маринка если знает процессы, то увидела процессы. И только те, которые как-то уложились в вашу картину мира. Ну, с процентом Виллера еще. Снабженцы если привыкли с таблицей дефицитов работать, то ее и увидели, только отсортированную.

– вмешался Курчатов. — Кстати, что за Виллер? – Я прошу прощения, правда интересно.

– В фильме «Игры разума» так называлась лаборатория, в которую пошел работать Джон Нэш. — Понятия не имею… — пожал плечами Сергей. Надо было как-то колонку в таблице назвать, чтоб коротко и ёмко, я и назвал.

— Это как блестящая красота?

Без названия сложно ориентироваться. — Да, как блестящая красота. Вы, друзья, ни черта не поняли, почему случился успех. Но мы отвлеклись. По двум причинам. Что важно: вы и не поймете. Вторая – один хрен не поймете, потому что вам это не интересно. Первая – даже пробовать не будете, вам три стофеля важнее. Кто угадает? А что тут самое главное, чего вы не видите, не понимаете и никогда не получите?

– не унималась Марина. — Сам угадывай свою хрень. А у меня ипотека. – Не хочешь премии – дело твое. Давай мне свою долю тогда, раз ты у нас тут такой умный.

– вмешался собственник. — Марина, давайте поконструктивнее. Что ты тут считаешь самым главным? – Сергей, прошу без загадок.

Навык. — Воспроизведение. Всё ведь просто. Компетенция. Значит, этот слон умеет приносить дополнительную прибыль. Есть некий слон – неважно, человек это, методика, подход или философия – который принес дополнительные 30 лямов прибыли. Ну, вы понимаете – не те же 30 лямов, а еще, сверху, допустим, 20, или 50. Не исключено, что он сможет принести больше прибыли. Хороший такой, правильный слон. Или те же 30, но в другом бизнесе. Сколько он, по-вашему, стоит?

– ответил Курчатов. — Затрудняюсь ответить, но вопрос ведь не про конкретную цифру? – Ты имеешь в виду, что слон стоит больше, чем 30 миллионов?

— Да.

– кивнул собственник. — Ну, это очевидно.

Поэтому вы и готовы инвестировать в этого слона три миллиона. — Вам очевидно. Да и не теряете особо ничего – вы ж просто реинвестируете полученную от слона прибыль. Понимаете, что отдача может быть колоссальной. Вообще. А коллеги, увы, этого не понимают. Их только три сотки интересуют.

– мягко сказал Курчатов. — Сергей. Но давай-ка попроще немного, ок? – Я понимаю, о чем ты говоришь. Помнишь же, про синицу и аиста? Приоритеты в жизни каждый сам для себя расставляет. И не тебе решать, хорошо это, или плохо.

Просто, раз зашел такой разговор – который, кстати, не я инициировал. — Так я и не собирался решать. И не собирался. Я вообще эту тему ни с кем не обсуждал, кроме Татьяны. Первого обсуждал, второго не буду.

А где первый слон? — В смысле?

— Проект по складу помните?

Отличный был проект. — Ну да, конечно.

Почему всё получилось? — Вы поняли, как он работает?

– опять вмешалась Марина. — Да ты штрихкоды просто наляпал на бумажки, автоматизировал их сканирование, вот всё и получилось. – Ясно ведь, как божий день.

Совсем не в этом дело. — Блин, Марина, ты щупаешь… Не буду произносить, какого органа слона ты сейчас коснулась. Штрихкоды, так штрихкоды. Ты увидела только то, что способна была понять.

– спросил Курчатов. — А в чем было дело?

Просто вы не запомнили. — А я вам рассказывал. Хотя, вроде, тогда поняли.

Обещаю быть более внимательным. — Ну так расскажи про этого, второго слона, я опять пойму. И про первого еще раз расскажи, мне теперь очень интересно – посмотреть по-новому, увидеть взаимосвязи, основу, концепции.

– пожал плечами Сергей. — Теперь-то конечно вам интересно. Пусть будет загадка. – Только мне уже не интересно. А даже если бы слушали, толку-то? Когда я рассказывал, меня не слушали. Вы ведь не программисты.

— Опять ты про программистов…

Так вы суть профессии не понимаете, поэтому не видите слонов, не умеете их создавать и, главное, воспроизводить. — Ну да. Вы – так сказать, люди дела. Программист – он ведь чем занимается? Точнее не так: ваша цель – только результат. Ваша цель – результат. Инструмент, который можно использовать повторно. А моя, программиста, цель – инструмент, дающий результат. Слон, короче. Инструмент, который можно встраивать в другие инструменты. А вас, людей дела, интересует только эта куча. Который может навалить большую кучу… Прибыли.

– продолжал Сергей. — Но у вас нет слона. Поэтому вы, прошу прощения, снимаете штаны, присаживаетесь и пытаетесь навалить эту кучу сами. – А кучу навалить надо. Сюда добавьте все эти красивые фразы о том, что вам некогда точить пилу, надо лес валить. Нанимаете сотрудников, да побольше, раздуваете штаты своих отделов, чтобы все вместе, дружно, плечом к плечу сидеть и производить результат. У меня – слон. Вот и результат. Вы сейчас пытаетесь эту кучу поделить. У вас – куча, которую мой слон навалил. Мне интересен следующий слон. Мне эта куча не интересна вообще. Форк слона.

Форк? — Чего? – Вилка? – переспросил собственник.

Так называют копию программы, связанную с источником. — Ну да. Может влиять на источник – если тот разрешит. Создается для модификации под новые условия. Но об этом никто не знает, кроме меня. Вот этот наш слон на 30 лямов – это форк того слона, который порядок на складе навел. Я уже умею создавать слонов и, более того, наследовать их свойства и методы. То есть, грубо говоря, я свою стратегию уже реализую. Наслаждайтесь. А вам – вот, кучка. Делите.

Внезапно открылась дверь, и ввалился Вася.

– громко говорил он, пробираясь вдоль стульев. — Друзья, извините. Директор подняла с пола сумку, сунула туда руку, но, видимо, что-то пошло не так, потому что с улицы раздалось противное завывание сирены автомобильной сигнализации. – Дело срочное было!
Дошел до Светланы Владимировны, сунул ей что-то в руку, едва слышно что-то пробормотал на ухо и присел на свободный стул.

Первой не выдержала Марина – встала, подошла к окну и уставилась на источник шума. Светлана Владимировна вдруг начала краснеть, судорожно порылась в сумке, достала ключ от автомобиля, начала тыкать во все кнопки подряд, но завывание не прекращалось.

– сказала она. — Прикольно. Красненький. – Новенький GLC без номеров. Мне нравится. Ваш, что ли, Светлана Владимировна? Эх… Дорогой только, три с лишним миллиона, недавно смотрела.

Теги
Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть