Hi-Tech

Галина Тимченко, Meduza: «Валюта рынка медиа — внимание и время читателя, а главный враг — его апатия»

С Галиной беседует Максим Спиридонов — автор одноимённого YouTube-канала и генеральный директор образовательного холдинга «Нетология-групп».

В закладки

О превращении из редактора в генерального директора

Это такой своего рода дозорный на стене: «Ну они не пройдут, и всё». Главный редактор — очень однозначная должность. Ты стоишь и ограждаешь мир принципов и журналистики от всех посягательств, какие только есть.

Становишься гораздо более гибким, неоднозначным, готовым к компромиссу. А вот когда ты становишься владельцем и предпринимателем, то понимаешь, какое количество усилий и узлов нужно связать, но не разрубить, чтобы всё сработало.

О Meduza в одном предложении

Meduza — это почитать, послушать, посмотреть, поиграть.

О направлении newsgaming

Когда ещё с нами был Илья Красильщик, мы втроём (Илья, Иван Колпаков и я) сели и поняли, что валюта нашего рынка — внимание и время читателя, а главный враг — его апатия.

Таких игр было много. Решили сделать то, что во всём мире называется newsgaming — на основе реальных новостных событий делали игры. Например, мы сделали игру, когда только-только РПЦ пыталась запретить концерты, — «Помоги священнику найти дорогу к храму».

Из храма начинают выбегать священники, и ты должен делать тэп, чтобы он вернулся обратно в храм. В центре храм, вокруг школа, музей, кино, театр, концертный зал. Получалось, что вы помогли 26 священникам найти дорогу к храму. Как только священник добежал до музея, ты проиграл. Очень нежно, но это собрало огромное количество людей.

О нативной рекламе в России и США

Американский опыт нативной рекламы в наших условиях не работает, потому что, как я всегда говорю: «Мы все Мэри Поппинс — лучшая няня за самые маленькие деньги».

Мы не можем себе этого позволить, поэтому приходится переворачиваться в воздухе. То есть американцы вкладывают очень много денег в производство «нативки». Вот это примерно то, что мы делаем сейчас. Как говорил наш директор по развитию: «У тебя есть одна голая женщина и пять трусов — как надеть пять трусов на голую женщину, чтобы она не казалась голой?».

О лучших примерах нативной рекламы

У T-Brand Studio (T-Brand Studio — подразделение The New York Times, отвечающее за направление нативной рекламы, — vc.ru) меня совершенно потрясла реклама.

Кейли Балентайн рассказывала, что к ним пришёл какой-то крупный фармацевтический концерн: «Нам нужно лекарство от бессонницы прорекламировать».

И они нашли человека, который не спит почти 11 лет. NYT и лекарство от бессонницы — что тут придумаешь? Они сняли короткий документальный, но высокохудожественный фильм, где он просто очень коротко рассказывает о своём дне. Он исландский рыбак и спит по 30–40 минут несколько раз в течение дня, у него постоянная бессонница. Очень мощное высказывание.

О кризисе в медиа

Другое дело, что нынешним рекламным агентствам ситуация в медиа очень выгодна: можно сидеть на попе ровно и ничего не делать — продавать «медийку» по понятным схемам, получать комиссии и суперкомиссии и жить припеваючи. Мне не кажется, что в медиа денег стало сильно меньше.

Рекламные агентства, которые основной кусок пирога делят, живут отлично, только медиа достается всё меньше и меньше, понимаете?

Об изменениях в отрасли

Раньше весь медийный бизнес строился очень просто: у тебя есть вот такая аудитория, она генерит такое количество просмотров, значит, вот такое количество баннеров ты можешь открутить, а у этих баннеров есть такой-то CTR, и ты получишь такие-то денежки.

Теперь же никто так считать не может, потому что десктоп и баннеры, мобильная версия — это всего лишь платформы, на которых существуют медиа. Любой бизнес-план в любом интернет-медиа считался от аудитории.

Приходит к тебе рекламодатель, а ты говоришь: «У меня на десктопе вот столько, в мобильной версии вот столько, в приложении столько, в Facebook столько». Никакой конверсии с соцсетей теперь нет. Мы выходим на 12 платформах, и мне теперь нужно считать 12 платформ.

О роли медиа

То есть это один из столпов государства, общества, чего угодно. Медиа — это институциональная вещь, да? Но это институциональная организация. У меня есть такая очень пафосная фраза, которой я стесняюсь, но которую всё равно говорю: «Медиа должны напоминать власти о долге, а обществу — об идеалах».

Так вот, если другие институты не работают, если независимый суд не работает или если не работают другие ветви власти, законодательная или исполнительная власть хромает, то это не значит, что медиа не должны делать свою работу.

Когда в конце статьи пишется: «Прошу считать это обращением в прокуратуру» — у меня волосы дыбом встают. Мне кажется, наоборот, очень опасным, когда медиа подменяют собой другие институты.

О негативной повестке

Кто заступится за людей, которые живут в психоневрологических интернатах? Мы даём голос тем, у кого нет голоса. Ну как нет? Кто заступится за медсестёр и санитарок, которых переводят в уборщицы в связи с реформой здравоохранения? Это нужно делать.

Только не нужно меня беспокоить, не терзайте мои уши и глаза, но ведь даже прочесть серьёзную книгу — это серьёзное усилие. Мне вообще не нравится, что мы в последнее время, особенно в Москве, погрузились в эту идеологию комфорта. Автор писал, но вообще-то нужно немножко напрячься и вложиться туда.

В какой-то момент просыпаешься с «берлинской стеной» — придётся, хочется или не хочется. Точно так же: если ты не думаешь о политике, то политика начинает думать о тебе.

О читателях и будущем

Мне кажется, что в знак уважения к читателям (теперь уже буду говорить, пользователям, потребителям рекламы) следует дать им максимально возможное количество информации и возможностей для взаимодействия с моим проектом, чтобы они потом сами делали выводы.

Есть задача сделать так, чтобы они ходили за новостями на Meduza, утро начинали с Мeduza и чашкой кофе, чтобы наши пуши их не раздражали в телефоне, хотя они дико бесят, чтобы они открывали эти пуши и интересовались тем, что пишем мы. Хотят они, не хотят, будут, не будут, у меня нет задачи восполнить пробел в их образовании.

У меня нет задачи изменить мир — есть задача сделать своё медиа качественным и успешным.

Подробнее об Иване Голунове, кризисе на рынке медиа, роли государства и взаимодействии с ним — в полной версии интервью.

#максимспиридонов

Материал опубликован пользователем. Нажмите кнопку «Написать», чтобы поделиться мнением или рассказать о своём проекте.

Написать

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть