Hi-Tech

«Если мы объединимся с “Яндексом”, то “Сберу” мало не покажется»: главное из разговора Тинькова, Воложа и Мордашова

Главы «Яндекса», «Тинькофф» и «Северстали» обсудили будущее людей, компаний и предпринимателей.

В закладки

Аудио

Модератором выступил Александр Сухаревски, управляющий партнёр McKinsey Digital. 7 июня на Петербургском международном экономическом форуме состоялась сессия «Технологии в масштабе: игра на опережение».

В сессии приняли участие:

  • Аркадий Волож, сооснователь и генеральный директор группы компаний «Яндекс».
  • Алексей Мордашов, председатель совета директоров «Северстали».
  • Олег Тиньков, председатель совета директоров «Тинькофф банка».

Они поделились идеями о развитии технологий и профессий, рассказали о проблемах с кадрами и российским инвестиционным рынком, а также обсудили возможность объединения «Яндекса» и «Тинькофф».

Про искусственный интеллект

По мнению главы «Яндекса» Аркадия Воложа, ИИ не изменит человеческие функции — это лишь ещё одна индустриальная революция, которая призвана оптимизировать рутинные задачи человека, как это было с паровыми машинами и электричеством.

Не меньше и не больше, человек остаётся, ИИ не меняет самого человека, он забирает на себя рутинные функции так же, как и какой-нибудь экскаватор. Главное не меняется: искусственный интеллект — это просто ещё одна индустриальная революция.

Но человеческие функции ИИ не собирается менять. Экскаватором лучше копать, чем лопатой, на поезде быстрее, чем на лошади или пешком, так и с ИИ — что-то рутинное становится гораздо эффективнее, когда делает машина, а не человек.

Аркадий Волож

О профессиях будущего и проблемах с поиском кадров

Это не рутинная вещь, и она трудно заменяемая». Аркадий Волож считает, что несмотря на технические революции, всегда будут важны человеческие профессии, те, что связаны с общением людей: «Это всегда будет дорого, бутиково, важно.

Рутинные же работы легко убрать, так как они «производят много данных, а всё, что производит много данных, легко автоматизируется».

Уйдут рутинные и посреднические (создающие дополнительную неэффективность) профессии. Автоматизируется всё вплоть до вождения автомобиля. То, что производится, — ценно. Профессии, которые создают что-то новое, они, наоборот, будут всё больше в цене. Всё, что посередине, — должно выравниваться и уходить.
Всё, что близко к потребителю, — ценно.

Аркадий Волож

Мордашов обратил внимание, что факторами успеха человека всё больше становятся навыки, не привязанные к конкретной профессии.

Это фактор колоссального значения. Возрастает значимость soft skills — способности вычленять главное и второстепенное, разбирать задачи, анализировать причины и следствия, работать с людьми. Нужны открытость мышления, способность воспринимать новые идеи и правду.

Мы проверяем способности людей, исходя из того, насколько они запомнили какую-то страницу в учебнике и смогли её повторить преподавателю и аккуратно переписать.
В целом то, как нас учат в школах и университетах, — архаично и невостребованно.

Алексей Мордашов

По его мнению, изменения в образовании — «самое важное и фундаментальное», что должно произойти, но про это «слишком мало говорится». Советское образование, которое «было востребовано и раньше работало», теперь не работает, а люди не понимают, насколько это важно, считает Олег Тиньков.

По мнению Тинькова, на креативе «выросла вся Америка», и это причина, по которой США «доминирует над Китаем». Проблема с поиском кадров в «Тинькофф» — не поиск разработчиков, а лидеров и людей с креативным мышлением.

Потому что «Яндекс», «Северсталь», Mail.ru Group и мы конкурируем за людей. Очевидно, что сейчас такие специальности, как разработчик, аналитик, — переоценены. Это действительно перегретый рынок, и проблема образования имеет место.

Это, кстати, инженеры. Я считаю, что в ближайшее время будет дефицит кадров, связанных с креативным мышлением. Советского понятия «инженер» почти не стало, все хотят быть либо разработчиками, либо директорами по маркетингу, либо, не знаю, юристами.

Придумывать — это креативная профессия. А вот инженер — самое дефицитное.

Мы сталкиваемся с проблемой поиска людей: у нас нет проблем с разработчиками и аналитиками, но все эти ребята скучные, все нерды, а где нужно хоть чуть-чуть креатива добавить, маркетинга, лидерства, харизмы — вот тут начинается полный провал. Ещё очень мало лидеров.

К сожалению, дефицит в ближайшее время будет именно среди таких людей. Все физтехи, мехматы и МГУ уже в этом плавают. Это то, на чём выросла вся Америка. Потому что креатив — это то, что даёт добавленную стоимость.

Китай при всей его мощи и структурности второстепенен по отношению к США, потому что нет в Китае такого креатива, свободы мысли, нету амбиций. На мой взгляд, весь креатив сосредоточен там, на западном побережье (в США). Разработчиков, бройлеров уже становится достаточно. Американская мечта победить — вот куда нам нужно двигаться.

Олег Тиньков

Про цитату Ильи Сегаловича о прогрессе и разработках «Яндекса»

Работать всё равно ничего не будет». Во время разговора Воложа попросили ответить, что имел ввиду Илья Сегалович (второй сооснователь «Яндекса», который умер в 2013 году) фразой «Прогресс неостановим.

Ваш телефон тяжёлый и дорогой, ваш голос в “Алисе” какой-то корявый, и ваш беспилотник ездит, но не везде». Имелась в виду простая вещь — всё время происходят какие-то потрясающие изменения, которые меняют весь мир, но первая реакция у людей: «Фу, подумаешь, ничего не работает.

И потом наступает период, когда мы перестаём всё это замечать, когда всё это становится частью жизни, как телефон, как когда-нибудь станет беспилотник, и прогресс уйдёт вглубь и перестанет быть заметным.

Аркадий Волож

Про объединение «Тинькофф» с «Яндексом»

По его словам, «человек не может покупать продукты, пользоваться подписками и сервисами, не платя деньги». Во время разговора о российских и иностранных экосистемах Олег Тиньков предложил обратить внимание на китайские экосистемы, чей успех основан на том, что в каждой системе внутри есть банк.

И так как у «Яндекса» нет своего банка, Тиньков предложил объединиться, потому что в таком случае капитализация компании «сразу достигнет $20 млрд», а «Сбербанку» «мало не покажется».

Мы знаем, что в США две системы — Google и Facebook, в Китае два Ма соревнуются — Alipay, WeChat Pay, ещё Baidu. Мы должны посмотреть на модели США и Китая. Третья — это мы. А в России у нас много про экосистемы заявляют, но реально, на мой взгляд, экосистему смогут сделать три игрока — это Mail.ru Group с «Газпромбанком» и «Мегафоном», «Яндекс», и тут самое интересное. И есть «Сбербанк».

Вопрос с «Яндексом»: он с Тиньковым или «Сбербанком»? У Mail.ru Group как будто бы этот банк есть, там всё понятно.

Потому что самые талантливые люди работают в этих двух компаниях. Я считаю, что если мы объединимся с «Яндексом», в самом широком смысле, то там и «Сберу» мало не покажется, и капитализация такой компании сразу будет более $20 млрд.

Давайте объединяться, если, конечно, вам это позволит золотая акция «Сбербанка».

Олег Тиньков

«И я буду, и ты будешь!», — ответил основатель «Тинькофф». В ответ на это Волож пообещал обсудить предложение и поинтересовался, будет ли Тиньков работать в такой компании.

Он заявил, что компания «обсуждает самые разные пути корпоративного развития», а «“Тинькофф” — одна из замечательных опций, но есть ещё много других». На секции вопросов и ответов Воложа попросили дать более полный ответ по поводу возможного объединения.

Позже в разговоре с журналистами Тиньков рассказал, что такой компании, как «Яндекс», нужен банк, а идею объединения он обсудит с юристами, пишет Reuters.

Или объединить активы. Они могут сделать собственный банк, что, по-моему, бредово.

Пока идея объединения мне очень нравится. О покупке вряд ли может идти речь, у нас нет таких денег. Надо подумать и с юристами поговорить.

Олег Тиньков

Об инвестициях на российском рынке

По мнению Олега Тинькова, российский и американский рынки существенно отличаются — если в США «бесконечные деньги», то в России, если проект не начал зарабатывать в течение трёх лет — он закрывается. Во время сессии был затронут вопрос инвестиционного климата и стартапов в России.

«Наши стартапы торгуют реализацией, а американские — идеями», — процитировал Тиньков. Чтобы понимать различия между рынками Тиньков посоветовал последнюю книгу Виктора Пелевина, в которой это хорошо объяснено.

Фундаментальная проблема российского бизнеса — это P&L-бизнес на прибыли ( Profits and Losts statement), поэтому Revolut, N26 и прочие финтех- и не только финтех-стартапы, мировой взлёт которых мы видим, в России невозможен.

И если через три года не начал зарабатывать — ты out of business. У нас нет венчурных инвесторов, ангелов, фондового рынка и так далее. Это большое сожаление, с одной стороны, но может и хорошо, потому что это развращает американскую молодёжь — наличие бесконечных денег.

Очень хотелось бы, чтобы такие игроки, как «Северсталь», у кого большие капиталы (и они, наверное, даже с трудом понимают, куда их размещать), шли на наш сектор. У нас Baring Vostok чуть ли не единственный, кто поддерживает инвестиции. Мы приветствуем такие покупки, как «Лента», и может быть, Алексей (Мордашов — vc.ru) должен инвестировать ещё в какие-то технологичные проекты.

Ну ещё есть «Эльбрус капитал», их две. В России много талантливых людей, много идей, но нет капитала, венчурный капитализм заключается в лице Майкла Калви, ну и всё. Подумайте, больше не к кому обратиться!

Олег Тиньков

Мордашов рассказал о том, каким образом «Северсталь» выбирает объекты для инвестиций: компания старается соблюдать баланс между рисками и надёжными вложениями из-за своего основного направления в металлургии.

Алексей Мордашов

Отсюда наши инвестиции, например, в talent tech. Всегда очень опасно ставить на одну лошадь, и мы стараемся диверсифицироваться, причём в отрасли, которые обещают наибольший стратегический эффект.

Мы находимся на пороге изменения людей в ритейле, модель ритейла будет меняться, отсюда и инвестиции в ритейл («Ленты»). У нас есть образовательная платформа EdTech, где мы стараемся создать экосистему, позволяющую развиваться онлайн — курсы и так далее.

У нас есть восемь направлений, четыре b2b и четыре b2c, мы считаем, что в целом ок. Мы стараемся сбалансировать портфель так, чтобы мы были в тяжёлых классических индустриях — сталь, машиностроение, горная промышленность — и в новых проектах, которые обещают рост.

Алексей Мордашов

Об подходах к экспериментам и структуре компаний

По его словам, «Тинькофф» работает по принципу «бери полномочий, сколько можешь унести, только отвечай за них» и «делай, если не доказано обратное». Тиньков считает, что важно иметь простую, понятную и «американскую культуру» в компании, чтобы нанимать лучших специалистов.

Конечно, у нас люди ошибаются. Самые лучшие и амбициозные люди идут работать в хорошие компании, где не будут по рукам бить за каждый промах. Мы теряем кучу времени и денег на всякие вещи, ошибаемся, вот ипотеку закрыли на той неделе.

Нет никаких проблем, я считаю, только абсолютная свобода в компаниях, культура свободы, предпринимательская культура. Это нормальный процесс. Я не занимаюсь операционным управлением, делаю так, чтобы у нас было круто работать.

Олег Тиньков

По его словам, есть определенная свобода, чтобы давать проектам расти, но при этом работает естественный отбор: «Если нет бизнес-модели, нет пользователей у сервиса, понятно, что он должен это почувствовать и перестать существовать». Аркадий Волож сравнил процессы внутри «Яндекса» с сельскохозяйственными: мутации, наследственность и естественный отбор.

Второй контур, где найденные в экспериментах проекты учатся зарабатывать деньги, получают бизнес-модель. У нас три контура — основной бизнес (поиск и реклама), где главное — эффективность, там затачиваются десятые доли процента. Таких у нас с полдюжины. Такси — типичный «выпускник» этого контура.

Часть проектов появляется на поверхности, через полгода-год, кажется, что неоткуда. Есть третий контур, где всё это выращивается и бурлит. Обычно это связано. Либо какая-то модель дала много пользователей, либо нашли, что сейчас будет хороший бизнес. Полтора года назад его не было вообще, а сейчас он, по-моему, скоро будет вторым в мире. И таких примеров много, например, «Яндекс.Драйв».

Понятия не имеешь, что может там всплыть. Скоро у нас будет новое приложение, которое даже я не представлял, что им «Яндекс» занимается, в области моды. Если вы сделали замечательный новый сервис, креативный, всё очень в нём хорошо, но нет пользователей — до свидания.

Аркадий Волож

По мнению Мордашова, ситуация со свободой и экспериментами внутри компании довольно сложная и зависит от самой компании — есть сферы бизнеса, в которых нельзя допускать ошибки.

И там жёсткая дисциплина.
Например, в нашей основной компании «Северстали», которая даёт львиную долю оборота, ошибки очень дорогостоящие, а есть сфера, где их вообще нельзя допускать, например, связанные с безопасностью труда или данных.

И тут мы постепенно начинаем создавать эту систему Agile и проектов. Мы понимаем, что нужны новые продукты, новые сервисы, а это невозможно без экспериментов. Для нас была большая история, как сочетать свободу творчества с текущим, довольно стабильным и опасным производством.

В одном попытки, эксперименты, инвестиции, венчурный капитал, даже венчурный фонд создали для инвестиций в материалы и связанные технологии. Поняли, что нужно разделить текущую деятельность и экспериментальную, и создать два потока. Там больше риска и вероятность ошибки, там тоже действует естественный отбор.

Алексей Мордашов

О «Яндекс.Телефоне»

В ответ на заявление Олега Тинькова, что вокруг устройства возник «негативный вайб», Волож сказал, что «Телефон» был неправильно представлен.

Что делалось изначально: мы сделали оболочку, которая работает на очень простых аппаратах. «Яндекс.Телефон» был потрясающей вещью.

До этого его не покупают, а после — покупают. И об этом надо было рассказать: берём телефон с конвейера, ставим на него «Яндекс» и получаем вещь. В презентации его показали как iPhone, это была ошибка, как мне кажется.

Аркадий Волож

О роли государства в жизни частных компаний

Государство же должно «сдерживать предпринимателей», чтобы они «не улетели в космос, как Илон Маск». По мнению Тинькова, «только капитализм двигает общество вперёд» — предприниматели видят возможности, знают, что можно предложить потребителям, принимают риски, верят в них и инвестируют деньги.

Посмотрите, всё, чем мы пользуемся, что видим, даже в этом зале, — всё придумано предпринимателями. Я вообще не очень верю в госкомпании, не верю в эти тренды, хотя они присутствуют во всех странах. Экономику двигают предприниматели, а не какие-то госкомпании.

Только предпринимательская инициатива. Предприниматели — визионеры, над ними смеются, как смеялись над нами: «Банк без отделений, Тиньков — идиот», или над Аркадием: «“Алиса” ничего не понимает». Конечно, нужны чиновники и правительство, потому что они должны сдерживать (предпринимателей — vc.ru).

А на деле выясняется, что компании все глубоко убыточные. Если отдать всё на откуп предпринимателям и предпринимательской инициативе, то, наверное, мы будем как Илоны Маски и улетим куда-то в космос. Хотя должны быть Илоны Маски, чтобы как-то фундаментально двигать мир.

В худшем случае тормозят, а в лучшем они удерживают что-то. Можно сколько угодно чеболей здесь создавать — это ничего не даёт. Баланс какой-то нужно находить, но только предпринимательская инициатива и только частный бизнес.

Олег Тиньков

О цифровизации

Безусловно, это стало уже каким-то модным словом, которое уже ничего, по-моему, не значит. Я слышу такое количество раз за день слово «цифровизация», что становится страшно просто. Цифровизация… Мы сделаем, кадры нужны. Этот тренд явно переоценён.

Олег Тиньков

Что делать, чтобы появилось больше предпринимателей

Миллиардеры сошлись во мнении, что развитие предпринимательства сильно зависит от государства — оно должно создать среду для развития бизнеса и вызывать желание запускать что-то новое.

Звучит банально, надоедливо, но актуальность от этого не меняется. Нам нужно продолжение реформы, госаппарата, судебной реформы и так далее. Да, отдельные предприниматели могут быть успешными. Инвестиционный климат у нас неблагоприятный или недостаточно благоприятный. Но если бы климат был лучше, успешнее могло бы быть гораздо больше предпринимателей.

Нужно помогать людям с детства воспринимать идеи предпринимательства, лидерства и так далее. Нам нужно менять систему образования. Мир прорывается к людям через экраны, он становится доступным для всех, и это меняет людей, и новые поколения, я надеюсь, будут более продвинутыми и предпринимательскими.

Есть какая-то поколенческая вещь, нужно быть более открытыми, смелыми, больше уважать предпринимателей, права собственности, и это будет способствовать росту инвестиционной активности.

Алексей Мордашов

Оно может быть арбитром для предпринимателей: не само делать что-то, а позволять делать что-то, регулировать рынки, а не строить их. Роль государства очень важная в том, чтобы реально создавать среду, чтобы предпринимать было легко. И тогда оно само поднимется, мне кажется.

Аркадий Волож

Пропаганда предпринимательства — тут ничего такого нет, мы видим, как в цивилизованных странах предпринимателей приглашают на телеканалы, беседуют, и никого это не смущает.

Это дикость, мы живём в каком-то 19-м веке. А, например, меня не позвали в пару передач, потому что моя фамилия совпадает с фамилией бренда. Общество закостенелое: предпринимателя позвать, так это он будет себя рекламировать.

И естественно, что все видят, что предприниматели — это какие-то жулики, воры, подозрительные люди. Этот бред, к счастью, начинает меняться. Это нужно менять, чтобы люди не боялись быть предпринимателями и звёздами.

Нужно показывать предпринимателей, не бояться, и тогда молодёжь будет смотреть и пытаться это повторить.

Олег Тиньков

#пмэф #яндекс #тинькофф #севергрупп #волож #тиньков #мордашов

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть