Hi-Tech

Чему учиться сейчас, чтобы не оказаться во власти технологий через 30 лет

Юваль Ной Харари

Часть 1. Перемены — единственная постоянная

Старые парадигмы рушатся, а новые пока не пришли им на смену. Человечество стоит на пороге невиданных перемен. Как же тогда подготовить себя и своих детей к жизни в мире небывалых преобразований и глубокой неопределённости?

Если всё пойдёт хорошо, он доживёт до 2100 года и, кто знает, сможет вести активную жизнь и в 22 веке. Ребёнку, родившемуся сейчас, в 2050 году будет чуть больше 30 лет.

Какие навыки пригодятся ему или ей, чтобы найти работу, осмыслить происходящее вокруг и не сбиться с пути в лабиринте жизни? Итак, чему же научить это дитя, что поможет ему выжить и преуспеть в мире через 30 лет и даже в следующем столетии?

Спору нет, наши прогнозы относительно будущего никогда не отличались точностью. Поскольку никто не знает, насколько изменится мир к 2050 году, не говоря уже о 2100-м, ответить на эти вопросы мы, к сожалению, не можем. Но сегодня дело обстоит ещё сложнее, ведь когда технологии позволяют нам заново придумать тело, мозг и сознание, мы уже ни в чём не можем быть уверены, включая и то, что прежде казалось вечным и нерушимым.

Живя, скажем, в Китае 1018 года, вы могли предположить, что к 1050 году империя Сун рухнет, с севера вторгнутся кочевники, а чума унесёт миллионы жизней. Тысячу лет назад люди знали о будущем не больше нашего, но они тем не менее были убеждены, что спустя много лет основные черты общества останутся прежними.

Однако было ясно: даже через 30 лет никуда не денутся крестьяне и ткачи, правители, пополняя ряды армии и чиновников, так и будут полагаться на людей, мужчины не перестанут подавлять женщин, жизнь не станет длиннее, да и тело останется прежним.

Никто и подумать не мог, что эти навыки не понадобятся им спустя три десятка лет. Поэтому бедные семьи передавали детям умение сеять рис или прясть шёлк, а те, что побогаче, учили сыновей чтению конфуцианских текстов, каллиграфии и верховой езде, а девочек — скромности и послушанию.

Нам неведомо, чем люди будут зарабатывать на жизнь, каким образом будут функционировать армия и бюрократический аппарат, какими будут отношения между полами. Сегодня же мы понятия не имеем, насколько за 30 лет изменится Китай и остальной мир.

Не исключено, что и тело необычайно изменится благодаря биоинженерии и нейрокомпьютерным интерфейсам. Некоторые люди, по-видимому, будут жить намного дольше. Многое из того, чему дети учатся сегодня, в 2050 году попросту потеряет значение.

В прошлом зубрёжка имела смысл, поскольку информация текла тонким ручейком, да и его то и дело осушала цензура. Сейчас чересчур много школ сосредоточены на зазубривании материала.

Ни радио, ни телевидения, ни газет, ни публичных библиотек. Если вы жили, допустим, в небольшом провинциальном городке в Мексике начала 19 века, то узнать что-то новое о мире было сложно. Даже если вы владели грамотой и имели доступ к частному собранию книг, выбирать приходилось из романов и религиозных трактатов.

То же применимо к любому отдалённому городку в России, Индии, Турции или Китае. Испанская империя жёстко цензурировала все тексты, печатаемые в Мексике, а публикации из-за границы, также прошедшие строгий отбор, можно было пересчитать по пальцам. Появление современных школ, где каждого ребёнка учат чтению, письму, элементарной географии, истории и биологии, принесло за собой колоссальные улучшения.

Вместо этого они заняты распространением дезинформации, мелочами отвлекая нас от существенных проблем. В 21 веке, напротив, информация бьёт через край, и цензоры даже не пытаются блокировать её стремительный поток.

Никакое правительство и надеяться не может, что ему удастся скрыть всю неугодную информацию. В мексиканской глубинке со смартфоном в руках вы потратите несколько жизней лишь на обычное чтение статей на «Википедии», прослушивание лекций на TED или обучение на бесплатных онлайн-курсах.

Одно нажатие отделяет людей по всему миру от новостей о бомбардировках в Алеппо или тающих льдах Арктики. С другой стороны, в наши дни тревожно легко сбить общественность с толку.

Кроме того, в одном клике находится бесконечное множество других вещей, и когда политика или наука становятся слишком сложными, они так и норовят переключить наше внимание на видео с котиками, сплетни о жизни звёзд или порно. Однако СМИ дают так много противоречивых оценок и мнений, что не знаешь, чему и верить.

Они и без того ею переполнены. В таком мире последнее, чем стоит заниматься учителю, — ещё больше загружать детей информацией. Вместо этого люди нуждаются в умении извлекать из неё толк, различать существенное и второстепенное и, что важнее всего, соединять частички информации в целостную, широкую картину мира.

Учителя сосредоточились на выдаче материала, одновременно побуждая учеников «мыслить самостоятельно». Столетиями это и был идеал западного гуманитарного образования, но сегодня многие учебные заведения слабо справляются со своей ролью. Из-за боязни скатиться в авторитаризм гуманитарные школы приходили в ужас от больших нарраций.

Учителя полагали: поскольку мы даём ученикам множество фактов и чуточку свободы, они самостоятельно создадут собственную картину мира; если же с этой задачей не справится нынешнее поколение, в будущем будет достаточно времени, чтобы её решить.

Решения, которые мы примем в ближайшие десятки лет, определят будущее самой жизни, а эти решения мы способны принять, опираясь лишь на сложившееся мировоззрение. Но наше время вышло. И если нынешнему поколению не достанет всестороннего понимания космоса, будущее жизни станет результатом случайности.

Часть 2. На распутье

Кроме того, большинство современных школ делают слишком большой упор на преподавание формальных навыков вроде решения дифференциальных уравнений, программирования на C++, распознаванию химических веществ в пробирке или китайскому языку.

Можно положить много труда на обучение детей китайскому или C++, только чтобы в 2050 году обнаружить, что искусственный интеллект пишет код лучше любого специалиста, а обновлённый Google Translate позволяет вести безупречный диалог на десятке наречий китайского, хотя вам известно лишь слово «привет». И вновь, поскольку мы понятия не имеем, каким будет рынок труда и мир в целом в 2050 году, мы не знаем, какие навыки останутся полезными.

Многие специалисты в области образования разделяют мнение о том, что образовательный процесс должен переключиться на развитие четырёх умений: критического мышления, общения, изобретательности и взаимодействия. Итак, чему же нам учить детей? В широком смысле школам следует меньше внимания уделять чисто техническим навыкам, повернув в сторону закрепления навыков универсальных.

Чтобы идти в ногу с 2050 годом, придётся не просто выдавать новые идеи или продукты — больше всего понадобится умение снова и снова изобретать себя. Главным здесь будет умение справляться с переменами, учиться новому и сохранять душевное равновесие в непривычных ситуациях.

В 1848 году Маркс и Энгельс в «Манифесте коммунистической партии» объявили, что «всё сословное и застойное исчезает...». С увеличением темпа перемен изменится не только экономика, но и, скорее всего, сама суть человека. К 2048 году физические и когнитивные структуры также «исчезнут», растворятся в воздухе или облаке единиц и нулей. Они, однако, принимали в расчёт по большей части общественное и экономическое устройство.

Но, добравшись до города, они не меняли пол, не обретали шестое чувство. В 1848 году миллионы людей, потеряв работу в деревне, переселялись в большие города, чтобы устроиться на завод. Отыскав место, скажем, на ткацкой фабрике, новоиспечённые рабочие могли надеяться, что не сменят профессию остаток трудовой жизни.

К 2048 году людям, вероятно, придётся столкнуться с миграцией в киберпространство, флюидной гендерной идентичностью, новыми чувственными ощущениями, порождёнными электронными имплантатами.

Найдя работу и призвание, например, в создании модных вещиц для какой-нибудь VR-игры, человек в течение десяти лет рискует уступить искусственному интеллекту не только эту сферу, но и любое занятие, требующее должного уровня художественного мастерства.

В 35 же описание в корне изменится: «гендерно нейтральная личность, переживающая поправку на возраст, чья неокартикальная активность в основном проходит в виртуальном мире NewCosmos и чья цель в жизни — пробраться туда, где не ступала нога ещё ни одного модельера». Поэтому в 25 лет на сайте знакомств вы представитесь как «двадцатипятилетняя гетеросексуальная женщина, живущая в Лондоне и работающая в магазине модной одежды».

Вам останется просто ждать, пока алгоритм отыщет (или создаст) вам идеальную пару. В 45 лет и свидания, и описания останутся в прошлом. И к слову, в 45 лет вас, вероятно, ожидает ещё не одна декада радикальных изменений. Что касается дизайна, алгоритмы оставили вас далеко позади, а за свои лучшие творения былых лет вам будет только стыдно.

Никто на самом деле не может в подробностях предсказать изменения, очевидцами которых мы станем. Не стоит понимать этот сценарий буквально.

Если кто-то описывает вам мир середины 21 века и рассказ похож на научную фантастику, это неправда. Любой прогноз будет одинаково далёк от правды. Мы не можем предугадать детально, но перемены несомненно наступят. Если же кто-то описывает вам мир середины 21 века, а в рассказе нет и капли научно-фантастического, это ещё больше неправда.

С незапамятных времён жизнь делилась на два взаимосвязанных периода — периода учёбы и работы. Грандиозные изменения могут существенно перестроить фундаментальную структуру жизни, сделав дискретность её главной отличительной чертой. Сначала вы впитываете информацию, развиваете различные навыки, формируете мировоззрение, выстраиваете устойчивое самосознание, а затем применяете знания на практике.

Вы всё равно учились. И неважно, трудились ли вы в поле с 15 лет, собирая рис, вместо того чтобы учиться в обычной школе. Учились высаживать рис, вести переговоры с жадными торговцами из крупных городов, улаживать земельные конфликты и споры насчёт воды с другими селянами.

Разумеется, вы и в 50 лет не перестанете узнавать новое о рисе, торговцах и разногласиях, но это знание станет лишь небольшим дополнением к отточенным навыкам. Остальную часть жизни вы полагаетесь на накопленный опыт, чтобы ориентироваться в мире, зарабатывать на жизнь, вносить вклад в развитие общества.

Жизнь разойдётся по швам, разные её стадии будут всё короче и короче. К середине 21 столетия эта модель устареет из-за набравших скорость изменений и увеличения продолжительности жизни.

«Кто я?» — Этот вопрос станет более насущным и сложным, чем когда-либо.

Поскольку перемены сами по себе заставляют нервничать, большинство людей противятся им, достигнув определённого возраста. Ответ на него повлечёт за собой колоссальный стресс.

Тело растёт, ум развивается, отношения становятся более глубокими. В 15 лет вся жизнь — одна сплошная перемена. Вы заняты открытием себя. Всё течёт, всё в новинку. Перед тобой открываются новые горизонты, целый мир лежит у твоих ног. Большинство подростков принимают это с опаской, но в то же время с восхищением.

Многие бросают попытки покорить мир. К 50 годам вы по горло сыты переменами. Стабильность в приоритете. Сходил туда, сделал то-то, купил футболку. Вы так много вложили в себя, в карьеру, идентичность и мировоззрение, что начинать заново нет никакого желания.

Никто не спорит, вы и в зрелом возрасте можете по-прежнему ценить новый опыт и мелкие изменения, но большинство в свои 50 не готовы наводить ревизию в глубине своей натуры. Чем больше сил вы потратили, работая над чем-то, тем сложнее с этим расстаться и высвободить место для чего-то нового.

И хотя мозг взрослого более гибкий и живой, чем принято думать, он не такой пластичный, как мозг подростка. Этому есть неврологическое объяснение. Однако в 21 веке вы едва ли можете позволить себе стабильность. Перестройка синапсов и формирование цепей нейронов дело не из лёгких. Ухватившись за устойчивую идентичность, постоянную работу или мировоззрение, вы рискуете оказаться на обочине, пока мир с огромной скоростью несётся мимо вас.

Чтобы оставаться при делах — не только в экономическом плане, но и, главное, в социальном, — вам придётся постоянно учиться и заново изобретать себя даже в 50, что на самом деле не так и много. С учётом потенциального увеличения продолжительности жизни может случиться и так, что на десятки лет вы просто превратитесь в беспомощное ископаемое.

Человеку и человечеству со временем придётся всё чаще и чаще сталкиваться с тем, с чем никто доселе не сталкивался: сверхумные устройства, технологичные тела, алгоритмы, управляющие эмоциями с поразительной точностью, искусственные природные катаклизмы, смена работы каждый десяток лет. Поскольку своеобразие становится новой нормой, ваш прошлый опыт, как, впрочем, и опыт всего человечества, перестанет быть надёжным ориентиром.

Как вести себя, когда тебя смывают огромные потоки информации, а вместить и осмыслить их невозможно? Что же делать, лицом к лицу столкнувшись с совершенно новым положением дел? Как выжить и развиваться в мире, где глубокая неопределённость не случайная ошибка, а свойство системы?

Для этого понадобятся изрядная гибкость ума и неплохой запас эмоциональной прочности, ведь вам придётся вновь и вновь отпускать привычное и уживаться с неизвестным.

Нельзя научиться эмоциональной стабильности, читая книги и слушая лекции. К сожалению, обучить этому детей гораздо сложнее, чем объяснить решение уравнения или причины Первой мировой войны.

Самим учителям порой не хватает гибкости мысли, которой требует 21 век, поскольку они — продукт старой образовательной системы.

Посреди города располагается здание, разделённое на множество одинаковых комнат, каждая заставлена рядами столов и стульев. Промышленная революция оставила нам в наследство теорию, в рамках которой образование стоит в одном ряду с производством. Каждый час в кабинете появляется какой-то взрослый и начинает говорить. По звонку вы входите в один из классов с ещё 30 детьми, родившихся в один год с вами. Ему за это платит государство.

Высмеять эту модель очень просто, и почти все сходятся во мнении, что, несмотря на прошлые заслуги, сегодня она едва ли дееспособна. Один рассказывает вам о форме Земли, другой — о прошлом человечества или человеческом теле. Вернее, альтернативы расширяемой, применимой даже в мексиканской глубинке, а не только в богатом пригороде в Калифорнии. Однако пока мы не придумали надёжной альтернативы.

Часть 3. Взлом человека

Да, большинство из них желают вам добра, но они попросту не понимают этот мир. Поэтому лучший совет, который я могу дать пятнадцатилетнему подростку, застрявшему посреди Мексики, Индии или Алабамы — не слишком полагайтесь на взрослых.

Однако 21 век будет другим. В прошлом следовать примеру старшего поколения было относительно безопасно, поскольку они неплохо знали мир, а он менялся медленно. Из-за быстрых изменений сложно будет понять, чем являются слова взрослых — вечной истиной или устаревшим предрассудком.

На технологии? На что же положиться взамен? Да, технологии во многом помогают в жизни, но если они обретут над вами слишком сильную власть, вы можете стать их заложником. Нет, тут риск ещё выше.

Подобное может произойти и с вами. Тысячи лет назад появилось сельское хозяйство, обогатившее небольшую часть элиты — остальные же попали в рабство, от рассвета до заката работая в поле, дёргая сорняки, таская вёдра с водой под палящим солнцем.

Если вы знаете, чего хотите от жизни, они станут отличным подспорьем. Сами по себе технологии — штука неплохая. В противном случае им будет слишком просто сформировать за вас цели и перенять контроль над жизнью.

Вы встречали бродящих по улицам зомби, лица которых приклеены к смартфонам? Спустя какое-то время вы, быть может, обнаружите, что не технологии служат вам, а вы служите им (а алгоритмы, не забывайте, всё лучше и лучше понимают людей). Как вы думаете, кто кому служит в таком случае?

Звучит неплохо из уст героев «Улицы Сезам» или старых диснеевских мультфильмов. Полагаться на себя? Даже Disney потихоньку это осознаёт. На деле всё не так гладко. Как и Райли Андерсон из «Головоломки», большинство людей едва ли способны разобраться в себе, а пытаясь «прислушаться к внутреннему голосу», с лёгкостью попадают под внешнее влияние.

Этот голос никогда никогда не заслуживал доверия, потому как он всегда являлся продуктом государственной пропаганды, идеологической промывки мозгов и рекламы, не говоря уже о биохимических ошибках.

Когда Coca-Cola, Amazon, Baidu или правительство узнает, как дёргать за ниточки вашей души и нажимать кнопки в вашем мозге, сможете ли вы отличить собственное «я» от уловок маркетологов крупных компаний? По мере развития биотехнологий и машинного обучения управлять глубинными настроениями и желаниями народа станет легче, а следовать зову сердца — неслыханно опасно.

Знать, что вы из себя представляете, чего хотите добиться в жизни. Чтобы с успехом выполнить эту пугающую задачу, вам необходимо усердно работать над познанием собственной операционной системы. На протяжении тысяч лет философы и проповедники побуждали людей познать себя. Это, без сомнений, самый древний совет в книге — познай самого себя.

Coca-Cola, Amazon, Baidu и правительство наперегонки пытаются взломать вас. Вместе с тем этот совет никогда не был более актуален, чем в 21 веке, поскольку, в отличие от эпохи Сократа и Лао-цзы, у вас на пути стоят серьёзные соперники. Не ваш смартфон, не ваш компьютер, не ваш банковский счёт, а вас, вашу естественную операционную систему.

На самом деле мы живём в эпоху взлома людей. Вы, должно быть, слышали, что мы живём в эпоху взлома компьютеров, но эти слова далеки от истины.

Они следят за тем, где вы бываете, что покупаете, с кем встречаетесь. Алгоритмы следят за вами прямо сейчас. Полагаясь на большие данные и машинное обучение, машины будут узнавать вас всё лучше и лучше. Вскоре каждый ваш шаг, вздох и удар сердца станет предметом слежки.

Вас ждёт жизнь в матрице или «Шоу Трумана». И как только эти алгоритмы узнают вас лучше вас самих, они смогут управлять вами, а вы ничего не сможете с этим поделать. В конце концов, это легко доказать опытным путём: если алгоритмы и впрямь будут понимать, что происходит внутри человека, лучше него самого, власти переключатся на них.

Если так — расслабьтесь и получайте удовольствие. Разумеется, вы с радостью можете вверить всю власть машинам, доверив им принятие решений и за себя, и за остальной мир. Алгоритмы обо всём позаботятся.

А чтобы бежать быстро, не берите с собой много вещей. Если же вы хотите сохранить хоть немного власти над собственным существованием и будущим жизни, выбора нет — придётся бежать быстрее компьютеров, быстрее Amazon, быстрее властей, в общем, познать самого себя раньше остальных. Ведь они такие тяжёлые. Оставьте позади иллюзии.

#будущее

Книга Юваля Ноя Харари “21 Lessons for the 21st Century” опубликована 30 августа 2018 года.

Показать больше

Похожие статьи

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Кнопка «Наверх»
Закрыть